Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 113
Брежнев так заботился о карьере зятя, что и в ЦК, и в министерстве всем было ясно, что заместитель министра для Юрия Михайловича — это всего лишь промежуточная ступенька. Для начала ему надо занять кресло первого зама. Когда 28 декабря 1979 года покончил с собой первый заместитель министра внутренних дел СССР генерал-лейтенант внутренней службы Виктор Семенович Папутин, кресло освободилось.
Вечером Брежнев позвал к себе в рабочий кабинет зятя. Сидел за столом без пиджака, в одной рубашке. Позвонил заведующему отделом административных органов ЦК Николаю Ивановичу Савинкину, спросил:
— Кого отдел рекомендует на эту должность?
Савинкин доложил:
— Мы подбираем туда одного из секретарей обкомов.
Леонид Ильич улыбнулся:
— Николай Иванович, а не много ли у вас в МВД секретарей обкомов?
— Леонид Ильич, вот увидите, мы подберем хорошего.
— Ну-ну, смотрите.
И вдруг Брежнев спросил:
— Вот у нас есть начальник политуправления Чурбанов, как он работает?
— Леонид Ильич, он уже не начальник управления, он сейчас заместитель министра по кадрам.
— А, черт, — говорит Брежнев, — из головы вылетело. Ну и как он работает?
— Вы знаете, Леонид Ильич, хорошо, люди к нему идут.
И вдруг Брежнев говорит:
— А ты знаешь, Николай Иванович, я бы не возражал, если бы отдел адморганов выступил с предложением о назначении Чурбанова первым заместителем.
Судя по паузе, вспоминает Чурбанов, Николай Иванович просто опешил. Заведующий отделом не подозревал, что кандидат в первые замы сидит в кабинете Брежнева и слышит весь разговор.
Савинкин вроде бы пытался возражать:
— Леонид Ильич, он еще так молод… Ему рано… Еще нет навыков… опыта.
— В общем, вы посмотрите, — завершил разговор Леонид Ильич, — я возражать не буду.
Через несколько дней министр Щелоков поздравил Чурбанова с назначением. После смерти Леонида Ильича карьера его зятя завершилась. А вскоре Юрия Михайловича посадили.
Для Галины Брежневой уход отца из жизни стал катастрофой.
— Мои друзья, — жаловалась она, — разбежались, как тараканы, боялись мне позвонить. Когда я кому-нибудь из них звонила, они отвечали чужими голосами: дескать, старые жильцы съехали и телефона их не знаем. А у меня память на голоса отменная…
Британская журналистка Джин Вронская побывала у Галины Брежневой на ее квартире на улице Алексея Толстого:
«Меня встретила высокая, очень крупная женщина. Черты лица ее отца — тяжелые сычьи глаза под колкими густыми бровями — были хорошо видны на ее круглом лице. Она улыбнулась. Ей еще не было шестидесяти, она не выглядела старой женщиной, но она была уже жидковолосая, большелобая, передних зубов не было. Этот большой беззубый рот при разговоре превращался в жутковатую пасть. Смотрела ли она на себя в зеркало? Ее шофер, который возил меня, сказал, что они были выбиты ее последним другом…»
Галина Леонидовна не справилась с новой жизнью — без отца и мужа. Работать она не могла, а наследство быстро спустила. Это очень печальная история. Последние годы она провела в психиатрической больнице № 2 Домодедовского района Московской области. Обозреватель ежемесячника «Совершенно секретно» Лариса Кислинская пишет, что в больницу ее отправила собственная дочь (от брака с Евгением Тимофеевичем Милаевым) Виктория, внучка Леонида Ильича. Виктория оформила опекунство над матерью и продала ее большую квартиру на улице Щусева (ей эти деньги тоже не принесли счастья).
Из больницы, откуда ее не выпускали, Галина Леонидовна послала двум подругам, Миле Москалевой, бывшей артистке цирка, и Наташе Милаевой, дочери ее первого мужа Евгения Милаева, мольбу о помощи:
«Здравствуйте, Наташенька и Милочка!
Я вам писала, но не уверена, что вы получаете мои письма, так как я не знаю адресов, кроме как цирк. Может, это дойдет.
9 августа 1994 года я почувствовала себя плохо (после вечерних посиделок). Позвонила Витусе. Она приехала со своим знакомым из министерства здравоохранения. Он знает все больницы, и они привезли меня, оформили документы и уехали.
Потом я узнала, что больница эта психиатрическая. Срок лечения три месяца. Я немного подлечилась и написала главному врачу, чтобы меня выписали. Она сказала, что дочь взяла опекунство и теперь меня не выписывают. И так прошло два с лишним года. Она не приезжает, и никаких вестей от нее нет.
Что делать? Жаловаться. Но отсюда это невозможно. Постарайтесь, что сможете сделать, сделать для меня. Пожаловаться можно в министерство здравоохранения — ведь больницы подчиняются ему. Также в суд по месту жительства. Краснопресненский суд — вы его знаете… Девочки! Устала я очень за два года в дурдоме. Помогите…»
30 июня 1998 года Галина Брежнева умерла в больнице.
Пока Леонид Ильич был жив, он расстраивался из-за семейных дел своей внучки Виктории, которую любил, кажется, больше всех. Андрей Брежнев, сын Юрия Леонидовича, писал о своей двоюродной сестре Виктории: «Еще в школе она разошлась с матерью, не принимая ее образ жизни, ушла от нее, отказывалась встречаться, жила у бабушки, которая, собственно, ее и воспитала».
Виктория вышла замуж за молодого человека по имени Михаил Филиппов, но брак развалился. В 1977 году у Виктории Брежневой, которая училась в ГИТИСе на театроведческом факультете, завязался роман со студентом Геннадием Варакутой.
Леониду Ильичу не понравился кандидат в женихи. Руководитель московского управления КГБ генерал Алидин выделил сотрудника пятой службы, который занялся Варакутой. За молодым человеком ходили оперативники службы наружного наблюдения, его телефон прослушивался. Все материалы изучал старый друг Брежневых первый заместитель председателя КГБ генерал Цинев.
Геннадия Варакуту перевели в Ленинград в надежде, что расстояние разлучит его с внучкой генерального секретаря. Но роман продолжался. Московские чекисты приезжали посмотреть, как ведет себя жених. В конце Геннадий и Виктория все-таки поженились, у них родилась дочь Галина, названная в честь бабушки. Виктория переехала к мужу в Ленинград. Расставаясь с внучкой, Леонид Ильич всплакнул. Потом и этот брак распался…
Виктория Петровна почти никуда не ездила с мужем. Сама не хотела, предпочитала заниматься семьей. Леонида Ильича это устраивало.
Стефан Могилат, который многие годы был помощником председателя Комитета партийного контроля Арвида Яновича Пельше, вспоминал о «неразборчивой любвеобильности Брежнева». Заместитель председателя Комитета партийного контроля Сергей Осипович Постовалов вернулся с одного из первых заседаний секретариата ЦК, проходившего под председательством Брежнева, и поделился:
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 113
