богатый, остановился в «РуссБолте». Простолюдин, но притом маг. Телепат. Поэтому важен эффект неожиданности, а то налажаете. Сделайте осторожно, без свидетелей. Через третьих лиц, используй сторонних ребят с огнестрелом, чтобы концы к нам не вели. Ага, иди узнавай, конец связи.
Он вешает трубку и с опаской смотрит на барона. Хорошо, что Павел хоть додумался использовать прикрытие. А оно в этом деле, правда, не помешает. Всё же, как Колчан слышал краем уха, парень находится в связях с Морозовыми и другими дворянами. Здесь первостепенна осторожность.
— Баронессе и Степашкину чтоб ни слова, — неожиданно произносит Павел. — Когда Вещего устранят, позаботься, чтобы исполнители к утру кормили рыб. Никто не должен знать об этом задании.
* * *
После гостиницы я направился в «Зимнюю вишню». К счастью, ехать до этой кофейни недалеко. Вообще «Вишня» — приличное место, почти что ресторан, только вот из-за дорожного ремонта рядом к крыльцу не подъехать, и Никитосу пришлось остановиться в дальнем проулке, так что почти километр я шел от машины до кофейни темными подворотнями. А попахивает в этих местах неприятно, мягко говоря. Ну хоть ни во что не вляпался.
Прихожу в ресторан-кофейню я первым. Скотина Воронов решил опоздать, чтоб он сдох.
Хостес провожает меня к забронированному столику. Сажусь и заказываю кучу разных пирожных с кофе. Астрал Астралом, но мою любимую подпитку мозга никто не отменял. Сладости и кофе — ммм, обожаю!
Вернуться бы уже домой, очень соскучился по маминым ватрушкам с медом. Да и Лакомка меня заждалась поди. А также Лена. Может, и главная героиня моих эротических снова Антонина Павловна тоже ждет своего ученика-телепата, чем черт не шутит. Но на пару дней еще придется задержаться в Москве, и это притом, что неизвестно, что еще сегодня выкинет Воронов.
Я уминаю чизкейки и предаюсь ностальгии по дому. Бросаю взгляд в окно, как вдруг замечаю по ту сторону стекла маленькую девочку. Она чуть ли не прижалась носом к окну и смотрит, как я уминаю красивые пирожные с глазированными помадками.
— Господин, не изволите ли еще чего-нибудь? — к столу подходит улыбающийся официант, который уже наверняка приметил, что я ем в три горла дорогие торты, а значит, с меня можно получить большие чаевые. — Я бы порекомендовал наш фирменный десерт «Зимняя вишня».
— Несите, — киваю. — А еще сходите на улицу и приведите сюда ту девочку.
— Хм, сию минуту, — замявшись, всё же соглашается официант.
Вскоре лупоглазая малышка двенадцати лет оказывается за моим столом. Я пододвигаю ей тарелку с только что принесенным фирменным пирожным с вишневой начинкой. Но девочка не притрагивается к угощению, а посматривает на меня боязливо и в то же время с надеждой. Ее ожидания я оправдываю.
— Кушай на здоровье, — разрешаю.
И тогда она накидывается на тортик. Пока она уминает за щечки бисквит, заказываю ей зеленый чай, а также пакет пирожных с собой. Мне не жалко. Денег у меня нынче много, так почему бы не порадовать ребенка?
— Вот забирай, — протягиваю удивленной девочке огромный пакет. — Но на будущее — больше не принимай подарков от незнакомых дядей и тетей. В жизни ничто не дается просто так. И мир полон плохих людей, которые норовят воспользоваться твоими слабостями.
Девочка понятливо кивает и, забрав пакет, встает и открывает ротик, чтобы поблагодарить, как вдруг раздается со стороны входа:
— Так-так, неужели Даниил Степанович вы пришли на встречу с ребенком?
Конечно же, это нагрянул Воронов. Он просто не мог прийти на пять минут позже, теперь, блин, волнуйся за девочку, а то с этой скотины станется ей заинтересоваться.
Я неторопливо поднимаюсь и киваю аристократу. Пришел он вместе со своей помощницей — молодой девушкой модельной внешности с портфельчиком. Сам Эдуард одет во всё черное — плащ, костюм, галстук — как и положено «ворону». Лицо у него заостренное, с хищными чертами.
— Нет, Эдуард Аркадьевич, — натягиваю на лицо улыбку. — Я всего лишь участвую во внеплановой благотворительной акции — угощаю бродяжку пирожными. Для кармы полезно, — бросаю строгий взгляд на малыху, и она, втянув головку в плечи, торопится к двери.
Может, прозвучало и цинично, зато Воронов тут же теряет интерес к девочке, и теперь та спокойно доберется домой. С кучей вкусных пирожных.
— Неожиданно, — хмыкает Эдуард. — Ну что ж, Даниил, давайте пообщаемся.
Сначала он садится за стол, потом девушка, а потом уже я. К этому времени призываю сознание Васи-василискуса. Зачем? Просто на всякий случай. Вот нутром чувствую, что Воронов не обойдется без подставы.
Да еще к тому за соседний столик только что уселся подозрительный тип. И дело не во внешности. На вид-то он обычный клерк-очкарик. Только посетитель будто бы незаметно поглядывает в нашу сторону. А вообще со стороны Воронова глупо было бы приходить без скрытой охраны.
— Как вам Москва, Данила? — спрашивает Эдуард, заказав лишь один кофе. — Слышал, вы приехали из глубинки, что, надо заметить, нетипично для владельца огромной бизнес-империи.
Ну, конечно, прикидывается дурачком. Как будто он не знает где я живу. И где живет моя мама, на жизнь которой Вороновы покушались.
— Да, я живу в Будовске в Пермском княжестве, — улыбаюсь. — А «Валентино», если честно, я приобрел совсем недавно благодаря милости барона Горнорудова.
— Слышал, вы эту милость вполне заслужили, — кивает Эдуард.
Угу, как ты заслуживаешь получить эту вилку в глаз. Моя рука играет с прибором, искушение огромно, но я игнорирую эмоции. Месть — это не просто холодное блюдо. Его нужно уметь готовить виртуозно.
— Благодарю за оценку, — коротко отвечаю.
— Мы бы хотели заключить с «Валентино» договор на поставку тканей для нашей розницы, — переходит Воронов к делу. Он кивает помощнице, и та достает из портфеля несколько листов бумаги. — Вот объемы необходимых материалов.
Я бросаю быстрый взгляд на список.
— «Валентино» производит это всё, — киваю. — Резерв свободных мощностей у компании есть, но предмет сотрудничества лучше обсуждать с руководством моей фирмы, а не со мной. Я всё же не разбираюсь в производстве тканей, а просто владею предприятием. Его управлением занимается Совет директоров.
— Это понятно, — отмахивается Воронов. — Именно от вас не требуется конкретики в этом деле. Но я предпочитаю собственными глазами взглянуть на того, с кем собираюсь связать себя деловыми отношениями.
Стелет гладко. Даром, что «ворон», а не «соловей».
— Допустим, — отвечаю без интереса.
— Что ж, похоже, мы пришли к согласию, — довольный Воронов бросает взгляд на помощницу и та достает из портфеля маленькую коробочку в белой упаковке. — Наш презент в честь будущего сотрудничества.
Мне передают эту коробку, и я замираю. Потому что благодаря Васе почувствовал неладное.
Огромный змей, занимающий половину кафе, заворочался. Один из талантов василискуса — это чувствовать попытку чужого вмешательства в сознание. Вот сейчас именно она и происходит. Попытка залезть мне в голову.
Вздумали подсунуть артефакт? Наверняка,
