Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65
Не желая выслушивать каких-либо замечаний, Черчилль перешел к следующему пункту.
3) Вена. Вы не пускаете нас в Вену. Наши представители сейчас, после окончания войны, не могут посмотреть на месте, что им предлагают для расквартирования своих солдат в Вене.
Я остановил Черчилля и заявил ему следующее: еще в прошлом году Европейская Консультативная Комиссия выработала соглашение о зонах оккупации в Германии и управлении Большим Берлином. Правительства утвердили это соглашение. Одновременно с этим Европейская Консультативная Комиссия начала обсуждение вопросов, связанных с Австрией, и вот уже в течение 10 месяцев ведутся переговоры. Комиссия была уже близка к соглашению о зонах оккупации в Австрии и в городе Вене. Но по инициативе британской и американской делегаций переговоры были приостановлены. Советская делегация согласна продолжать обсуждение, но не по ее вине переговоры были приостановлены.
– Почему вы не разрешаете нашим представителям посетить Вену? – заявил Черчилль. Мы обратились к советскому правительству с просьбой разрешить нашим представителям посетить Вену, а оно отослало нас опять в Европейскую Консультативную Комиссию. Теперь, когда закончилась война, какими мотивами можно объяснить отказ советского правительства нашим представителям посетить Вену?
Я заявил, что советское правительство полагало, что обсуждение вопросов на Европейской Консультативной Комиссии было бы наиболее быстрым путем достижения соглашения. Если каждая из делегаций будет отбирать себе квартиры по своему собственному желанию, то вряд ли можно было бы достигнуть соглашения в ближайшее время. Мы уже ведем переговоры в течение 10 месяцев. Сколько же времени потребуется еще для того, чтобы закончить переговоры?
Я полагаю, говорит Черчилль, посадить Европейскую Консультативную Комиссию вместе с военными советниками на самолет и отправить в Вену для того, чтобы представители четырех держав на месте достигли соглашения. Это является моим предложением, заявил Черчилль.
Я заметил, что вряд ли такой путь был бы наиболее быстрым в достижении соглашения.
Вы создали австрийское правительство, сказал Черчилль.
Я заметил, что советское правительство не создавало правительства в Австрии, а лишь не препятствовало австрийцам создать правительство, которое могло бы оказать помощь в борьбе против немцев.
Черчилль заявил, что он не критикует австрийское правительство. Может быть, оно и не плохое, но создано оно сепаратно от союзников.
4) Берлин. Вы не пускаете нас в Берлин. Вы хотите сделать Берлин своей исключительной зоной.
Я заявил, что утверждения Черчилля не имеют основания, так как мы имеем соглашение о зонах оккупации и управлении Большим Берлином… Мы не претендуем на то, чтобы посылать кого-либо в те районы, которые предназначены для оккупации советскими войсками, а сейчас там находятся союзные войска. Черчилль вновь повторил, что он готов разрешить какому угодно количеству советских представителей посещение любых мест.
Черчилль перешел к вопросу о Польше и говорил с еще большим раздражением…
5) Польша. Черчилль заявил, что польские дела все ухудшаются и сейчас он не видит пути к удовлетворительному решению. Мы назвали польских кандидатов для переговоров, а вы посадили их в тюрьму. Парламент и общественность проявляют большую тревогу. Парламент настойчиво требует новых прений по польскому вопросу и, по-видимому, после 10-дневного перерыва в заседаниях правительство должно будет предоставить отчет о состоянии польских дел.
Черчилль предполагает, что этими прениями будет выражено сильное негодование британской нации и он будет находиться в затруднении, как ему успокоить общественное мнение. Он намерен успокоить парламентское общественное мнение обещанием предстоящей встречи трех, если к этому времени удастся получить согласие маршала Сталина. Говоря об этом еще год тому назад, он согласился на линию Керзона, он полагал, что это будет являться большим вкладом в дело соглашения по польскому вопросу, но на деле оказалось не так. Далее Черчилль глухо упомянул о том, что, решая удовлетворительным образом польский вопрос, можно было бы одновременно решить и прибалтийские дела.
Не желая выслушать мои замечания, Черчилль вновь перешел к характеристике серьезности общего положения.
Ваш фронт проходит от Любека до Триеста, вы держите в своих руках столицы и никого туда не пускаете, положение в Триесте угрожающее, польские дела загнаны в тупик, общая атмосфера накалена – все это не может не вызвать у нас тревогу.
Я заявил Черчиллю, что ему хорошо известна позиция советского правительства, которое не предъявляет каких-либо территориальных претензий и не претендует на европейские столицы. Наш фронт не проходит до Триеста. Там войска маршала Тито. Мы не отвечаем за действия Тито. Он и югославский народ своей борьбой заслужили почетное место среди Объединенных наций.
Я знаю, сказал Черчилль, вы являетесь великой нацией и своей борьбой заслужили равное место среди великих держав, но и мы – британцы – являемся достойной нацией, и мы не позволим, чтобы с нами обращались грубо и ущемляли наши интересы. Я хочу, сказал Черчилль, чтобы вы поняли, что мы весьма обеспокоены существующим положением, и я приказал задержать демобилизацию воздушного флота.
Черчилль быстро закончил беседу, извинился за свою откровенность и отправился вести переговоры с Эттли о предстоящих выборах в парламент».
Эта речь Черчилля дает понять, насколько накалились отношения между союзниками уже через несколько дней после победы над Германией. Черчилль надеялся сгладить противоречия во время следующей встречи со Стешиным и Трумэном.
В Потсдаме Черчилль и Сталин встретились в последний раз. В ходе беседы 17 июля 1945 года Сталин сообщил Черчиллю, что он отклонил просьбу Японии о посредничестве в переговорах с США. На следующий день Черчилль сказал советскому лидеру, что 25 июля он на один день уедет в Англию в связи с выборами, на которых думал победить. Сталин ободрил его, выразив уверенность, что консервативная партия получит большинство в 80 депутатских мест. Но Иосиф Виссарионович оказался плохим пророком. На выборах победили лейбористы, и Черчилль в Потсдам уже не вернулся.
Англичане и американцы в Потсдаме турецкую Армению и Проливы Сталину не отдали. Напрасно Сталин и Молотов убеждали Черчилля и Трумэна в необходимости разрешить СССР заключить с Турцией договор о размещении в Проливах советских военных баз, подобно российско-турецкому Ункяр-Искелесийскому договору 1833 года. Западные лидеры выразили уверенность, что Турция на такие условия никогда не пойдет, а в дальнейшем поддержали Турцию в этом вопросе. Они также отметили, что одно дело пересматривать конвенцию в Монтре в плане разрешения прохода через Проливы советских военных судов и совсем другое – согласиться на размещение советских войск и флота в зоне Проливов.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 65
