быть может, вы расскажете мне, как осознали, почувствовали… как вообще вы контактировали с планетой?
Он так просительно посмотрел на неё, а улыбка у него получилась немного робкой, что Рита выдохнула от облегчения. Она всё же готовилась к давлению альфы на неё, а не мягкости и чуткости.
— Да, об этом мне хотелось бы поговорить. Видите ли…
Она начала говорить ровно, но вскоре её рассказ заполнили эмоции, и девушка то размахивала руками, стараясь подчеркнуть важность и масштаб; то прикрывала глаза, чтобы остановить набежавшие слёзы; то присаживалась на стул и торопясь пила воду; то вновь вскакивала и, прижимая руки к груди, пыталась передать всю боль, что испытала при общении с Громом.
— Что вы на меня так смотрите? – немного дёрганым жестом она схватила бокал, но он был пуст. – Считаете, что я преувеличиваю?
— Нет, – задумчивый взгляд Митгара заставлял волноваться.
— Правильно. Я адекватна! Мне кажется, что я обязана передать всё в точности, что было тогда, поэтому столько эмоций. Вы оборотень, вы потомок тех, кто обидел планету, и вы должны понимать… нет, ощутить, прочувствовать, сколько боли принесли сюда. Это поможет вам всем сосуществовать вместе.
— Думаете, это возможно?
— Гром хочет дать вам и себе шанс.
— Значит, можно сказать, что это дело семейное, – хмыкнул альфа.
— Что-то вроде того, – согласилась Рита. – Планете нет дела до того, что есть порядок регистрации, определение статуса и прочая бюрократия. Гром хочет начать всё заново, а не затворничества, которое обеспечат ему высшие.
Рита снова разнервничалась. Ей показалось, что Митгар смотрел на неё так, как будто знал о сокрытии ею своей важной роли в будущем налаживании контакта. Но как бы она ни хотела помочь планете вернуть ощущение гармонии, сейчас она не готова была объявить себя заложником ситуации. Оборотни не выпустят её с планеты. Гверд-старший обязан будет задержать её здесь, лишая выбора.
— А вы? – вдруг спросил он Риту.
— Что я? – сердце заполошно забилось.
— Как вы в принципе относитесь к тому, что произошло, и готовы ли помогать нам… ну-у, наладить общение с планетой? Как мы поймём, чего она хочет?
«На воре и шапка горит!» – с досадой подумала Рита о себе, так как её щёки мгновенно стали пунцовыми, а руки предательски подрагивали.
— Он. Не забывайте, планета называет себя «Гром», – сделала попытку отвлечь его.
Митгар кивнул и усмехнулся.
— Я считаю, – медленно протянула Рита, – что мы с вами стали невольными участниками величайшего события, и как минимум всё, что я вам рассказала, надо записать хотя бы для своих потомков.
— Хм.
— Преступно будет упустить шанс и не наладить контакт с Громом! Планета в результате этого может преобразиться, но я понимаю, что прямой выгоды для вас это не несёт. Масса ограничений не позволит сделать эту планету выгодным вложением средств, – её слова звучали с грустью, – но я уверена, что какие-то перспективы всё-таки проявятся, – неуверенно добавила она.
— Высшие заберут Гром под свою юрисдикцию, а если мы заартачимся, то откупятся. Разовая выгода. Может, это и неплохо, – стал вслух размышлять Митгар, за что Рита была ему благодарна.
— Когда ещё на планете зацветут сады, а на вырученные деньги можно купить шарик поменьше и осваивать его намного активнее, чем громадный величественный Гром, – невесело усмехнулся альфа
— Ну, если так, тогда нам с вами не о чем говорить? – спросила она. – Пусть будущие владельцы заботятся о дальнейшей судьбе планеты?
— Но вы могли бы ещё пообщаться с ним? – не давая ответа, задал он ей вопрос.
— Как?! – вновь вспыхнула чуть успокоившаяся Рита, выдавая, насколько сильно она нервничает из-за происходящего. – Господин Гверд, я совершенно не контролирую этот процесс! Думаете, захотела − и поговорила? Всё решает он! – неожиданно она задорно улыбнулась: – Попробуйте сами! Сядьте в медитативную позу, отрешитесь от проблем и дерзайте!
— У меня других дел полно, – хмыкнул Митгар.
— А я разве располагаю свободным временем? – Рита произнесла это мягко, даже чуть криво улыбнувшись, как будто рядом с ней стоял симпатичный, но эгоистичный ребёнок, без конца требующий внимания. А ещё она приложила ладони к пылающим щекам и казалась смущённой, что было трогательно и мило.
Альфа почувствовал себя неуютно из-за всплеска собственных эмоций, но тут же широко улыбнулся и внёс предложение:
— Кстати, о свободном времени! Не хотите съездить в город? Там есть магазины и кафе. Правда, цены у нас кусачие, но если бы вы позволили, то я…
— Нет. Простите, но нет. Если у меня выдастся свободный часик, то я лягу поспать.
Митгар чувствовал себя идиотом.
Всё же ему ни разу не приходилось общаться с работающими оборотницами, а девушки из обеспеченных семей под отдыхом подразумевали как минимум прогуляться по городу с заходом в рестораны, клубы… Вот он и пригласил, не подумавши.
— Это вы меня извините. Я доволен вашей работой и вижу, сколько сил вы прилагаете. Не смею более задерживать вас. А о Громе пока давайте никому ничего не будем говорить и займём выжидательную позицию, хотя бы на несколько дней.
— Хорошо, господин Гверд.
Митгар настоял на том, чтобы проводить Риту, но шли они молча, и их зонты только мешались друг другу, а взять его под руку девушка не согласилась. Возле теплицы они расстались, разойдясь каждый по своим делам.
Глава 8. Цветы на плато
Прошли дожди, а вместе с ними остались позади самые трудные дни, когда Рите приходилось чуть ли не ночевать в теплицах. Она как могла, ускорила рост посадок и теперь всё своё внимание посвящала самой большой и высокой теплице, которую необходимо было довести до ума и сделать из неё оранжерею.
Фруктовые саженцы там уже прижились, теперь оставалось наладить дополнительное освещение при помощи кристаллов Георга и отрегулировать более широкий диапазон температуры. Для этого вызвали узкопрофильного специалиста, а Рита приглядывала за его работой, и впервые за всё время пребывания на Громе беззаботно наблюдала за жизнью оборотней в городке.
Ребята, заметив её блуждающий взгляд, подмигивали ей, улыбались, а некоторые даже делали сальто или жонглировали теми предметами, что несли, добиваясь её внимания и улыбки. Через какое-то время количество пробегающих мимо будущей оранжереи сильно увеличилось и каждый норовил чем-то выделиться. Рита вышла на улицу и, смеясь, хлопала в ладоши, пока Саяш не запрыгнул
