мы пока до туда дошли, пока поняли, что там нет их. Пока допросили…
— Ясно, а второй?
— Ну а второй, мутный какой-то парень. Жених дочки старшей этого ювелира. В посольском приказе он работал.
— И они тут.
— Выходит. — Он плечами пожал. — Слуги так говорят, а эти англы, особо не разговорчивые.
— Ясно. — Ну попробуем.
Повернулся я к телохранителям, проговорил.
— Так, идем говорить. Я говорю, кричу даже, чтобы слышно им там было внутри. А вы в оба смотрите. Если откуда стрела или аркебуза высовывается в окно, живо все назад и меня прикрывать. Ясно?
— Ясно, господарь.
По-хорошему надо было бы сделать осадный какой-то щит, но я надеялся на здравый смысл англичан. Если они начнут стрелять первыми, если убьют кого-то из моих людей, их тут просто в землю впечатают. Причем не только мои бойцы, но и простые москвичи вполне могут проявить агрессию. Так может случиться, что камня на камне не останется.
Так, а как представляться то. Вот черт? И. О. царя тут как-то не прокатит же. Ладно, импровизируем.
— Господа англичане! — Выкрикнул громко. — У нас возникло недопонимание! У нас на территории… — А как это здание то обозвать. Плевать. — У вас скрываются люди, замешанные в заговоре против царя. Они иезуиты! Выдайте их нам и никто не пострадает. — Помолчал чуть, добавил. — Гарантируем им справедливый суд!
Вначале все было тихо и никто не отвечал, но потом из одной из бойниц я услышал слегка гундосый, чуть картавый, наделенный сильным акцентом:
— С кем имею честь?
Вот сложный момент и всплыл.
— Игорь Васильевич Данилов! Воевода, боярин, инфант, господарь! — Угу, еще добавить плейбой, филантроп и просто хороший человек. Кривая ухмылка пересекла мое лицо.
Народ, что толпился на улице, все это слышал и когда дело дошло до моего титула и имени, начал переговариваться еще сильнее. Уверен, мальчишки сейчас помчались созывать толпу. Все же тот, кто вчера вошел в кремль, кто спас город от пожара и здесь — это же событие интересное. Нужно обязательно посмотреть. Любознательность русского человека она очень и очень высокая. Но мне здесь толпы зевак вот совсем не хотелось бы видеть. Быстрее решить всю эту ситуацию и славно.
Видимо мешанина титулов произвела на переговорщика некоторое ошарашивающее воздействие. Ответил он не сразу.
— Зачем вы пришли? Мы здесь по приглашению вашего царя. Мы торговцы, а не воины.
— У вас скрывается семья причастная к заговору! Выдайте ее и мы уйдем!
— У нас только члены Московской компании. — Проговорил он, но в голосе я слышал сомнения.
— Англичанин, не знаю твоего имени и титула! Мои люди уверены, что опасные заговорщики скрываются у вас. Англичанин! Я знаю! Твоя страна не очень-то ладит с Папой! А эти люди! Они иезуиты! Они его рыцари!
— Меня зовут Джон Мерик! Я глава Московской компании! — Выкрикнул человек из окна. — Я дипломат и торговец. Мы здесь не для войны.
Говорил он несколько сбивчиво. Слова про иезуитов его явно ввели в еще большие раздумья. Но пока что наличие у него гостей этот человек скрывал. Еще бы — ювелир, это же настоящий кладезь, сам по себе. А если у него еще при себе украденные или накопленные сокровища…
Припомнилось мне, что вроде бы в Смуту, чтобы получить серебро для найма войска, Шуйский продавал украшения из казны. Не через него ли шел весь этот торг? Может быть британцы по выгодным ценам, а может каким-то обманом и сговором получали украшения. Возможно за некоторые из них еще не было уплачено. Все же произошло довольно быстро. Шуйский же не планировал слетать с трона, а платить войскам как-то и чем-то было нужно. Наличие камешков — это хорошо, их ценность велика, но простые солдаты хотят звонкой монеты.
Интересно — британцы располагали серебряной казной? Они же как — никак торговая компания.
— Джон Мерик! Дипломат! — Я выкрикнул это с позитивными и уважительными нотками в голосе. — Если ты утверждаешь, что у вас нет скрывающихся заговорщиков, то возможно ты пригласишь меня и самых близких мне людей внутрь, поговорить?
— Господарь. — Заворчал Богдан. — Там же коридоры узкие. Зайдем, перебьют нас там. Может мы их всех из аркебуз, залпом…
Хорошо, что он догадался говорить это тихо.
— Рано, казак, рано.
Ответа никакого не последовало.
— Джон! Может быть ты хотя бы выйдешь? И мы поговорим с тобой лицом к лицу, как благоразумные люди? Чего горло драть! Мы не желаем вам зла! Мы ищем людей! Возможно, произошла какая-то ошибка! Возможно, нас обманули и это все происки наших совместных врагов. — Когда говоришь человеку о чем-то совместном, это всегда сближает.
— Хорошо! Я выйду к тебе! Дай слово, что твои люди не нападут.
— Клянусь! — Я поднял руку, повернулся и также громко стал раздавать приказы, чтобы мои люди не в коем случае не восприняли выход этого британца, как повод к началу штурма. Мы поговорим и решим все миром.
Я обошел здание и занял место так, чтобы были видны и технический и парадный входы. Время шло. Дверь отворилась и на крыльцо вышел человек. На нем был непривычный для Руси наряд. Западноевропейский камзол, шляпа. На перевязи висело клинковое оружие. Шпага вроде бы. На вид он выглядел уже стареющим господином, волосы покрыла седина, лицо испещрено морщинами. Спускался он медленно, величаво.
За спиной его двигался юноша. Молодой парень, возможно телохранитель, а может быть, сын или племянник. Сходство вроде какое-то было. Но все же они были иноземцами и возможно для меня, да с такого расстояния, могли казаться схожими.
— Идем. — Я махнул рукой своим телохранителям. — На окна смотрите.
Казалось безумием, что по нам будут стрелять, но все же.
Пожилой торговец и его спутник замерли, спустившись по лестнице. Смотрели на нас как-то предвзято, подняв подбородки.
— Я официально заявляю, Игорь Васильевич… — Имя мое он прямо сильно исковеркал, но я не увидел в этом чего-то недостойного. Иностранец как — никак. — Никого чужого в здании нашей компании нет.
— Возможно, Аким Иванов, вчера стал вашим. — Я улыбнулся ему. — Мерик Джон, он может быть опасен и для вас.
Смотрел на него пристально, изучал. Он точно что-то скрывал.
Но тут, стоящий чуть сзади молодой человек подал голос.
— Отец! Это тот самый человек, о котором говорят. Отец? — Он говорил на английском, но я вполне хорошо понимал его.
Джон молчал, у нас с ним была пока что моральная дуэль. Он не хотел сдаваться, отводить взгляда. Но с каждым мигом я все отчетливее понимал — ювелир здесь. Он нужен британцам. На кону стоят какие-то большие
