Кореец улыбнулся. Трава, как и листва деревьев сочного, багряно-красного цвета.
– А с чего ты взял, что здесь сейчас осень? Судя по буйству растительности не позже середины лета. Обернись и посмотри на свою тень.
Семён повернулся и едва не потерял челюсть.
– Шишки дубовые падают с ясеня, вот ни х… я себя, вот ни х… я себе, – проговорил Шубин, когда всё-таки вернул нижнюю челюсть на прежнее место. Причины для удивления действительно есть. Теней две, под углом градусов в пятнадцать-двадцать друг к другу. Он глянул на солнце и, так как уже вечерело, и на светило можно смотреть относительно свободно, увидел, что их два. Одно чуть поменьше другого.
– Этот мир называется Эйхос. У него три пространственных и одна временная координаты. Сила тяжести в полтора раза выше земной. Небольшой сдвиг в значениях трёх физических констант. Кроме того, время здесь идёт совсем другим темпом. На Земле пройдёт три дня, а здесь чуть больше трёх лет. Надеюсь, за это время ты многому научишься и многое вспомнишь. Протяжённость слоя небольшая. Лишь в пределах звёздной системы, поэтому на ночном небе не увидишь привычных звёзд, а лишь девять планет из двенадцати. Около некоторых из них ты, возможно, разглядишь спутники. Форма жизни – только растительная, поэтому не услышал щебетания птиц. Так что осваивайся, завтра с утра начнём.
– А где заночуем?
– Пошли, – Ли углубился в лес. Семён последовал за ним. Дышалось тяжелее, чем на Земле. Воздух более плотный и тягучий. Минут через сорок быстрой ходьбы по довольно густому лесу, они вышли к обрыву, что уходил вниз метров на двести. Внизу золотистой лентой блестит небольшая речушка, а дальше, на сколько хватало глаз, простирается огромная равнина. В лицо дует свежий, но довольно густой ветер. Скорость небольшая, но сила, как при хорошем земном ветре.
– Хорош ветерок? – улыбнулся Ли. – Представь, что с тобой будет, когда налетит ураган. Давай, – кивнул Ли на тропинку что ведёт к обрыву и уходит вниз по карнизу. – За мной.
Шубин, тяжело дыша, последовал за Учителем. Карниз становится всё уже. Ветер едва не сдувает. Однако Ли чувствует себя довольно свободно, как будто ветра нет вообще, а так, слабое колыхание воздуха.
– Ничего, привыкнешь. Надеюсь, за время начального обучения нас никто не побеспокоит.
– А что, могут? – спросил Семён и глянул вниз. Ли успел прижать его к стене.
– Вниз не смотри. Если свалишься, даже я не смогу тебе помочь.
Семён облизнул пересохшие губы. На лбу выступил холодный пот.
– Конечно, могут, – продолжил кореец.
Наконец добрались до небольшой пещеры. В глубине оборудованы два спальных места. Ли приготовил ужин, сварив какие-то корешки. Их они с удовольствием съели и запили всё восхитительным чаем из местных растений.
– Давай спать. Завтра рано вставать.
Семён подошёл к выходу из пещеры и посмотрел вверх. Небо абсолютно чёрное. Виднеется несколько светлых пятнышек. Самое большое раза в три меньше видимого размера Луны, а самое маленькое с видимый размер звезды. Вокруг полный мрак. Не видно ни долины, ни карниза обрыва, ничего.
По команде полковника Сонгта ар Лоуха подразделения замерли по стойке «смирно». Тёмно-синяя форма тайной полиции, серо-голубая – Звёздного флота, зелёная – десанта и тигровой, бордово-чёрной размытой раскраски – диверсионных и карательных отрядов тайной полиции. Особым колоритом отличается карательно-диверсионный батальон «Ко’гхар» («Выжженная пустыня» ), состоящий из одних тоорнов – крокодилообразных, не менее двух метров ростом, представителей негуманоидной расы. Это, пожалуй, единственное подразделение тайной полиции, состоящее целиком из негуманоидов, да к тому же одной расы.
Несколько минут назад прибыл челнок с Императором. В дальнем конце огромного зала базы показались прибывшие. Император – довольно высокий человек с длинными светлыми волосами, светло-серым цветом лица. Жёлтые белки глаз и изумрудно-зелёная радужка глаз. Длинный тёмно-бордовый балахон скрывает фигуру. От правителя Шоора веет силой, мощью и… смертью. Веет так, что всех пронизывает озноб. Даже тоорны, славившиеся бесстрашием и кровожадностью, ощутили страх, когда Император проходил мимо строя батальона.
Полковник поспешил к Императору. Его сопровождают полтора десятка человек. Среди них полковник узнал генерала Зарка ан Сарка.
