обратилось к советскому правительству с просьбой о перемирии.
2 сентября наступление нашей армии в варшавском направлении увенчалось успехом. Фронт обороны немцев прорван. 2-я гвардейская танковая армия продвинулась километров на 20 вперёд и находится в трёх километрах от Варшавы, в предместье Прага. Однако, техника нашей армии так пострадала, что мы должны идти на формирование, куда-то в район Ковеля-Бреста. Следовательно, предстоит длительная передышка в 1–2 месяца.
3 сентября мы покинули Стодзев. Население очень сдержанно проводило нас по причине всё тех же крестов, и мы выехали в Брестском направлении.
Наш путь лежал через Парисув, в ту же Каменку, ясновельможной панны-красавицы Королькевич. Панна была уже арестована. Ей удавалось долго оставаться на свободе, потому что и среди нашей братии нашлись ценители и поклонники телесной красоты пани. Поместье теперь опустело. Осиротели штамбовые розы, клумбы клубневых бегоний с периллой в центре, циннии, прудик.
«Летучка», миновав Седлец, Брест, Ракитно, расположилась в Дубечно, в Ковельском направлении. Началась скучная будничная жизнь в глубоком тылу. Авиация противника нас не беспокоит. Усиленно пополняем дефектуру медикаментов, перевязки. Укомплектовываемся очень солидно. Готовимся к крупным боевым операциям. Автомашины отпущены в свой батальон. Наши палатки стоят одинокими на пустынной поляне с большими липами по сторонам. И только в этой вынужденной тыловой тишине начинаешь отчётливо понимать, что значит фронтовая жизнь, в чём её прелесть, увлекательность. Это людские массы в непрерывном движении, передислокации, новые места, новые виды, бодрящее движенье механизмов, лязг гусениц, гул моторов машин и самолётов, вспышки в ночном небе рвущихся зенитных снарядов, фонарики ракет, фантастические и феерические гирлянды трассирующих пуль, поступательное движенье вперёд, особая утробная радость, что ещё один исторический неповторимый день живёшь на земле…
Развлечений у нас никаких нет. Разве поедем в верховья Припяти половить сетями рыбу, или дадим несколько выстрелов в треугольник летящих гусей и журавлей, заранее зная, что эти выстрелы безрезультатны. Но зато от безделья после ведём спор:
– Вот если бы стреляли не вслед гусям, а вперёд, – вот тогда бы другое дело…
– А ведь вот когда выстрелил Серёжа Неяскин[237], два журавля посторонились будто на мгновенье, видимо от пули…
Читал случайно попавший томик Лескова[238].
Военно-полевой трибунал
Однообразная монотонная жизнь в тылу на формировании или длительная задержка на исходных позициях среди местного, замкнутого, несловоохотливого населения требует большой моральной самодисциплины.
Но есть слабые духом. В бытовую жизнь иногда врываются тяжелые случаи. Самогон кружит голову слабым. Бывали случаи расстрела преступников. Но особенно тяжелым был такой случай. Офицер Мухин[239], Герой Советского Союза, кавалер орденов Суворова I степени, Красной Звезды. Спьяну натворил дел, позорящих честь Красной Армии. Но этим дело не ограничилось. Когда следственные органы направили в часть следователя, этот свихнувшийся человек, получивший великие почести от правительства, покрыл себя новым позором. Он из-за угла застрелил следователя.
Результат заслуженный: суд, лишение высокого звания и орденов, приговор к расстрелу и тут же команда:
– Кругом! Шагом марш!
И не успел человек дойти до края могилы, как автоматная очередь прервала его, а когда-то героическую жизнь.
(Вставка. Не найдена. – В.Л.).
Беспощадная кара? Да. Но без неё не удержать слабых от многих соблазнов в тыловой обстановке, в чужой земле, где даже 12-летняя девочка не отрезвляет угарной головы слабовольных.
Под Варшаву
…Глубокая ночь. Топится печурка – спутница воина. В палатке тепло и уютно. На столе два багряно-красных осенних букета из веточек груши. Послезавтра еду в командировку, в 9-й танковый корпус.
24 октября (1944 г.) получил приказ о передислокации «Летучки» в район Праги, предместья Варшавы. По-видимому, решено форсировать Вислу, обойти и взять в клещи Варшаву, чтобы с наименьшими жертвами людьми и техникой сломить сопротивление гитлеровцев, овладеть Варшавой и заставить гитлеровцев отойти на следующий рубеж, ближе к Берлину.
С Дубечно простился 27 октября, без всякого сожаления, с радующей перспективой снова включиться в фронтовую, кипучую, страстную жизнь. Идёт колоссальная концентрация и накопление наших вооруженных сил и боевой техники. По шоссе Ковель – Брест движутся три армии, в три потока, в том числе наша 2-я танковая. Это армии прорыва. Встречные этому потоку машины задерживаются, иногда на несколько часов. Регулирует движение командующий 6-й армией.
В свою очередь Гитлер, видимо, мобилизует последние свои резервы. Попадаются пленные фрицы из фольксштурма, образованного в результате поголовной мобилизации мужского населения в возрасте от 16 до 60 лет. Эти фольксштурмовцы по существу представляют собой пушечное мясо, но не солдат.
В нашу армию пришли 160 «студебекеров» из Ирана своим ходом. Мы день ото дня крепнем.
30 октября «Летучка» расположилась в фольварке Ярчево. Брест миновали ночью. В населенных пунктах польская милиция.
В Бялой Подластке мы оставили Варшавское шоссе. Ехали в юго-западном направлении на Луков. В Луков приехали солнечным утром. Центр торговой жизни в Лукове превращен в бесформенные груды щебня и кирпича. Но едва мы свернули с площади направо, нашим глазам предстал огромный жёлтый с чёрной каймой указатель: Москва – Берлин. У Москвы стрелка показывает назад, у Берлина – вперёд. От Москвы 1200 км, до Берлина остается 600 км!
Глядя на указатель, мы радовались, как дети, и даже прокричали «Ура!» Красноречивым указателем Луков с этих развалин как бы говорил Берлину: Помни, Берлин, что за тобой Москва, что Москва отомстит тебе за эти развалины и взыщет с тебя, как строгий судия, за все злодеяния твои.
Коалиция Гитлера продолжает катастрофически разваливаться. 29 сентября Красная Армия пересекла югославскую границу и 20 октября Белград освобождён от фашистов. А 23 октября Красная Армия вторглась в восточную Пруссию – очаг и рассадник фашизма.
На «нашей улице» – великий праздник и торжество. 2-я танковая армия получила высокое, почётное и обязывающее звание – Гвардейской. Армия награждена заслуженно. Наша радость безгранична.
В свободные минуты мы всё чаще начинаем задумываться над нашей тактикой, вернее, политикой, и политикой наших союзников.
В самом деле, взять Венгрию. Красная Армия на венгерской земле. Она уже в 10 км от Будапешта. Здесь, благодаря присутствию Красной Армии, режим Хорти[240] ликвидирован. Образовано Временное Национальное собрание, а с ним вместе и Временное Революционное правительство.
А у союзников? Англичане, очистив Грецию от фашистов, оставили и ненавистный народу профашистский королевский трон, и даже обрушились с оружием в руках на Элас – военную организацию Национально-освободительного фронта. Сражаются с эласцами. Расстреливают партизан. По-видимому, политические противоречия с союзниками, сдерживаемые перед лицом общего врага, при уничтожении этого сдерживающего начала обострятся.
Новый 1945 г. встречали в кругу личного состава Эвакоприемника № 164. Встреча Нового года, определенно сулящего нам большие военные успехи, прошла очень мило. Официально
