капуста квашеная – 70 руб. за кг[902]. В августе 1943 г. ленинградцы покупали на рынках главным образом овощи и то в небольшом количестве. Например, Л. В. Шапорина «отчитывалась» в своем дневнике: «1 августа. Воскресенье. Утром поехала на Кузнечный рынок, купила на 86 рублей, 2 пучка редиски 25 р. (один пучок тотчас же украли), 4 свеклы с ботвой 15 р., салат 200 гр. 16 р., ботва свеклы Юр.»[903].
Тем не менее нужно еще раз подчеркнуть, что в своей социальной политике Смольный ориентировался в первую очередь на рабочих, роль которых в 1943 г. возрастала с каждым месяцем в связи с возрождением ленинградской промышленности. 21 августа 1943 г. на заводе «Большевик» дала первую плавку металла мартеновская печь, введенная в кратчайшие сроки коллективом завода в связи с постановлением Государственного Комитета Обороны «О восстановлении производства морской артиллерии на заводе „Большевик“ Наркомата вооружения в г. Ленинграде»[904]. Завод им. Карла Маркса получил в августе 1943 г. задание возродить производство крутильно-кордовых ватермашин для текстильной промышленности. 29 августа 1943 г. Государственный Комитет Обороны принял постановление «О восстановлении производства паровых турбин и турбомашин на Невском машиностроительном заводе имени Ленина», которое стало для коллектива завода мощным стимулом к достижению довоенного уровня машинного производства.
19 августа 1943 г. состоялось общегородское совещание стахановок, которое было представлено поистине великими труженицами, заменившими на производстве ушедших на фронт мужей, сыновей, братьев. Многие из них овладели сложными и тяжелыми профессиями. Анна Александровна Смирнова, например, за время войны приобрела четыре специальности – штамповщицы, кузнеца, молотобойца и полировщицы. Мария Петровна Залетова вместо воевавшего на фронте мужа стала литейщицей[905].
В решении новых задач промышленности города-фронта играли важную роль работники науки и техники. При непосредственном участии литейщиков, членов Ленинградского отделения Всесоюзного научного инженерно-технического общества (ВНИТО), на ряде крупных заводов (Машиностроительном им. В. И. Ленина, Металлическом, И. И. Лепсе и др.) была проведена модернизация литейного производства. Предложенные членами Общества мероприятия по улучшению качества выпускаемого литья позволили заметно снизить процент брака при изготовлении боеприпасов. В целях снижения брака Ленинградское отделение ВНИТО литейщиков организовало соревнование за лучшее качество выплавляемого металла. Переходящее Красное Знамя Общества неоднократно завоевывали литейные цеха завода «Большевик», Кировского и Металлического заводов. В 1943 г. ВНИТО литейщиков приступило совместно с Домом техники к изданию журнала «Бюллетень литейщика». На страницах журнала главное внимание уделялось борьбе с браком в литье боеприпасов, улучшению и пропаганде передовой технологии производства металла. Примечательно, что издававшийся в блокированном Ленинграде «Бюллетень литейщика» был единственным в тот период в СССР журналом по литейному делу. Находившиеся в период эвакуации на Урале ленинградские специалисты отмечали, что получаемый ими «Бюллетень литейщика» представляет исключительно большой интерес и ряд его статей представляет ценность не только в условиях Ленинграда, но и в других городах. Для превращения журнала в подлинный научно-практический центр литейного производства много сделали его организаторы профессор В. М. Андреев и доцент А. Н. Соколов[906].
Задача обеспечения Ленинграда топливом и электроэнергией была одной из проблем, к которой было приковано внимание работников науки и техники на протяжении всего периода блокады. В 1943 г. при научно-исследовательском институте городского хозяйства была создана городская комиссия по экономии электроэнергии.
