скучное время. Я так много всего делал, что не мог просто остановиться и насладиться моментом».
«Кокаин – один из самых эгоистичных наркотиков в мире, – говорил он. – Мир становится величиной с ноздрю».
Робину кроме своей работы больше было нечем заниматься, личная жизнь шла под откос. Он порвал свои внебрачные отношения с Мишель Тиш Картер, официанткой и музыкантом из Comedy Store, но это далось ему нелегко. Она сказала Робину, что беременна от него, поэтому ожидала, что тот будет ее финансово поддерживать. Но, когда выяснилось, что беременности не было, Робин отказался платить. Осенью Мишель пожаловалась, что подхватила от него герпес, но Робин был уверен, что это невозможно, так как анализы крови показали, что он не является переносчиком инфекций, передаваемых половым путем. Позже Мишель подала на Робина иск на шесть миллионов долларов, и хотя разборки в судах заняли бы месяцы, в то время он боялся, что об этом станет известно прессе.
Когда Робина спросили, что его удерживает с Валери, он ответил: «Бухгалтер». Потом засмеялся и добавил: «Она меня всегда поддерживает. Но ей очень сложно быть на публике». На самом деле их брак с Валери по факту был в прошлом не из-за какого-то конкретного предательства или поступка, а из-за накопившегося недоверия, которое только росло после того, как она его каждый раз прощала. «Я не люблю контролировать, – говорила Валери. – Я хотела, чтобы он был свободен, а он хотел, чтобы свободной была я. Думаю, на том этапе мы стали более отстраненными, чем сами того хотели».
Робин объяснял так: «В итоге все сбились с пути. Валери было нестерпимо больно, когда я каждый раз уходил и снова возвращался с просьбой о помощи». Он стал посещать психотерапевта, чтобы тот помог ему не рассматривать развод как личную неудачу. «Я не разочарован, – говорил Робин об их разрыве. – Во многом мне помог психотерапевт. Он заставил меня посмотреть на свою жизнь и понять, что еще имеет смысл сохранять, а что нет. И не надо биться головой о стену, если что-то уже не работает. Поэтому лучше разойтись, чем изо дня в день называть друг друга придурками».
В это трудное для Робина время ему было принципиально важно присутствовать в жизни его сына Зака, которому только что исполнилось три года и который только-только стал превращаться в реального человека, повторяющего всех персонажей, которых играл его отец. «Неожиданно появляется маленькое хрупкое существо, которое повторяет за тобой абсолютно все, – рассказывал Робин. – И он тут же заметит, что вы не вместе или что ты неискренен. Не то чтобы я с ума сходил из-за этого, но понял, что с легкостью могу отключиться от своих персонажей и несколько минут побыть самим собой. С сыном надо быть таким, какой ты есть, чтобы он четко знал, что это голос его отца».
По мнению его друга на всю жизнь Кристофера Рива, связь между Робином и Заком была для Робина той ниточкой, которая связывала его с его собственным детством. «Если посмотреть, как Робин играет с абсолютно любым ребенком, то очевидно, что все дети его тут же понимают, – рассказывал Рив. – Внутренний ребенок Робина абсолютно открытый и отзывчивый». Как заметил Рив, юмор Робина родом из юности, чувства одиночества и сочиняемых им историй. «Он очень сознательный, реально взрослый, но его внутренний ребенок по-прежнему с ним, – сказал Рив. – На протяжении всей своей жизни Робин был наедине со своим воображением».
Но Уильямс не был готов отказаться от своей семьи. Даже посреди своего тура во время остановки в округе Ориндж в Калифорнии он улетал обратно в Напу, чтобы умолять Валери остаться с ним. Вечером его разочарования вылились в стендап-номер. «Может, поэтому в моем выступлении и были такие ярость и накал, – говорил он. – Одна из опор твоей жизни рушится, а ты в это время произносишь: ”А сейчас, дамы и господа, давайте сыграем во что-нибудь и отлично проведем время!“ Робин признавался, что даже сократил общение со зрителями во время своего выступления, так как боялся на ком-нибудь сорваться. «Я очень старался оставаться спокойным, – говорил он, – но постоянно переигрывал, так как просто сходил с ума из-за личных проблем. Для меня это были непростые времена».
Робин чувствовал, что его что-то сдерживает во время выступлений – а именно невозможность полностью открыться перед зрителями и рассказать им, что происходит у него в жизни. «Возможно, это следующий шаг – говорить о личном, – сказал он. – Думаю, в скором времени я это смогу. До сих пор у меня это не получалось».
Именно в таком бурном и эмоциональном состоянии Робин готовился к самой важной остановке в своем гастрольном туре: два концерта в Метрополитен-опере. Он должен был стать первым сольным стендап-комиком, который выступает на этой сцене. К этому времени Робин уже был готов завоевать зрителей, в числе которых были Роберт Де Ниро, Шон Пенн и Мадонна.
Концерты, передававшиеся по НВО и появившиеся во втором альбоме, начинались со слов Робина о радиотрансляционной системе Мета: «В программе будут небольшие изменения. Сегодня вместо Робина Уильямса будет выступать Искушение». После этого он вылетал на сцену в гавайской рубахе и с западным акцентом произносил: «Здорово!» После того, как смех стихнет, Робин добавлял: «Простите, ошибся оперным театром».
Затем Уильямс подошел к большому дилижансу в богемском стиле, занимавшему большую часть сцены, и запел песню «The Wells Fargo Wagon» из мюзикла «Продавец музыки», после чего стал фантазировать, как тренер футбольного клуба «Даллас Ковбойз» Том Ландри стал балетным тренером еще до того, как пристрастился к выпивке. В прошлом на эту тему Робин высказывался в «Пульсирующем питоне любви», только на этот раз он дал понять, что не просто шутит на абстрактные темы о злоупотреблении. Он говорил о себе и своем собственном решении вести трезвый образ жизни. «Мне пришлось бросит пить, – сказал он, – потому что не раз я просыпался голым на капоте своей машине с ключами от нее в заднице. Ничего хорошего».
Но тут же Робин пояснял: «Когда я излечился от алкоголизма, то понял, что я все тот же мудак. Просто в моей машине меньше вмятин. А тут еще друзья, которые курят марихуану и говорят (наркоманским голосом): "Эй, чувак, то, что ты не пьешь – это отговорка. Ты что, теперь на самом деле капитан Гербалайф? Ты вышил свою задницу крестиком и суешь мне это дерьмо?"»
Затем Робин вернулся к теме кокаина, хотя здесь он в открытую не признался в личном опыте. «Вот небольшой знак того, если
