отпрыгнул еще дальше, заодно оттащив за собой женщину и ребенка.
Покачав головой, я вставил батарею обратно. Надел ремень с кобурой. Убедился, что индикаторы не горят – ни желтый, ни зеленый, который полыхнул во время выстрела. Если эта «вякалка-текалка» пульнет случайно, я лишусь всего своего добра ниже талии и плюс сразу же вырою себе довольно глубокую могилу наполненную серой пылью. Надо обязательно выяснить, что тут за ерунда с предохранителем. Но сначала разобраться бы с рейдерами Люта.
– Мил – вполголоса позвал я, зная, что девушка снайпер меня услышит – У меня появился дурацкий план! Дерзкий, но дурацкий!
– Дай угадаю! Ты хочешь подкрасться, испарить прикрытие рейдеров, после чего я их перестреляю из винтовки, а ты в случае нужды добавишь из дробовика. Да?
– Ты гений! Так и есть!
– План дурацкий! Но дерзкий, этого не отнять. Жирик, риск страшный. У меня уже два патрона в отказ ушло. Могу не успеть.
– А что делать? Так мы получим элемент внезапности и обалделости – они стопудово в осадок выпадут, если прикрывающая их бетонная плита внезапно исчезнет. Ну, еще можно дождаться пока они возьмут нас в клещи или дождутся подкрепления. Думаю, они уже послали гонца к своим – скорее на помощь мол.
– Действуем – решила спустя пару секунд Мила.
– Мне красться? Или бежать напролом?
– Напролом. Только предупредить не забудь! Дай мне пару минут – я подготовлю винтовку.
– Понял – повернувшись к напарнику, я попросил – Туффи, тащи сквозь дыру наших новых друзей к машине. Оттуда сигналь Арту и охотникам. Забирайтесь внутрь, будь готовы к резкой отправке. И если что, если нас завалят, геройствовать не вздумайте! Сразу валите домой и прямиком к деду Федору с докладом. Ясно?
– Все сделаю, начальник!
Туффи не скрывал радость. Он человек не боевой. С лопатой копаться – ему по душе. А бегать с дрыном наперевес и проламывать чужие головы – это уже не для него.
Дождавшись когда в казарме останусь только я, шагнул к двери, проверил висящий на груди дробовик, потрогал пистолетную рукоять, затем спросил:
– Ну что?
– Я готова! Давай! Я прикрою!
И я дал! Рванул вперед словно обезумевший кабан, тяжело перепрыгивая через препятствия и не сводя глаз с бетонных развалин. Если сейчас кто-нибудь высунется с винтовкой наготове, то мне не позавидуешь. Одна надежда на Милу и ее меткость.
Чем отличается хороший план от плохого? Ответ: всем! А если точнее? Ответ: итогом!
План придуманный на кривой коленке, в дикой спешке и при угрозе неминуемой смерти или рабства почти всегда заканчивается трагичным пшиком. А при очень большой удаче все завершается неожиданно и феерично.
Госпожа Удача меня еще не покинула.
Я без малейших помех добрался до бетонных развалин. Упал на колено, краем уха прислушиваясь к бубнящим, кричащим и шипящим голосам с той стороны – похоже лютованы говорили одновременно.
Лютованы? Фига я их внезапно назвал… Но звучит!
Так вот…
Я выставил перед собой ужасное оружие на ядерной тяге, нацелился на косо поставленную бетонную плиту, после чего мысленно перекрестился и дважды нажал спуск. Легкий шелест не существующей листвы, обильное облако оседающей на землю серой пыли. Резко замигавший на боковой панели красный огонек, вскоре навсегда потухший. Пистолет «век-тек» сдох. А бетонная стена осталась. А я увидел засевших в засаде лютованов, суетящихся вокруг чего-то лежащего на земле. Вернее я увидел на их самих, а лишь их тени, их движущиеся силуэты.
Отчего я вдруг приобрел способность видеть сквозь стены?
О, это каждый может, если вдруг бетонная стена станет толщиной с лист папиросной бумаги. Пистолет испарил большую часть стены, но оставил от нее т-о-о-оненький слой, лишь чудом еще на рухнувший и не рассыпавшийся на кусочки.
Выйдя из ступора, я помог силе тяжести покончить со стеной – двойным выстрелом из автоматического дробовика. О, это просто неописуемо, когда видишь, как от твоих выстрелов бетон разлетается в стороны, а следом за ним на землю летят дергающиеся тела врагов.
Выстрел! Еще выстрел!
Джекхаммер в моих руках грохотал как бог гнева и грома. Я находился в паре шагов от вооруженных врагов и посему не жалел столь драгоценных патронов двенадцатого калибра.
Выстрел! Выстрел! И еще два!
В этот момент я осознал, что давно уже слышу короткие хлесткие щелчки другого оружия. И вижу как противники падают на бетонное крошево еще до того как я приголубил их залпом картечи.
Глотая кислый пороховой дым я медленно опустил оружие и замер. Кончено.
Только что мы расстреляли шестерых любителей черной кожи, цепочек, ужасного пирсинга, безумных ухмылок и уродливых причесок. Их тела рассыпались в прах. Но на земле осталось много различных предметов, а ко мне в личный Свод один за другим сыпались листки с разнообразной информацией. Инфы было довольно много. Видать рейдеры Люта успели много переселенцев пустить на мясо или силком заставили отдать клочки сведений.
– Мила! – крикнул я.
Меня поняли правильно.
– Все чисто! Жирик, ты ту штуку видишь? Нет? Сфера которая.
– Не заметил – отозвался я, поднимаясь и делая шаг вперед, одновременно снаряжая дробовик патронами. Я становлюсь настоящим воякой. Крутым как сваренные в машинном масле страусовые яйца.
Странную штуку я увидел сразу. Ну, ее мудренно НЕ заметить – когда на ровном участке земли, между кусками бетона и грязи, растет металлический гриб с вывернутой наизнанку шляпкой. В общем, что-то вроде миниатюрной антенны с круглым сегментным зонтиком и штырем по центру, направленным точно на солнце. От зонтика идет короткий толстый провод присоединяющийся к большому рюкзаку однозначно выглядящему более чем серьезно и технологично – пластик, металл, снова пластик, мягкие обводы и широкие ремни. Вот она – защитная призма. Это я понял сразу. И так же понял, что магией здесь не пахнет. Чистая технология.
– Мил, пусть остальные продолжают раскопки! – завопил я, приступая к сбору трофеев – И пусть все делают в два раза быстрее, чем раньше!
– Принято! Жирдяй!
– Чего?
– Ты молодец! Но как ты угадал с толщиной стены?
– Я не угадывал! Просто эта клятая штука сдохла! – признался я, сгребая в пригоршни странные амулеты из птичьих перьев, косточек и канцелярских скрепок. О, а эта железяка торчала в носу у того, кто словил выстрел из дробовика прямо в шею. Случайно у меня так получилось.
Кстати – меня приголубило. Но я хоть убей, не мог припомнить, кто именно сумел меня достать. Однако половину моей жизни как языком слизало. Даже чуть больше. Я прошелся по краю. По спине пробежался запоздалый озноб.
Мне
