Гуд бай, Америка! Книга 2 - Юрий Цой

Насти и Эмми не нашлось, поэтому они купались голышом, а мы с женой все же соблюли приличия, чтобы не вызвать неудобных вопросов у любознательной дочки с голубыми глазами. Вода была удивительно теплой, приняв нас в свои объятия, и мы плескались в ней, забыв о времени и о далекой стране, погружавшейся в холодный период года с глубокими сугробами и трескучими морозами.

Паэлья нам неожиданно удалась, шкворча на огромной плоской сковородке и мы расселись на открытой веранде, наблюдая за солнцем опускающемся в морскую пучину и с удовольствием работая ложками, добывая горсточки риса и обжигаясь дуя на пряную пищу.

Солнце занырнуло за горизонт, а небо мгновенно почернело, расцветившись гроздьями звезд, казавшиеся необычно яркими и близкими в сухом и чистом воздухе. Мы уложили зевающую Настасью в отдельную комнату, полюбовались на спящую Эмилию и взявшись за руки пошли на берег моря.

Поверхность океана разгладилась, незаметно вздыхающая мириадами тонн жидкости и ласково оглаживающая сдерживающие их берега, накатываясь тихими волнами и щекоча наши голые ступни. Мы присели на границе прибоя и обнялись, глядя на эту вселенную величия и покоя, чувствую необычное родство с окружающим и друг с другом, наслаждаясь этим чувством и окружающим видом.

— Как хорошо, Боб! — Милая прильнула к моей груди, обняв руками и транслируя мне свое счастье, став похожей на мурлыкающего котенка, щекотящего кудрями густых волос мою обнаженную грудь. Я руками прошелся по спинке жены и вдохнул запах ее волос, смешанный с морским бризом, ощущая покой и любовь к этому чуду в моих руках, данное мне судьбой и всевышним, за что я не поленился в очередной раз поблагодарить его мысленно, впадая в транс единения наших душ.

Любимая вскоре очнулась и подняла свое личико со светящимися изумрудами глаз, в которых казалось отражали звезды, играя белыми искорками внутри маленькой вселенной.

— Муш, мой… — легкий вздох и шевельнувшиеся пухлые губки напросились на мой поцелуй, который длился и длился, пока я не подхватил невесомое в моих руках желанное тело жены и не понес в дом, чтобы любить ее бесконечно долго, внося частичку нашей энергии в гармонию вселенского мироздания.

Конец.