писал, что Робин стал «популярной в Голливуде звездой» и удивлялся, почему даже в момент максимального признания его так скромно принимает киноиндустрия.
«Для тех, кто восхищается непревзойденным гением Робина как комика и тех, кто разочарован его ничем не выдающимися ролями, которые он неизменно играет в фильмах, получение им «Оскара», – писал Туран, – вызвало смешанные эмоции. С одной стороны, невозможно не оценить то удовольствие, которое получил Робин, выиграв «Оскар», а также удовольствие киносообщества, вручившего ему этот приз после трех неудавшихся попыток. Но касаемо моментов его способностей как блестящего актера-комика… Жалко, что очень редко его показывают на экране с этой стороны».
Всю ночь Робин с Маршей, Лори и статуэткой праздновали его победу на вечеринке, организованной журналом Vanity Fair. Артур Грейс, фотограф следивший за Робином весь вечер, позже рассказывал, что Робин «ни на секунду не выпускал «Оскар» из правой руки, то сжимая его, то прижимая к себе, иногда крутил, но в основном просто крепко его держал». Он тепло принимал поздравления от своих давних друзей и коллег, например от Эрика Айдла и Джея Лено, и неловко себя чувствовал, когда случайные люди хотели просто дотронуться до его награды или же когда модельеры нагло надевали ему на голову свой фирменный берет.
После того, как на ежегодную вечеринку прибыла голливудская тусовщица Дэни Дженсен, общавшаяся с Джеком Николсоном, Уорреном Битти и Майклом Дугласом, Робин вернулся к себе в номер в отеле Bel-Air и засунул награду в пакет из магазина Junior’s. Няня, присматривавшая за Зельдой и Коди, которые подпрыгнули с кроватей, обнимались и целовались, передала ему список на девяти страницах с именами тех, кто звонил его поздравить, там были поздравления от Валери, Кристофера Рива, Криса Коламбуса, Пэм Доубер, Стивена Спилберга, Стива Джобса, Барри Бонда, Ричарда Льюиса, Рика Овертона, Ричарда Дрейфусса, от местного почтового отделения, ветеринарной клиники и его автомеханика. Более личные записки пришли на следующий день от Эрика Айдла («Какая радость видеть тебя всего в слезах крупным планом. Не бойся – с тобой плакала вся Америка»), Джорджа Лукаса, Фрэнсиса Форд Копполы, Энтони Хопкинса, Оливера Сакса и Тедда Кеннеди, который назвал «Умницу Уилла Хантинга» «своим любимым фильмом – и не совсем случайно из-за его связи с Бостоном».
Салли Филд писала: «Время от времени Оскар получает правильный человек. Ты один из этих правильных людей». В рукописной записке Джефф Бриджес написал: «Дорогой Роб, Человек! Как чертовски здорово. Я еще полностью ничего не видел (потерял видео), но отрывки великолепны».
Когда все закончилось, жизнь стала напоминать свадьбу или поминки, все слилось воедино. Каждый человек, о котором Робин заботился, восхвалял его, отдавал ему дань уважения и утверждал, что он великий в том, что делает. Затем все это завершилось, жизнь пошла своим чередом. И что дальше? Последующие шаги Робина были намечены заранее.
Из Bel-Air Робин и Марша отправились на север, прямо на съемочную площадку нового фильма Робина – в кампус Калифорнийского университета в Беркли. Алана Кертиса, помощника режиссера, отправили встретить Робина. Кертис вспоминал: «В руке он нес «Оскар» и сказал мне: ”Алан, я хочу тебя познакомить с моим новым маленьким другом. Я обещал, что подарю ему хороший дом“. Я ответил: ”Робин, сейчас мы немного порепетируем, а съемки начнутся не раньше, чем после обеда“, а он ответил: ”Ладно“. После этого они зашли в здание, и хор церкви Glide Memorial Church в Сан-Франциско, приехавший сюда всего на один день, пришел в комнату и начал петь радостные евангелистские песни, пока съемочная команда праздновала встречу с Робином.
«На глаза навернулись слезы, – рассказывал Кертис, – Это был большой многоуровневый лекционный зал, который поднимался вверх как стадион. Он был внизу, и смотрел на всех снизу. Я помню эту улыбку, блеск в глазах и слезы радости. Мы долго обедали, передохнули и во второй половине дня приступили к работе».
Это был «Целитель Адамс» – комедийная драма о докторе и основателе института gesundheit! – больницы, совмещающей в себе в качестве терапии лекарства и смех. Фильм вышел в Рождество и был очень успешным, но он был обруган критиками и не был принят сторонниками целителя из реальной жизни. «Я ненавижу этот фильм», – однажды сказал он Роджеру Эберту. Для Робина это стало еще одной сентиментальной проходной ролью, в которых он вряд ли еще нуждался. И снова он с вершины славы опустился на самый низ.
16
Уступить место белому
Это место с натяжкой можно назвать синагогой, это просто маленькая комната, тридцать на десять футов, рядом с грязной парковкой в польском городе Петркув. Снаружи ее ничего особенного не выделяло, разве что нарисованная баллончиком на двери свастика, которую стирали раз в несколько дней, и которая, казалось, сама себя восстанавливала на следующее же утро. Внутри комнаты стоял простой стол и неокрашенный комод, служивший ракой, вокруг которой собиралось около сорока прихожан, посещающих службу в честь Йом-Киппур. Верующие, читающие ксерокопированные молитвенники, присланные из отдаленных конгрегаций Огайо и Аргентины, были разного возраста, начиная с молодежи, которая только узнавала, почему не должна никому рассказывать, что они евреи, и заканчивая пожилыми людьми, у которых до сих пор на предплечьях сохранились татуировки с их номером. В конце празднования Высоких праздников осенью 1997 года к ним приехала небольшая группа американских кинематографистов и актеров, в том числе Робин, чтобы снимать фильм о Холокосте.
За несколько месяцев до того, как Робин уехал в Америку пожинать плоды от успеха «Умницы Уилла Хантинга» и получил награду Академии, он уже приезжал в этот бывший лагерь гетто, чтобы сняться в фильме «Яков лжец». Этот фильм, снятый по мотивам романа Юрека Беккера, рассказывает о еврее-лавочнике, живущем в Польше в годы нацистской оккупации, который старается сплотить жителей города, рассказывая им фантастические истории, передаваемые якобы по радио о том, что скоро их освободят советские войска. Тема была отнюдь не комедийная, повествование допускало только определенного рода фаталистический юмор, поэтому Робин вынужден был держать под контролем свои порывы. Мало кто ожидал от него участия в подобного рода фильме, и как показало время, это был не тот фильм, который сыграл на благо его карьеры. Но Робин чувствовал, что обязан исполнить роль в таком фильме, и исследовать ту тему, над которой он работал.
Когда зрители вспоминали о самых известных ролях Робина, то всегда говорили о врачах, учителях, отцах, помощниках и целителях. «Все видели исключительную человечность Робина, – рассказывал Стивен Хафт, продюсер фильмов «Общество мертвых поэтов» и «Яков лжец». – Но эта человечность была для него
