Михаил Кириллов - Перерождение (история болезни). Книга первая. Восьмидесятые годы – 1992 год

Конец декабря. Время идет медленно. Сделаешь кучу дел, а стрелка часов продвинулась всего на 5 минут. Вроде давно было воскресенье, а завтра только четверг. Много дел, оказий приятных и неприятных, много суеты, а затем провал в ненужность, в домашнюю тишину, тихие дела, в шуршание маятника, в остановку времени. Многое повторяется, все реже заинтересовывая, все чаще желание отвернуться, чтобы не стошнило от торжествующих лавочников и не расстроиться при виде несчастных и нищих. В целом же ограничивается круг жизни, смысл ее продолжения, девальвируются высокие мотивации, стремительно нарастает одиночество, существование в маленькой экономической нише – своеобразный морально-экономический парабиоз. Это не меланхолия, так как все доброе, здоровое, внушающее уважение и радость, я замечаю и приветствую, но это случается все реже. Тихое и бессильное единомыслие с немногими. К сожалению, это разрушает и профессиональную эффективность. Чтобы хорошо лечить, нужно делать это самозабвенно, исторгая из себя энергию счастья. Сколько ее было во мне еще недавно! Как много было сделано и как много предвещало. Опустошение души не способствует её энергии. Иногда ловишь себя на мысли, что делаешь дела машинально, загораешься по привычке, радуешься, забывшись. Аритмия сердца на почве душевной дистрофии – плохой симптом для коммуниста и даже для врача. Если эти тенденции приобретут решающее значение, придется сойти с «подножки трамвая» совсем. С первой ее ступени – армейской – я уже сошел.

Наверное, по-человечески, также было тяжко диссидентам в те наши «всеобщие» времена, в которые они не вписывались, и, не будучи врагами, становились ими, оставаясь в одиночестве.

27 декабря. Происходящее во все большей степени напоминает дорогу в огромный нищий Шанхай 20-х годов. По обочине этой дороги кое-где строятся «сингапурчики» инкапсулированного счастья. Перспектива унылая, если не сказать больше. Хорошо только то, что она становится все более четко различимой для большинства.

В 1991 г. правители страны доигрались политически, а в 1992-м – экономически. Россия больна, переживает острый кризис. Разгар гражданской войны, разве что пока без выстрелов и эпидемий. Но мор начался.

Как и прежде, не остается никакого выбора: нужно работать, работать и работать для людей как бы ни было тяжело, чтобы не посрамить учителей.