вымотанная, я уже собралась было уходить домой, когда мой смарт зазвонил.
– Доктор Торн, пациент пришел в себя, – сообщил Свен то, что мне так хотелось услышать.
– Бегу, – радостно выпалила я и, забыв об усталости, помчалась на третий этаж.
То есть, хотела помчаться, но потом поняла, что лучше не привлекать лишнего внимания, и пошла спокойно, пытаясь сделать вид, будто просто иду проверить пациента.
– Госпожа Родвиг, – произнесла я укоризненно, заметив у лестницы кудрявую старушку.
Та удивительно прытко развернулась и улыбнулась мне, прижимая к груди смарт.
– У вас постельный режим, вообще-то, – попеняла ей.
– Да, конечно, – закивала та, потирая поясницу. – Но Максик, это мой внук, не может сделать задание по химии. А я ведь ее когда-то преподавала...
– Это все прекрасно. Но вы сначала вылечитесь, а потом уже занимайтесь внуками. Иначе нажалуюсь на вас доктору Линдену.
Я подхватила ее под руку и осторожно повела в палату. А госпожа Родвиг плакалась мне по пути:
– Так много лежать – оказалось просто невыносимо. Я у вас прекрасно высыпаюсь, совсем без снов, и энергия потом так и бурлит. Хочется что-то делать, но приходится лежать....
– Полезно делать передышку, даже если энергия бурлит. К тому же, вы вполне можете звонить внуку из палаты.
– Да, но вдруг моя соседка тоже захочет с кем-нибудь поговорить?
– Организуйте график, – я была непреклонна.
Мы зашли в палату. Завидев нас, госпожа Гибсон тихо ойкнула и спрятала смарт под одеяло.
– Поотбирать бы их у вас, – покачала я головой.
Убедившись, что пациентка легла, я поспешила на третий этаж. Ворвалась в палату, чуть не сорвав тяжелую дверь с петель, и хмыкнула. Пациент и правда пришел в себя.
Свен, охранник, замер в проходе. А сам Енсен, оборвав все датчики, поднялся в кровати и сейчас стоял в углу, обводя мрачным взглядом палату. Коротенькая больничная распашонка так и норовила сползти с широких плеч, поэтому Енсену приходилось судорожно хвататься за полы руками, чтобы не оказаться перед нами голышом. Естественно, это не добавляло ему хорошего настроения.
– Все в порядке. – Я подняла руки, выходя вперед. – Меня зовут Тьериль Торн, я невролог в больнице королевы Маргариты, в Ользене. Несколько дней назад вас доставили сюда избитым и без сознания.
Я специально опустила подробности, чтобы успокоить пациента и заставить доверять мне. Не хотелось бы применять к нему какое-нибудь из седативных заклинаний, сейчас он нужен мне адекватным и способным на разговор.
– В Ользене? – переспросил Енсен. Его плечи немного расслабились.
– Верно. – Я кивком показала Свену, что все хорошо, и он может выйти. – Мне бы хотелось вас осмотреть. Позволите?
Мужчина немного подумал, не спуская с меня пристального взгляда, но потом все же кивнул. Я дождалась, пока он вернется в кровать, и приблизилась.
– Значит, больница имени королевы Маргариты, – пробормотал Енсен.
– Неврологическое отделение.
– А охрана в этом отделении откуда? Охраняете людей от меня? Или меня от людей?
– Скорее, вас, – ответила я честно.
– И вы, получается, меня совсем не боитесь? – прищурился пациент.
– Я врач и маг, – пожала плечами, не видя повода для испуга. – Со мной лучше дружить. Потому что я знаю множество заклинаний, способных поставить вас в очень неловкое положение.
Енсен вдруг рассмеялся, и мне показалось, что витавшее в воздухе напряжение окончательно отступило. Поэтому я улыбнулась и спросила:
– Как вы себя чувствуете?
– Сложно сказать, – ответил он после небольшой паузы. – Физически – вроде бы ничего. Но я совершенно не помню, как сюда попал.
– Помните, как вас зовут, сколько вам лет, где родились? – поинтересовалась, проводя осмотр.
– Пожалуй. Меня зовут Рольф, Рольф Таннер.
Я кивнула, вспоминая то, что рассказал Брандт. Имя вполне может быть ненастоящим, но пока лучше не упоминать об этом, чтобы не нервировать пациента. Вот приедет Хейден и пусть разбирается. Надеюсь, Свен догадался его вызвать.
– Что ж, в целом, я не вижу никаких отклонений, – сообщила, когда закончила.
– Это значит, что вы меня сейчас выпишете?
– Прямо сейчас – вряд ли, – сказала я уклончиво, – мне хочется понаблюдать за вами.
– Но мне ведь можно отказаться? – Взгляд мужчины потяжелел.
– Конечно, вас никто не станет держать силой, только...
От необходимости убеждать упрямого пациента спас писк дверного замка. В палату вошел Хейден, приехавший гораздо быстрее, чем я ожидала.
– Змей, – подобрался Енсен, завидев следователя.
– И тебе не хворать, – улыбнулся тот.
– Так это я по твоей милости здесь?
– Можно и так сказать.
– Да? А поподробнее? Ни бриза не помню.
Хейден быстро рассказал моему пациенту о том, что случилось. Услышав о нападении, тот помрачнел, как грозовая туча.
– Вот же дрянь... Я помню только то, как ехал на поезде из Лурея. Экспресс Эндерс – Роксбург – Ользен. А дальше – провал... Получается, я потерял больше двух недель...
– Дневник был с тобой?
– Да. Я не успел отдать его тебе?
– Не успел.
– Совсем дрянь....
– Мы нашли гостевой домик, который ты снял по приезде в Ользен, – сообщил змей. – Хозяйка сказала, что ты забронировал его по сети. Приехав, заплатил сразу за месяц, отказался от завтраков и уборки и вообще попросил не беспокоить без веского повода.
– Да, примерно это я и планировал, – кивнул Енсен. Или Таннер? Нет, пусть будет Енсен.
– Что ты делал следующую неделю – я не знаю. Встретиться у нас не получилось. Потом мы вычислили твой дом, но одновременно с нашими противниками. Они устроили там обыск, хотя я не думаю, что что-то нашли.
– Не нашли, – согласился мой пациент. – Я бы не оставил дневник в доме так глупо.
– Он очень нужен нам.
– Я не помню, – на лице Енсена отразилась досада. – Когда ехал сюда, еще точно не знал, что буду с ним делать. Думал, сориентируюсь по ситуации. И явно сориентировался. Вспомнить бы только, в какую сторону.
– Камера хранения на вокзале, банковская ячейка? – предположила я.
Енсен бросил на меня полный подозрения взгляд. Хейден заметил это и поспешил успокоить его:
– Тьериль можно доверять. Головой ручаюсь.
– Ну если головой… – буркнул авантюрист и контрабандист. – Камера хранения – слишком просто. Не мой
