она от страха пискнула, резко развернулась и попыталась убежать по коридору в глубь здания. Как ни странно, сильный сонный удар ее не свалил с ног, хоть она и выронила меч и стала замедлять шаги. И только самый максимальный, практически смертельный для простого человека повторный удар достиг желаемого эффекта. Девушка резко качнулась в сторону, ударилась о стену и только тогда грохнулась на пол.
А Семен еще раз хорошенько осмотрел все вокруг. Вид сверху открывался кошмарный. Весь холл был забрызган страшной розовой жидкостью, которая продолжала пузыриться и дымиться сероватым зловонным дымком, постепенно разъедая даже дерево и камень. Ну а четыре тела несчастных воинов буквально на глазах превращались в сгустки кровавой кашицы. Никто туда благоразумно не совался, но командир все-таки крикнул вниз:
– Сюда не подходить! Всем в обход и зачистить остальные участки!
После этого он склонился над одеждами мерзкого старикашки и осторожно поднял странное опаснейшее оружие. Оно и вправду очень напоминало кусок водосточного слива. Изогнутая вниз часть позволяла вполне удобно сжимать оружие под мышкой. Левой рукой Семен сразу нащупал ползунок, а правой – вполне узнаваемый спусковой крючок. Агрегат продолжал издавать низкое, еле слышное гудение, и чувствовалась легкая вибрация.
Следовало опасаться совершенно незнакомого устройства, но время катастрофически поджимало, а такое оружие могло оказаться весьма полезным. Поэтому Загребной постарался сдвинуть ползунок назад, в крайнее положение. Сразу же стихла вибрация и оборвался звук. Он попробовал произвести обратные манипуляции, чуть подвинув ползунок вперед, – и агрегат заработал вновь. Решительно хмыкнув, экспериментатор направил раструб на стенку чуть дальше по коридору и коротко дернул на себя спусковой крючок. Порция розовой жидкости размером с кулак плюхнулась в цель, расплылась большим пятном и, сползая, стала быстро разъедать декоративную панель. После того как ползунок был установлен на максимум, порция увеличилась до ведра, и Семен невольно отступил назад: весь коридор приказал долго жить.
Тем временем в конце другого коридора появились фигуры воинов, и Семен поспешил им навстречу. Остановился возле девушки и попытался рассмотреть ее одежды в поисках мощных защитных вещиц. Как ни странно, ничего на ней не обнаружилось, и можно было сделать вывод: перед ним женщина-Шабен как минимум пятнадцатого уровня. На такой случай тоже имелись некоторые запасы. Семен достал из кармана бутылочку с эликсиром пасхучу и протянул приблизившемуся десятнику:
– Остаешься здесь за старшего! С тобой твой десяток. Если есть потери, возьми других ребят. Держать круговую оборону и, кроме наших, никого и близко не подпускать. Если будут наезды большого скопления народа или околоточной полиции, возвещай громогласно, что действуете от имени короля. Всех пленных под строгий надзор…
Тут к нему подбежал еще один боец:
– Ваше сиятельство! Там внизу не просто подвалы, а подземные казематы для заключенных. Пока пробились, тюремщики пятерых человек прикончили, но еще десяток успели спасти.
– Вот урод старый! – разъярился командир. – Мало ему тюрем в городе! Помочь пленникам и, по возможности, подробно опросить. Если смогут, пусть вам помогают. А всех прихлебателей барона – в те же казематы, потом с ними разберемся. Эту, – он кивнул на девушку, – поместить отдельно. Но обязательно через двадцать минут разведешь две столовые ложки эликсира в стакане воды и зальешь ей в рот любым способом, хоть через воронку. Команда всем остальным: выходим из здания и собираемся у ворот!
Через пять минут Загребной пересчитал собравшихся у ворот бойцов. Двадцать два человека. Потеря восьмерых воинов, в том числе одного десятника, опять вывела его из себя. Не слишком успокоило и то, что два воина оказались живы. Они были тяжело ранены и не смогли сесть в седла. Проклятый барон успел-таки перед смертью нагадить основательно. Но оплакивать потери было некогда: время перевалило за шесть часов пополудни. Как раз к этому времени планировалось закончить сражение с отрядом в пригороде, и подразделения Дани Боя и Луки Каменного должны были закупорить основные силы противника в долине. И именно там в течение ближайшего часа станет ясно, придет ли победа.
Отряд Загребного на полном скаку помчался к Усыпальнице звезд, сделав по пути остановку на месте недавнего сражения с отрядом в пригороде. Крупного сражения здесь так и не произошло. Воины противника по прибытии сюда рассредоточились вдоль дороги и замаскировались в кустарниках, оврагах, за деревьями и валунами. Большинство из них в засаде лежали. А что можно придумать лучше для лучника, находящегося на шесть-десять метров ниже!
Люссия ездила на больеве по более низкому демоническому рельефу, выбирала одиночные цели и без особого труда успокаивала врага навсегда. Тридцать попаданий. Потом перешла к парам. Еще сорок трупов. Но потом кто-то все-таки поднял тревогу. Враги заметались, и тут их атаковал отряд закованных в латы рыцарей. Люссия тоже не прекратила стрельбы из лука, стараясь уничтожить тех врагов, которые пытались сбежать с поля боя или затаиться в укромном месте. Ядовитые стрелы оказались страшным оружием и практически решили исход этого вооруженного столкновения.
Загребной увидел Луку Каменного, который восседал на коне и отдавал приказания. Его рыцари выискивали среди трупов недобитых врагов. Никто не должен был уйти живым.
Семен передал Луке необычную трубу и объяснил, как ею пользоваться. Губернатору это страшное оружие должно было обязательно пригодиться в последующих схватках.
Семена больше всего волновала ситуация в Шаламском монастыре. Он съехал на Платформу, коротко, но с чувством поздравил Люссию с первой победой и лег на землю, чтобы наладить ментальную связь с Алексеем. Через несколько минут возник некий канал сопереживания, и Семен отчетливо ощутил волну ликования. А следовательно, в Шаламском монастыре власть поменялась и все заложники освобождены.
Далее Алексей, оставив часть отряда для охраны монастыря, должен был поспешить к королевскому дворцу и там встретиться с отрядом рыцарей под руководством Луки Каменного. Им предстояло дождаться выхода на дворцовую площадь короля-Мрака и атаковать его охрану. Сигналом к выходу чернокожего владыки будет громкий звук охотничьего рога. Конечно, тут было очень много неясных и рискованных поворотов, но иного придумать не смогли. Монарх обещал сделать все, как его просили. От него требовалось хоть минимально оторваться вместе с супругой от опекунов или подвести их под прицельный залп арбалетов. А дальше Алексей с Лукой могли действовать по обстановке: удастся захватить и немного почистить дворец – хорошо. Не удастся – ничего страшного. Главное, чтобы король мог прикрыться рыцарской броней и во всеуслышание отдавать приказы.
После ментальной связи с сыном Семен встал и махнул рукой Луке. Губернатор только и ждал этого жеста, и его воины с топотом подков устремились к виднеющимся вдалеке домам Зонта.
Сам командующий
