об стенку траншеи. — До встречи.
Глава двадцать четвертая
Трепет
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 8 апреля 2000 года*
— Так сколько самолётов и вертолётов они потеряли? — спросил Жириновский.
— По сводным данным за последние двое суток, авиация Коалиции понесла следующие потери… — сообщил генерал армии Корунков, Главнокомандующий ВВС СССР, и опустил взгляд на документ перед ним. — B-52H Stratofortress — 3 единицы, A-10A Thunderbolt II — 16 единиц, F/A-18C Hornet — 6 единиц, F-16C/D — 4 единицы, F-15E — 2 единицы, Tornado — 3 единицы, а также AV-8B Harrier II — 1 единица. Но один сбитый британский Tornado — это точно не работа иракской ПВО. Мы полагаем, что это был дружественный огонь со стороны американской ПВО.
Владимир внимательно следит за потерями авиации сил Коалиции, потому что это очень важный индикатор эффективности построенной в Ираке системы ПВО.
О B-52H, сбитых за последние двое суток, Жириновскому докладывали отдельно, потому что это стратегические бомбардировщики, которые НАТО предполагает использовать для бомбардировки важных объектов в СССР, в случае полномасштабной войны.
Каждый B-52H, с учётом проведённой модернизации, стоит около 55 миллионов долларов США, что очень дорого, но не дороже урона, нанесённого престижу американской авиации.
Всех их сбили с помощью ЗРК С-300ПМУ2, которые отлично достают эти высотные бомбардировщики, что тоже очень позитивное явление, так как иностранные заказчики обязательно захотят приобрести себе эти «неожиданно» эффективные зенитно-ракетные комплексы.
— Стоимость замены (1) всей потерянной силами Коалиции авиационной техники оценивается в 1 миллиард 150 миллионов долларов, — продолжил генерал армии Корунков. — Три B-52H потеряны безвозвратно, так как их не производят с 1962 года — это объясняет нам, почему Коалиция полностью запретила своей стратегической авиации вылеты на боевые задания.
Жириновскому уже доложили, что 3 единицы — это 3,2 % от всего парка стратегических бомбардировщиков B-52, которых, на момент начала операции «Трепет пустыни», было 94 единицы.
— Это очень хорошие новости, — произнёс он. — Это совсем не конец света для американцев, но и приятным сафари это не назвать…
В Пентагоне рассчитывали, что эта война станет «Бурей в пустыне 2», но, начиная с наземной фазы, всё идёт совсем не так, как все планировали.
Расходы на операцию уже пересекли черту неприемлемых — во всяком случае, у проамериканских арабских стран, которые до сих пор восстанавливают свою нефтедобычу.
Ну и джинн уже выпущен из бутылки: на волне новостей о том, что нефтяная компания «Сауди Арамко», при деятельном участии властей Саудовской Аравии, попыталась сокрыть факт серьёзного повреждения нефтедобывающего оборудования, цена нефти марки Brent выросла до 103 долларов США за баррель.
Это существенно выше прогнозов аналитиков ГКО и ГАУ КГБ, но всегда есть, куда деть сверхдоходы…
— А как продвигается подготовка наших локальных контрнаступлений? — поинтересовался Жириновский.
— Плановыми темпами, товарищ президент, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Командование сил Коалиции пытается наладить снабжение с помощью запасов, имеющихся на соседних военных базах, но это не может удовлетворить потребность в полной мере. То есть, к началу контрнаступлений, у противника будет ощутимый дефицит боеприпасов ко всем видам вооружений, что способствует более динамичному продвижению иракских войск к целевым рубежам.
— Нам нужен большой успех — пусть американцы заплатят за всё, — потребовал Жириновский. — Весь мир выиграет от этого.
Пусть Вторая американо-иракская война и ведёт к эскалации между НАТО и Восточным блоком, но от этого есть и существенные преференции для СССР — возросший военно-политический престиж открывает множество дверей, ранее надёжно закрытых.
Например, из неочевидных преференций: в Турции начались народные волнения из-за роста популярности Социалистической партии власти — в 1999 году ей запретили участвовать во всеобщих выборах, а в этом году запретили выдвинуть кандидата в президенты. Но среди граждан, за прошедшее десятилетие, стало очень много сторонников социализма, вернее, людей, которым нравится Жириновский и то, что он делает.
А Жириновского, в глазах мировой общественности, не существует в отрыве от Советского Союза.
Весь мир видит, что делает СССР и чего он добивается, а тут США вторгаются в Ирак, но мало того, что вторгаются, так ещё и уже начинают огребать от него — после блистательной «Бури в пустыне», это похоже на ушат ледяной воды за воротник.
Это имеет прямые политические и экономические последствия, которые СССР, не без удовольствия, использует для улучшения собственных позиций.
— Потери Иракской армии на том же уровне, что и раньше? — поинтересовался Жириновский.
— После утраты Коалицией господства в воздухе, безвозвратные потери «Баирума» и «Редума» снизились с 350–400 до 100–150 человек в сутки, — сообщил начальник Генштаба ВС СССР. — Но наиболее существенное снижение ощутило иракское ополчение, ранее безвозвратно терявшее 900–1000 человек в сутки, а теперь теряющее 400–500 человек в сутки.
Ополчение несёт на себе основную тяжесть потерь, по причине более слабой боевой подготовки и нахождения на передовой.
Командованию силами Коалиции почти всё равно, кого именно бомбить, а командованию Иракской армии не всё равно, кого именно терять. Холодный расчёт показывает, что если потери неизбежны, то пусть их понесёт ополчение, менее стойкое в бою и, соответственно, менее полезное в долгосрочной перспективе.
— Мы ожидаем, что силы Коалиции полностью оправятся от удара и подавят иракскую ПВО в течение следующих девяти-десяти суток, — произнёс Главнокомандующий ВВС СССР.
— Это приведёт к восстановлению прежнего уровня потерь, — кивнув, сказал генерал Сергеев. — Но сейчас, пока вражеское господство в воздухе устранено, у генерала Рохлина есть возможность осуществлять эффективные контрудары.
Полное уничтожение ПВО Ирака — это предначертанное событие, а не вероятность, потому что самолётов у Коалиции много и сбивают их не так часто, как хотелось бы.
У НАТО есть высокоэффективная стратегия по уничтожению радиолокационных станций ПВО, с применением противорадиолокационных ракет AGM-88 HARM — несмотря на все принятые меры и применённые ухищрения, они продолжают выбивать РЛС, ослепляя иракскую систему ПВО.
Но это проходит не без пользы: удалось испытать эффективность нового импульсного режима РЛС, чтобы понять, насколько хорошо работает «память» (2) ракеты HARM.
Уже выработана новая тактика по сохранению РЛС не только при помощи активируемых обманок, имитирующих сигнатуры антенн реальных зенитно-ракетных комплексов, но и с применением организованности — теперь, когда примерно известны характеристики «памяти» ракет HARM, расчёты знают, как быстро нужно менять позицию.
А на противорадиолокационных ракетах HARM и зиждется американская стратегия по ослеплению и уничтожению системы ПВО.
Сейчас они, фактически, вынуждены заново начать воздушную фазу «Трепета пустыни», параллельно с уже идущей наземной фазой — это не их решение, у них не было выбора, поэтому им приходится делать хорошую мину при плохой игре.
*Республика Ирак, мухафаза
