связью здесь туговато, однако слухи распространяются со скоростью света. Так Мазай прознал о новых свойствах радов и решил создать свою армию изменённых. Но кое-кто убрал научного сотрудника и уничтожил секретную лабораторию. И насколько мне известно, без Почтальона там не обошлось. — Дьякон сделал паузу и по очереди покосился на нас с Гюрзой, намекая на то, что он в курсе, кто этот хулиган. Однако мы даже в лице не изменились, и он вынужден был продолжить рассказ: — Сейчас в центральном районе небольшое затишье, но многое будет зависеть от вас. И поэтому меня попросили проследить за исполнением заказа. Всё…
— Так кто метит на место Мазая? — задала правильный вопрос Гюрза.
— Неужто не догадалась? — хитро прищурился Дьякон.
— Вряд ли это Пёс, — покачала головой она. — Да и Торговому союзу эти проблемы ни к чему. Это должен быть кто-то нейтральный, но такой, чтобы его боялись. Что-то никто на ум не приходит.
— Продолжай, ты на верном пути, — приободрил Гюрзу он. — Ответ ведь напрашивается сам собой.
— Да ладно? — не поверила она собственным выводам. — Хочешь сказать это тот, за кем мы гоняемся?
— Умничка, до деменции тебе ещё далеко.
— Очень смешно, — поморщилась Гюрза. — Но кто он?
— Боюсь, ты не поверишь, — покачал головой Дьякон. — И я вообще удивлён, что ты до сих пор этого не поняла. Даже больше того: как ты могла его не узнать⁈ Да, он знатно помолодел, всё-таки полный микс прилично срезает возраст, но вы столько пережили вместе…
— Да иди ты в жопу, понял⁈ — внезапно осатанела Гюрза и снова залепила рукояткой в ухо Дьякону.
И на этот раз не просто для острастки, а со всей силы, с яростью. Дьякон поплыл и даже носом клюнул, а из разбитого уха потекла кровь. Супруга подскочила, упёрла ствол пистолета ему в висок и потянула спуск. Я едва успел отреагировать, чтобы сбить оружие в сторону. Прозвучал выстрел, и правое боковое стекло тут же помутнело.
— Успокойся, Гю! — рявкнул я и ударил по тормозам, чтобы отрезвить её разум.
Так как Гюрза занимала не самое устойчивое положение, при резком торможении она прилетела носом в сиденье. Боль её разозлила, но адреналин всё же прочистил разум.
— Ты совсем больная⁈ — взревел Дьякон. — Какого хрена ты творишь⁈
— А ты базар свой фильтруй! — вернула ему она.
— Я здесь при чём⁈ Ты сама задаёшь вопросы! Дура!
— Хлебальник завали, козёл!
— А ну заткнулись оба! — не выдержал и заорал я.
А так как в большинстве ситуаций я остаюсь максимально спокойным, это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Обе стороны конфликта моментально притихли, продолжая сверлить друг друга ненавидящими взглядами в салонное зеркало заднего вида.
— Микс есть? — тихонько спросил Дьякон. — Кажется у меня сотряс.
— Там сотрясаться нечему, — злобно буркнула Гюрза.
— О ком он говорил, Гю? — покосился на жену я. — И почему тебя это так взбесило?
— Так что там с миксом?
— Ой, на и заткнись уже. — Гюрза протянула ему портсигар. — Белая трубочка.
— А то я сам не догадался, — язвительно ответил Дьякон. — Психичка неуравновешенная.
— Ей можно, она в положении, — оправдал действия супруги я.
— Серьёзно⁈ — обернулся к ней Дьякон.
— Не твоё дело, придурок.
— Всё равно поздравляю. Кого ждёте?
Мы ответили в один голос:
— Пацана…
— Девочку…
— Ясно, — усмехнулся Дьякон и сплюнул кусок трубочки на пол, после чего втянул в лёгкие смесь пыли и скорчился от боли, выгибаясь, будто в эпилептическом припадке.
Я спокойно дождался, когда действие микса сойдёт на нет, и влепил Дьякону подзатыльник.
— Эй, да чё вы за семейка-то такая⁈
— Подними, — кивнул я на мусор под его ногами.
— Да у тебя здесь…
— Челюсть сломаю, — совершенно спокойным голосом пообещал я.
— Господи, — закатил глаза он и, подняв мусор, принялся крутить головой. Не найдя места, куда бы его выбросить, сунул его в карман, а затем вернул портсигар Гюрзе. — Спасибо.
— Ага, приятно подавиться.
— Да хватит уже мурзиться! — возмутился он. — Я здесь ни при чём. За что купил, за то и продаю. И в конце концов, почему тебя это злит? Я думал, ты обрадуешься.
— Потому что ты врёшь, — безапелляционно заявила Гюрза. — Я сама видела, как он умер.
— Ты видела то, что тебе позволили. Пёс нашёл его…
— У него мозги в грязь вылетели, после такого не живут! — закричала Гюрза, а я, кажется, начал догадываться, о ком они говорили.
— Ты никогда не слышала, что люди с пулей в голове живут? Притом там, во внешнем мире. Да, может быть, его мозг был мёртв, но тело ещё жило. А на что способен полный микс, ты знаешь получше меня. Мало того, Мост был не просто одной ногой в могиле, он уже перешёл черту, и Мешок наградил его самым мощным талантом, который только можно себе представить.
— Твою мать! — выдохнул я и приложил ладонью по рулю. — А ведь он был действительно похож… И как я сам не догадался⁈ Мы ведь даже в форт едем, где он сервис держал…
— Заткнись, — перебила меня жена и снова покачала головой. — Нет, это невозможно, у него половины башки не было! Ты врёшь!
— Так сложно поверить в чудо? — усмехнулся Дьякон. — А ты пульс проверяла? Вы ведь его даже не похоронили.
— С такими ранами не живут, — парировала Гюрза.
— Мост всегда был сильным человеком, а теперь и подавно. В общем, я тебя ни в чём переубеждать не собираюсь, сама всё скоро увидишь. Только один момент…
— Что ещё?
— Он вас вряд ли узнает. Микс восстановил тело, но увы, память он вернуть не в состоянии. Короче, это будет совсем другой человек, и я хочу, чтобы вы оба это понимали.
— Я не стану его убивать, можешь так и передать этому ублюдку Мазаю.
— Вот поэтому с вами я.
— Только попробуй, и я лично прострелю твою тупую башку. И поверь, сделаю это так, что тебя ни один микс воскресить не сможет.
— Давайте для начала его просто найдём, а там уже будем думать, как поступать, — предложил я.
— О чём ты вообще говоришь⁈ — снова разъярилась супруга. — Это же Мост!
— И я тоже не позволю его убить, — всё так же спокойно произнёс я. — Но этот конфликт разрешить необходимо. А я подозреваю, что Мазаю без разницы, каким образом мы решим данный вопрос. Так? — Я покосился на Дьякона.
— В общем и целом, — подтвердил мою теорию он.
— Сама подумай: нам ведь не просто так дали этот заказ. Мазай прекрасно знал, что мы не станем убивать старого друга, даже если он уже не тот, каким мы его знали. Выходит, он ждёт