Члены ВНИТО сварки внесли большой вклад в налаживание газового баллонного хозяйства Ленинграда, организацию производства электродов для дуговой сварки, а также изготовление газосварочной и газорезательной аппаратуры. Для популяризации высокопроизводительных способов сварки на заседания общества приглашались рабочие-стахановцы, организовывались выезды сварщиков. ВНИТО сварки оказало большую помощь фронтовым ремонтным бригадам в оснащении сварочной аппаратурой и подборе кадров, участвовало в их работе по восстановлению боевых машин. Члены общества помогали налаживать действие сварочного оборудования на фронте. Профессор А. А. Алексеев, который отдал этому делу много времени и сил, в одном из своих отчетов Ленинградскому отделению ВНИТО сварки писал: «Сообщаю, что 23-го с/м по вашему предложению выезжал в воинскую часть для оказания помощи в пуске сварочной машины… Испытанием после сборки установлено, что машина приведена в порядок и работает нормально. Поездка у меня заняла 4 часа, из которых 2 ч. 30 м. я провел в воинской части. 24.VII.43. Профессор А. Алексеев»[907]. В этих строчках ярко отражена специфика деятельности работников науки и техники в условиях города-фронта.
Эта же специфика отличала и культурную жизнь города-фронта. Под аккомпанемент артиллерийских обстрелов в Большом зале Ленинградской филармонии проходили концерты известных пианистов и скрипачей из Москвы, приезжавших из эвакуации артистов ленинградских театров. 9 августа 1943 г. в Большом зале Филармонии выступили в качестве гостей солисты балета находившегося в Перми Театра оперы и балета им. С. М. Кирова Н. М. Дудинская, Ф. И. Балабина и K.M. Сергеев[908]. 15 августа 1943 г. в Большом зале Филармонии состоялся концерт Симфонического оркестра под управлением К. И. Элиасберга при участии известной московской пианистки М. В. Юдиной. Исполнялись произведения Чайковского, Грига, Дворжака и Штрауса[909]. 18 августа 1943 г. в Доме Военно-Морского флота выступила с концертом прибывшая из Москвы фронтовая бригада Всесоюзного комитета по делам искусств. Особенно тепло была принята исполнительница русских народных песен Заслуженная артистка республики Л. А. Русланова[910].
Заметным событием культурной жизни города-фронта в августе 1943 г. стало открытие выставки картин одного из старейших ленинградских художников Владимира Михайловича Конашевича, который еще в 20-е годы возглавлял кафедру литографии в Высшем художественно-техническом институте. Оставаясь в осажденном Ленинграде, В. М. Конашевич, как уже отмечалось, не только работал в Институте переливания крови, но и продолжал заниматься своим любимым делом. Свидетельство тому – его персональная выставка, открывшаяся 12 августа 1943 г. в залах Ленинградского союза художников и совпавшая с 30-летием творческой деятельности художника. А. П. Остроумова-Лебедева записала в своем дневнике 24 августа 1943 г.: «Открылась выставка картин В. М. Конашевича, чудесного художника. Собралось много народу. Было празднично и оживленно. Все любовались и наслаждались прекрасными вещами. Многие забыли, что они в осажденном городе, что кругом горе и несчастье! Вот такие чудеса творит искусство. Оно дает радость и покой»[911]. Побывавший на этой выставке востоковед А. Н. Болдырев разошелся во мнении с А. П. Остроумовой-Лебедевой: «… Старый мастер показал много замечательных вещей: Павловск, три прекрасных женских портрета, несколько натюрмортов действительно хороши. Блокада глядит с трех картин. Только одна – где замерзший трамвай, мумия на саночках, а на переднем плане лицо опухшей женщины с тем самым обрютизированным, невидящим взглядом – как-то верна. Не пришло еще время, не пришло…»[912]
Документы
Из блокадного дневника старшего бухгалтера Института легкой промышленности Н. П. Горшкова 1943 год. Август.
1 августа. Воскресенье. С утра хорошая теплая солнечная погода, t +20°. Небольшой ветерок. Арт. пальба не умолкает все время. Бьют наши тяжелые орудия. День проходит сравнительно спокойно.
2 августа. С утра солнечная погода. Арт. обстрел начался в 5 ч и производился в течение всего дня в разных районах города. По приблизительным подсчетам,
