кланов. Вот и сейчас, оказавшись посреди поля боя, они быстро и качественно выполняли свои задачи. Если неправильно разделать мясо — оно может быстрее испортиться, или придется слишком долго промывать его, чтобы избавиться от желчи и кислоты. Но это не все, что можно найти в телах. — Господин, смотрите.
— Львица со сломанным позвонком, я сам с ней бился.
— Вы совершенно правы, господин, но дело в том, что она была беременна. На последних днях. Если прикажете — мы сможем спасти детенышей. Пусть мать их была хищником и врагом, дети ни в чем не виноваты, — произнес фермер и, глядя на мое непонимающее лицо, продолжил: — Вы весь в их крови и запахе, а потому, взяв их на руки, станете не просто их хозяином, а родителем. Нам неизвестно, что выйдет. Но если получится…
— У меня будет собственный саблезубый лев, а то и два, — наконец дошли до меня слова фермера. — Делай!
Мужчина кивнул не слишком уверенно и подошел к поверженной львице. Чудовище еле дышало, ее шея была перебита, и единственное, что она еще могла — грустно скалиться и смотреть по сторонам. Спасти ее жизнь было невозможно, это становилось понятно с первого взгляда. Однако меня все равно не отпускала грусть при виде столь могучего зверя, враз ставшего беспомощным.
— Простите, господин, не выходит. Слишком крепкая чешуя, — с одышкой сказал скотовод. Я отстранил его, беря в руки кинжал, и резким движением высвободил крошечных котят, плавающих в околоплодных водах матери. — Ого! Сразу трое! Вам повезло, господин! Теперь эту страхолюдину можно прикончить.
— Ну да, конечно. Отойди, — сказал я прислужнику и поднес к морде львицы первого из детенышей. Та, не веря, захрипела, но, превозмогая боль, высунула язык, чтобы вылизать первенца. А затем и двух других, поднесенных к морде. Стоило ей это сделать, как, издав слабый вздох, она закрыла глаза и замерла. Она сделала все что могла для своих детей. — Спи спокойно, теперь я о них позабочусь. Сумку!
— Вот, господин, — мне немедля вручили рюкзак из толстой кожи, и я, вытряхнув содержимое, подошел ко льву. Безжалостно срезал гриву, набил теплой мягкой шерстью рюкзак, выстилая дно, и аккуратно сложил туда котят. Каждый оказался размером с собаку и весил килограммов семь. Новая забота — они еще слепые и ничего не понимающие. Чем кормить? Как дрессировать? Поддаются ли они вообще каким-то тренировкам? — У Фенг на фермах есть опоросившиеся свиноматки, их молоко должно подойти для питания.
— Спасибо за совет, надеюсь, пригодится и они не погибнут в первые дни. Операция еще не завершилась, — сказал я, поднимаясь и поправляя рюкзак, размещенный на груди. По-хорошему, их надо в тепло, в мягкое место. Но времени на подобные нежности просто нет. Война в самом разгаре. — Есть желающие ухаживать за подобными питомцами?
— Я готов, господин, — вызвался все тот же фермер. — Если позволите. Зовут Чем.
— Хорошо, Чем. К вечеру обустрой место рядом с кузней. Набери всего что понадобится для выращивания этих сорванцов.
— Нужно, чтобы они к вашему запаху привыкли, господин. Стоит носить их с собой по крайней мере несколько часов в день, — несмело улыбнулся будущий смотритель зверинца.
— Надо, значит, буду. Если чего-то нет в клане, скажешь одному из заместителей, назовешься Чемом — они поймут, что от меня. Но в разумных рамках, естественно. Это безымянные котята. А у нас еще воины не обустроены. Понял? — Мужчина, так и не выпрямившийся после поклона, быстро-быстро закивал, от чего казалось, что голова у него просто отвалится. — Так чего стоишь?
— Простите, господин. Хочу заметить, что не все демонические львы погибли, одна из прайда, со своими детенышами, сбежала на запад.
— Это уже проблемы горилл и их приспешников. У них в лагерях сейчас будет крайне весело, — усмехнулся я, видя отголоски картинки, полученной от Юн. Девушка вместе с несколькими подготовленными отрядами, разбросанными по степи, гнала обезумевшее стадо, состоящее из десятков видов, прямо на позиции беженцев.
Гориллы и анубисы — бывшие рабы неко — вместе с гиенами, результатом неудавшихся экспериментов декана Шунюана, выбрались из разлома прямо перед прорывом Хаоса, но отказались служить кланам Чщаси. Мало того, не сумев приспособиться в новой жизни, они начали нападать на фермеров и патрули, а после нашествия демонических тварей и вовсе отбились от рук, провозгласив независимость.
Их лагеря занимали всю западную оконечность острова, и прямо сейчас на них неслась несметная толпа, которая сметала все на своем пути. Битва обещала быть жестокой, и вряд ли ее переживут многие. А если так — справиться с ослабленными противниками будет куда легче, чем ковырять оборону магов, по силе заклятий равных неко, а по физической многократно их превосходящей. Именно в этом и состоял мой дерзкий план — не просто разделять и властвовать, но и натравливать противников друг на друга, заставляя тратить силы.
Вторая половина стад, на той же сумасшедшей скорости, направлялась прямиком в лес, где обосновались шестилапы. Посмотрим, сумеет ли их вожак справиться с таким обилием несущейся на него добычи. Даже если они пропустят основную толпу — с другой стороны зверей ждет вполне реальный огонь в вырытых ямах. Звери окажутся в западне, и уже после того, как в большинстве своем перебьют друг друга, подойду я с основным войском.
«Началось», — отчиталась Юн, прислав через интерфейс несколько картинок-воспоминаний. Спокойный лагерь из хлипких тростниковых хибар и самодельных хат-мазанок, с часовыми, где воины и беженцы жили своей жизнью, в одно мгновение захлестнула волна обезумевших животных. Крупная горилла ударила лапами о землю, активируя заклятье, и каменные шипы пронзили бегущих оленей, но едва заметные тени пантер проникли через оборону и разорвали врага на части.
Затрубил рог, но воины анубисов не успели построиться в защитные порядки, и олень с ветвистыми трехметровыми рогами поднял в воздух сразу нескольких вооруженных дубинками людей-шакалов. Формировавшаяся оборона оказалась прорвана, и в последние секунды Юн активировала выброс производной страха — ярости. Животные начали бросаться во все стороны, нападая на все, что двигалось, и даже безобидные хорьки, подпрыгивая, вцеплялись в глаза и шеи.
«Довольно, уходите оттуда», — приказал я, прерывая поток ужасных картинок. Буйство не закончится несколько дней, во время которых основное объединенное войско жителей подземелий должно будет пасть. Тогда настанет наше время — предложить им мир и спокойствие в обмен на послушание и союз. Нужно разобраться
