спросил:
-Что он просил сказать ?
-Просил похоронить по-человечески, и сказал, что ты дашь мне проводника до его берлоги. Остальное, я сама сделаю, - пожала плечами Сида.
-И кто же ты ему такая, что он тебе берлогу свою оставил ?
-Никто. Мы только сегодня познакомились.
-И почему тогда он тебе поверил ?
Вместо ответа, Сида молча сдвинула браслет на запястье, показывая ему лису. Протянув руку, Клешня взял девушку за запястье и, подтянув к себе, принялся внимательно изучать татуировку. Возмущённая такой бесцеремонностью Сида, попыталась вырвать руку, но в ту же секунду, её запястье словно угодило в железные тиски. Едва не застонав от боли, девушка замерла, понимая, что этот странный человек запросто может переломать ей все кости.
-Сиди спокойно, - посоветовал ей Колесо. – Его потому Клешнёй и прозвали, что запросто может любого искалечить.
Не обращая внимания на их разговор, Клешня продолжал внимательно изучать рисунок. Наконец, отпустив её руку, он тяжело опёрся на стол и, помолчав, спросил:
-Почему из столицы ушла ?
-Откуда ты знаешь, что я из столицы ?- растерялась Сида.
-У нас лиса по-другому бежит. Не так как в Велизаре, - усмехнулся Клешня. – Это давно придумали. Знак один, но у каждого города свои особенности, так что, тайная стража, даже если захочет обмануть, в знаках запутается. Точно рисунок изобразить только наши клеймовщики могут.
-А я и не знала, - растеряно протянула Сида.
-Это вообще мало кто знает. Где Кот остался ?
-На пустыре. От арбы сразу направо, и у большого камня влево. Там и лежит, - быстро ответила девушка.
-Колесо, возьми четверых парней, и сделай всё, как положено, - коротко приказал Клешня. – А с тобой, мы ещё поговорим, - повернулся он к Сиде.
-Так почему ты из Велизара ушла ?
-С местным старшим характерами не сошлась, - коротко ответила Сида.
-А что так ?
-Я воровка, а он всё норовил меня котам подсунуть и на улицу поставить, - нехотя ответила девушка.
-А ты значит, против была, - понятливо кивнув, протянул Клешня.
-Я и сейчас против. Это моя жизнь и моё тело. В постель я лягу только с тем, с кем захочу, и когда захочу. Понял ?- с вызовом спросила она.
-А мне это понимать незачем, - пожал Клешня плечами. – В шлюхи идут те, кто сам того хочет. Такое, не мне решать. Осесть тут собираешься, или дальше поедешь ?
-Не решила ещё. Вот сделаю, как Серый Кот просил, а там видно будет, - качнула она головой.
-Значит так. Если работать надумаешь, придёшь сюда, и скажешь хозяину. Пятая часть от всего что выловишь, в гильдию, остальное, твоё. Вздумаешь, крутить, или монету прятать, пеняй на себя. Попусту грозить не стану, но руку мою ты уже знаешь. Так что, остальное сама поймёшь, - подвёл итог разговору Клешня и, повернувшись к другому громиле, приказал, - отведи её в Котово логовище. Пусть осваивается. Но учти, начнёшь руки тянуть, пожалеешь.
-А если сама захочет ?- усмехнулся в ответ громила, игриво подмигивая девушке.
-Размечтался, - фыркнула та в ответ. – Сначала грязь с себя смой.
Усмехнувшись, Клешня подтолкнул к ней лежащий на столе кинжал, и кивком головы отпустил. Сунув оружие за пояс, Сида одним глотком допила своё вино, оказавшееся не таким уж плохим, и легко поднявшись, отправилась следом за громилой. Выйдя из харчевни, её проводник сразу повернул за угол, уверенно ориентируясь в лабиринте узеньких улочек.
Сделав несколько поворотов, громила решительно толкнул покосившуюся калитку и, войдя в крошечный дворик, ткнул пальцем в низкую, почерневшую от времени дверь.
-Тебе сюда. Напротив, красотка Мара живёт, но она сейчас на работе. Так что, обживайся.
-А чем эта Мара занимается ?-С интересом спросила Сида.
-Тем, чем ты заниматься не хочешь, - усмехнулся в ответ громила.
Понятливо кивнув, Сида осторожно толкнула низкую дверь и, пригнувшись, вошла в маленький, глинобитный дом. Кромешная темнота и едва слышный запах пыли встретили её прямо на пороге. Остановившись, Сида оглянулась на смотревшую за ней с явным интересом громилу, и быстро спросила:
-Огниво есть ?
-Найдём, - кивнул тот, роясь в складках своего широкого кушака.
Найдя кресало, он уверенно протиснулся в двери и, порывшись на полке, прибитой к стене слева от входа, достал маленькую плошку, наполненную жиром. Ловко стукнув камнем по куску железа, он поджёг фитиль и, убрав кресало, отступил в сторону.
-Спасибо, - кивнула Сида, внимательно осматриваясь.
-Сочтёмся, - пожал плечами мужчина и, развернувшись, выбрался на улицу.
Прикрыв дверь, девушка медленно прошлась по доставшемуся ей дому, и присев на единственный табурет, тяжело вздохнула. Ей совсем не хотелось застрять в этом городишке на всю оставшуюся жизнь, даже не смотря на такую роскошь, как свой собственный дом. Внимательно осмотрев каждую деталь не богатой обстановки, Сида испустила ещё один вздох.
Стол, табурет, очаг в углу, и матрац, набитый соломой у стены, вот и вся обстановка. Несколько полок на стенах, где хранились всякие хозяйственные мелочи и пара колышков у двери, на одном из которых висел потрёпанный плащ. Вспомнив про хозяйский схрон, Сида вытащила кинжал, и присев над указанной половицей, осторожно воткнула кинжал в дерево. Ловко приподняв доску. Она посветила в открывшееся отверстие своим светильником и, заметив холщовый мешочек, удовлетворённо кивнула.
Сунув руку в отверстие, она достала мешочек, с удивлением отметив, его солидный вес. Опустив доску на место, она положила находку на стол, и принялась аккуратно развязывать тесёмки. Ухватив мешочек за угол, она приподняла его над столом, высыпая содержимое, и не удержала восторженного оханья.
По старой столешнице, с весёлым стуком покатились золотые монеты. Вывалив всё содержимое мешочка, Сида с увлечением принялась пересчитывать золото. Покойный Кот оказался прижимистым и рачительным вором. В мешке хранилось ровно полторы сотни почти новых, золотых монет. Это было настоящее богатство.
Как молодой воришка умудрился скопить такое состояние, она понять не могла, ведь в городе было огромное количество всяческих соблазнов. С такими деньгами, она могла смело продолжить путь, выбирая место, которое пришлось бы ей по душе. Кроме того, у неё ещё оставались деньги, выданные ей близнецами. Всё вместе, это было весьма солидной суммой, благодаря которой она могла довольно хорошо устроиться.
Придя к такому мнению, Сида решительно