– Ваше Величество, подразделения, принимающие участие в операции, построены в честь Вашего прибытия. Руководитель операции полковник Сонгт ар Лоух, – доложил полковник и опустился на одно колено перед Императором.
– Встаньте, полковник, – голос зычный, вид мрачен. Да и на лице начальника особого департамента ни тени улыбки. – Прошу сопровождать нас. После окончания церемонии прошу Вас и генерала Зарка ан Сарка зайти ко мне.
– Слушаюсь, мой господин.
Утром началась новая жизнь. Часов в пять утра Ли окатил Семёна ледяной водой из невесть откуда взявшегося ведра.
– А-а-а!!! – это первое, что Семён произнёс, вернее, завопил утром, и довольно проворно вскочил с постели.
– Одевайся, – коротко приказал Ли и бросил на постель Семёна одежду трёхцветной раскраски: красные, тёмно-красные и тёмно-бордовые разводы. Сам Учитель уже в такой же одежде.
Шубин открыл было рот, чтобы задать вопрос, но Ли грубо оборвал:
– С этой минуты начинается обучение. Говорю только я, а ты слушаешь и запоминаешь. Говорить можешь только тогда, когда я разрешу. Понятно?
– Да, – ответил Семён и тут же получил удар в грудь, от которого улетел на постель. Не столько больно, сколько обидно.
– Разве я разрешал говорить? – с усмешкой спросил Ли. Семён отрицательно покачал головой. Ли заметил обиду.
– Так быстрее доходит. Согласен? – Семён кивнул в ответ. Но обида не проходила. Ли расхохотался. – Видел бы ты сейчас себя со стороны. Надулся как Ленин на буржуазию. Того и гляди, вот-вот лопнешь.
Странным образом обида улетучилась. Семён понял, что Ли как всегда прав, и тоже захохотал в ответ. Когда они отсмеялись, Ли продолжил:
– Одевайся. У тебя неадекватная реакция на раздражители. Вместо того чтобы отвечать ударом на удар, отвечаешь обидой на весь мир. Почему? Потому что я твой друг. Если бы так поступил незнакомый тебе человек, у тебя обида была бы существенно меньше. Согласен? – Семён, секунду подумав, кивнул. – Обида на близких людей очень опасна, так как она проникает глубоко в душу. Верно говорят, что больней всего мы делаем тому, кого любим. Именно по этой причине. В душе у воина должна быть только одна эмоция, только одно чувство – тихая спокойная радость. А снаружи эмоции и чувства могут быть любыми, в соответствии с ситуацией. Готов?
Л и осмотрел ученика. Свободный комбинезон с капюшоном сидел великолепно.
– Меч пристегни к поясу. Вот так.
Семён выполнил.
– Теперь одень маску.
Л и натянул на голову маску с прорезями для глаз, такой же камуфляжной раскраски. Семён надел свою. Ниндзи, блин, мелькнуло в голове.
– Традиционное снаряжение Звёздных всадников для проведения тайных операций. Костюм защищает от неблагоприятных факторов окружающей среды. По мысленной команде или автоматически он принимает различную окраску, в зависимости от условий местности, может обеспечивать хорошую вентиляцию, или защищать от проникновения различных жидкостей. Но воин клана Ас-Сангар должен уметь находиться в различных агрессивных средах без всякой защиты. Ты этому научишься. Теперь за мной. – Ли вышел из пещеры и ступил на карниз. Семён последовал за ним.
Бежать тяжело. Сказывается и сила тяжести, и плотность воздуха. Семён почти задыхался. Так они бежали минут сорок, большую часть из которых – по густому лесу. Наконец возникла небольшая полянка.
– Обнажи меч на стандартную длину.
Семён обнажил клинок. На этой планете, в этом мире, лезвие выглядит тёмно-бордовым с металлическим блеском.
– Повторяй за мной, – Учитель стал показывать базовые движения мечом, постепенно убыстряя темп. Семён старался как можно более тщательно повторять движения.
Павловский сидел в комнате, тупо глядя на пляшущий в камине огонь. Языки пламени искорками играют на рюмке с коньяком в руке. Сделав глоток, почувствовал сзади колыхание воздуха. поднялся с кресла, обернулся и замер с открытым ртом. В центре комнате расходятся концентрические круги, расширяя дыру в пространстве. Одной такой волной слегка колыхнуло и его.
– Что за чёрт?
Через несколько секунд дыра выросла в диаметре до двух метров, и в ней появилась человеческая фигура. В комнату вошёл полковник Лоух. Зона перехода постепенно съёжилась. Остался лишь маленький пульсирующий клубок воздуха диаметром около десяти сантиметров.
– Здравствуйте, Владимир Сергеевич, – весело приветствовал полковник опешившего Павловского. – Неужели не рады меня видеть?
