к камням площади. Когти вурдалака процарапали параллельные борозды на брусчатке.
— Вибрация, — прошептал он. — Множество… существ. Приближаются.
Я медленно повернулся вокруг своей оси, изучая пространство. В центре города, на вершине искажённого акрополя, возвышался массивный храм. Его колонны, в отличие от других строений, были идеально сохранившимися.
— Выпусти Гидру и Домина, — Костя поднялся, мышцы на его плечах напряглись. — Нас встречают. Я чувствую… много… слишком много.
Не медля ни секунды, я активировал метки на своих запястьях.
Домин материализовался, сразу принимая боевую стойку. Его красная кожа лоснилась, глаза горели жёлтым пламенем. Он оскалился, демонстрируя ряды заострённых зубов.
— Ну, вашу ж мать, где мы на этот раз? — проворчал он, вращая головой. — Смотрится как какая-то средиземноморская помойка после адской попойки!
Рядом с ним возникла Гидра — теперь это было поистине монструозное создание. Видимо демоны переварились. Восемь змеиных голов на гибких шеях возвышались над нами на добрых пять метров. Её тело раздалось вширь, мощный хвост, покрытый бронированной чешуёй, нервно хлестал по камням площади.
— Наша задница полностью зажила и готова к бою! — Домин хрустнул костяшками.
Я невольно усмехнулся.
— Как ощущения, Гидра? — спросил я, глядя на восьмиголовую махину.
Все головы одновременно повернулись ко мне.
— Я… вернула силу, — прошипели восемь глоток одновременно, создавая жуткий, многослойный звук. — Вкус архидемонов… пробудил древнее. Мой взгляд… снова может обращать в камень. — прошептала она.
— Отлично! — я кивнул.
— Вон там, — Костя указал когтистым пальцем на массивный храм на акрополе. — Центр власти. Чую… самого сильного говнюка. Их лидер.
Я взглянул на здание. Даже на расстоянии было заметно странное свечение, исходящее из-за его колонн. Кроваво-красное, пульсирующее.
— Значит, генерал Красных там, — произнес я.
Не успел я договорить, как пространство перед нами задрожало. Воздух сгустился, словно желе, затем расступился, образуя проход. Из него вышла женщина невероятной, чужеродной красоты.
Четырёхрукая фигура выступила из тумана, закованная в кольчугу, настолько тонкую и плотную, что она струилась по её телу как жидкий металл. Сквозь искусные разрезы, сбегающие до середины бедра, проглядывала оливковая кожа с едва заметным перламутровым свечением. Глубокий вырез кольчуги обнажал ключицы и шею. Серебристые волосы, ниспадали по спине тяжёлыми волнами, контрастируя с чёрной кольчугой. Но подлинным магнетизмом обладали её глаза — абсолютно чёрные, лишённые белков и зрачков.
За ней выступили десятки фигур в алых одеяниях. Маги, с лицами, скрытыми под капюшонами.
— Спиро Валентайн, — сказала четырехрукая. — Наконец-то.
Она медленно приблизилась, позволяя своей свите растечься полукругом позади неё.
— Я — Дивора, верховная жрица и палач господина Алукарда, генерала Красных магов, — она церемонно опустила две верхние руки к земле, а две нижние сложила на груди. — Я знала, что эта жалкая Алиен не справится. Господин Алукард должен был послать меня на твою вербовку с самого начала, — Дивора рассмеялась. — Впрочем, даже лучше, что ты сам пришёл в наш мир, — она наклонила голову, изучая меня. — Так я смогу убить тебя сама.
— Тебе не справиться, — я сделал шаг вперёд, чувствуя, как Костя, Домин и Гидра синхронно напрягаются.
— О, не с тобой одним, — она насмешливо покачала головой. — После того, как мои верные последователи расправятся с твоими… питомцами, — она презрительно оглядела моих спутников, — я лично займусь тобой. А потом… — её голос стал почти интимным, — я займу место твоей сестры в её прекрасном теле!
Я ощутил, как волна холодного гнева разливается по венам. Эта тварь посмела угрожать Кате?
Сделав ещё один шаг вперёд, я встретился взглядом с её бездонными чёрными глазами. Позволил себе улыбнуться.
— Знаешь, Дивора, — произнёс я ледяным тоном, — есть одна проблема с твоим планом. Чтобы занять чьё-то место, нужно сначала остаться в живых.
Я расправил плечи, позволяя энергии свободно циркулировать по телу.
— Так что… — моя улыбка стала шире, обнажая зубы, — попробуй.
Воздух перед Диворой задрожал. Из пространственного кармана она извлекла огромный церемониальный топор.
Дивора крутанула топор в верхних руках с такой непринуждённостью, будто это был не многокилограммовый инструмент, а игрушка. Оружие запело в воздухе, оставляя едва заметный кроваво-красный след. Нижними руками она одновременно чертила в пространстве руны, которые вспыхивали и гасли.
— Этот топор искупал своё лезвие в крови тысяч, — промурлыкала она, виртуозно перебрасывая его между всеми четырьмя руками. — Сегодня я добавлю ещё одно имя к своей коллекции.
Домин, наблюдавший за представлением, ухмыльнулся.
— Эй, Дим, — прошептал он достаточно громко, чтобы все услышали, — я, конечно, не спец, но с четырьмя-то руками… представь, что она может вытворять — одновременно задушить, подрочить и ещё парочку блюд из меню разврата!
Дивора застыла.
— Мои руки созданы лишь для одного развлечения, демон, — прошипела она, — вырывать внутренности из тел таких, как ты.
Она резко повернулась к своим последователям в красных одеяниях:
— Уничтожьте его фамильяров! — скомандовала Дивора. — Но Валентайн мой!
По её сигналу красные маги ринулись вперёд, рассыпаясь полукругом.
— Ну что, ребята, — Костя растопырил когти, — вечеринка началась!
Гидра издала многоголосый боевой клич, а Домин просто плюнул на землю и принял боевую стойку.
— Ладно, — я перевёл взгляд на Дивору, — давай покончим с этим…
…Сорок минут месева. Дивора перемещалась со сверхъестественной скоростью. Её атаки… каждый удар создавал мощную ударную волну. Мраморные плиты под нашими ногами крошились и взлетали вверх, а каждое столкновение нашего оружия, порождало вспышки, которые можно было бы увидеть с другого конца города.
Краем глаза я замечал, как Костя становился размытым пятном среди врагов — только брызги красной энергии отмечали места, где секунду назад стояли маги. Гидра работала не хуже — восемь пар глаз превращали противников в статуи. Домин тоже не отставал, умудряясь прикрывать непробиваемыми крыльями Костю.
Наконец последний из красных магов рухнул. Дивора осталась одна против нас четверых. Вокруг неё формировалось алое силовое поле, пульсирующее в такт её дыханию — последняя линия защиты.
— Даже если я буду уничтожена, господин Алукард возродит меня заново!
— Знаешь, в чём главная слабость таких как вы? — я выпрямился, активируя особый режим восприятия. Реальность вокруг растворилась, уступая место энергетическим потокам и силовым линиям. В структуре Диворы я наконец увидел то, что ускользало от меня раньше. — Вы воспринимаете бессмертие как конечную точку развития. На самом
