Газлайтер - Григорий Володин

— Как дела? — спрашиваю, когда жена обнимает меня, прижавшись крепко.

— Всё безупречно, — отвечает она без паузы. — Знаешь что я подумала со всей этой шумихой с атаками на Совет? Странно только, что Лорд Тень до сих пор не попытался на нас напасть.

— Не странно, — усмехаюсь. — Это резиденция Организации, членом которой является. Он не посмеет устроить здесь хоть какую-то заварушку. Впрочем, честно говоря, уже хочется переехать в своё жильё. Но ремонт купленной мной усадьбой всё ещё не закончен…

— Да, я понимаю, — кивает альва. — А когда мы вернемся в Молодильный Сад

Я глажу её по волосам:

— Скоро, думаю, ты приступишь к своей работе. Мне тоже уже пора заниматься делами. В Рю но Сиро не терпится построить своё королевство, на Боевом материке нужно объединить побольше народов зверолюдей, чтобы без риска запустить международный транспортный портал. На Острове Некромантии тайн столько, что и за год не разгребёшь. А Багровые Земли отпускать нельзя вообще — там лорды-монополисты уже недобро поглядывают на нашу хлебобулочную фабрику.

— А как же старое поместье Филиновых? — уточняет Лакомка, и попадает прямо в точку. Она это умеет.

— Да с него всё началось, им же всё и должно закончиться, — отвечаю. — Когда я войду в старое поместье Филиновых, уверен, там будет не просто встреча с пылью на мебели. Но и здесь, в наших краях, Астральный прорыв требует внимания. Моя чуйка буквально кричит, что Демонский бог Гора как-то связан с Филиновыми.

В этот момент из-за угла появляется Змейка, держа на одной руке поднос. На подносе — кофе, пар поднимается тонкой струйкой. Сегодня она в своей «миловидной» форме: прямо девушка из обложки, только голубокожая. Пухлые губы растянуты в почти ангельской улыбке, да ещё и платье надела, а не первый попавшийся мешок из-под картошки.

— Кофе, мазака.

— Сенькью, — булькаю я, делая первый глоток.

Но слишком уж коварная у неё моська. Ломтик, выполняя моё поручение, незаметно следит за ней, и стоит ей скрыться за поворотом коридора, как змееволосая, не теряя ни секунды, когтями рвет с себя платье, а освобожденный хвост начинает нетерпеливо шлёпать по стене.

Блин! Ещё долго придётся её воспитывать. Может, четвёртая формация вернёт её в прежний, хищный облик Горгоны? И нафиг тогда эти платья, и Слава Богу! А то я уж и не знаю, как с этим бороться.

Наобщавшись с Лакомкой и проведав сыновей, я устраиваюсь в плетёном кресле в саду, позволяя себе несколько минут спокойного созерцания. Перед глазами — величественная линия Демонской стены, за которой клубится и лениво переливается дымка Астрального прорыва. Картина красивая, но в этой красоте есть и тревожная нотка. В это время Грандбомж бродит по аллеям, ходит кругами, словно по своей личной орбите, и всё бурчит себе что-то под нос. Вид у него… в общем, бедняга явно хлебнул в жизни горя. Но в его голову я пока лезть не собираюсь — не время. Тем более он, наверняка, будет сопротивляться, а возиться с этим сейчас не в моих планах.

Из тени, как всегда внезапно, мне на колени выскакивает Ломтик. Громко тявкает, спрыгивает и начинает нарезать круги вокруг моих ног.

— Да-да, — говорю я, — у нас теперь есть новая огромная теневая стая, но тебе ещё рано ею единолично командовать.

— Тяв.

— Ну, я знаю, что ты большой и серьёзный, но торопиться нам всё же некуда.

Пока Ломтик изображает из себя обиженного, из глубин дома появляются Ольга Валерьевна и Гюрза. Обе идут рядом, но позы девушек чуть напряжённые, как у людей, которые минуту назад о чём-то спорили и теперь стараются при мне вести себя подчеркнуто спокойно.

— Данила Степанович, неприятности позади? — великая княжна бросает намекающий взгляд на далёкое высокое здание Совета, у которого теперь нет крыши, и в её тоне слышится тонкий намёк.

— Да, всё в порядке, Ольга Валерьевна, — отвечаю, поднимаясь при дамах, хотя особого желания вставать нет. Но манеры ведь.

— Прекрасно, — ровно улыбается Гюрза, сверкая идеальными зубами.

Между девушками явно проскальзывает какое-то строптивое напряжение. А вот и Лакомка появляется с другой стороны террасы, останавливается и, хитро прищурившись, переводит взгляд с одной на другую. Альва всегда с удовольствием наблюдает за соперничеством женщин. Правда, пока неясно, что именно между княжной и леди стало предметом скрытой конкуренции, но разгадка не заставляет себя ждать.

Ольга Валерьевна первой открывает тему, чуть опережая Гюрзу:

— Данила Степанович, пока вас не было, приезжал сир из Солнечного дома.

— Да этот оранжевокрылый ухаживал за Ольгой Валерьевной, — тут же вставляет Гюрза, и её улыбка становится откровенно коварной.

— «Ухаживал» — громко сказано, — отрезает княжна, даже не давая леди-дроу развить тему. — И, к слову, у него не было ни единого шанса.

— И что он хотел? — интересуюсь я, решив не вмешиваться в их пикировку. Смотрю при этом на Лакомку, ожидая, что она подхватит рассказ. Альва, едва заметно усмехнувшись, смотрит на великую княжну, мол, пусть сама договорит.

— Пригласили нас на бал в вашу честь, — говорит Ольга Валерьевна, явно стараясь произнести это как можно ровнее.

— В мою честь? — уточняю я.

— Официально — «в честь правящего Совета, преодолевшего коварную и подлую диверсию Демонов», — ровным голосом поясняет Лакомка. — Но любой, у кого есть мозги, понимает, что всё это из-за того, что ты защитил его от угрозы, мелиндо. Неофициально — мероприятие целиком твоё. Сир из Солнечного дома сказал это прямо.

Я прекрасно понимаю, что Совет попросту не хочет афишировать, что их спас бескрылый. Им проще спрятаться за формулировкой «в честь Совета», чем признавать факт открыто. А то, что подставу Трибеля они назвали «диверсией Демонов» — вполне ожидаемо. Так им куда проще сохранить лицо перед горожанами: куда выгоднее выставить всё как отражение внешней угрозы, чем выносить на публику собственные разборки и демонстрировать шаткость своих рядов.

— А где пройдет сам бал? — уточняю.

— В Небесном доме, — отвечает Лакомка.

Ну понятно. Видимо, хотят ненавязчиво напомнить лорду Гибибибелю, что его Дом теперь под пристальным наблюдением и находится в неудобном положении.

— А я как раз оттуда, — ухмыляюсь. — Так что