В панике принялся вспоминать ту цепочку мыслей, которая была в голове недавно.
Так… Домой. Душ. Одежда. Потом… потом в Архив!
Черт, что же со мной происходит⁈
Паника, острая и животная, попыталась подняться где-то в груди, но холод в голове тут же погасил её, как водой. Остался только голый, примитивный инстинкт.
Если остановлюсь — умру. Если не дойду до Архива — всё пропало.
Ноги стали ватными. Каждый шаг требовал нечеловеческого усилия воли. Я шёл, глядя себе под ноги, потому что пространство вокруг перестало подчиняться законам перспективы. Тротуар то уходил из-под ног в чёрную дыру, то нависал стеной. Прохожие были не людьми, а серыми, безликими силуэтами, которые возникали из тумана и растворялись в нём, не оставляя следа. Их лица были гладкими пятнами, как у кукол.
Мир стирался. Стирался вместе со мной.
Как я дошёл — не помнил. Ощутил лишь только внезапную тень высоких, знакомых ворот. Архив. Здание казалось призрачным, нарисованным на дымчатом стекле. Я прижал ладонь к считывателю. Система пискнула. Механические двери с шипением разъехались.
Прохлада вестибюля ударила в лицо.
Шаг. Ещё шаг. Я собрался с силами и двинул вперед. Прошёл пост охраны. Дежурный что-то сказал, его голос донёсся как сквозь вату. Я показал пропуск. И тут же направился вперед, потому что чувствовал — сил уже не остается. Прямо по коридору, свернуть к лифту. Дождаться. Подняться. Выйти. Могу только представить какой у меня сейчас вид — лицо серое, взгляд пустой, как у Непомнящего.
Мысли о Непомнящем заставили поднять волной откуда-то снизу животный ужас — а уж не превращаюсь ли я в него⁈
И не успел я ничего ответить самому себе на этот жуткий вопрос, как ноги мои окончательно подкосились и я шмякнулся на пол, прямо посреди офиса. Но даже удара не успел почувствовать — сознание погрузилось в черноту.
Глава 9
— … просто переутомился, тыква ты электронная! Хватит тут панику разводить! — чей-то недовольный голос. — Хорошо, что еще от проходной прошел. А то грохнулся бы там, охрану бы на уши поднял.
Знакомый голос. Арчи!
— Сотрудник Николаев А. С. упал в обморочном состоянии посреди рабочей зоны, — ответил ему ровный, металлический голос — Лина. Где-то над моей головой, должно быть, висела её голограмма. — Пульс в момент падения: 48 ударов в минуту, дыхание поверхностное. Температура кожных покровов: 33.2 градуса. Это не переутомление. Это аномальное физиологическое состояние. Нештатная ситуация. Согласно протоколу 7-Г «Здоровье персонала», я обязана зафиксировать инцидент и вызвать корпоративного лекаря для экстренного осмотра.
— Ты что, сломалась? Микросхемы у тебя нагрелись? — зашипел Арчи. — К нам в Архив инспектор из Канцелярии пожаловал, а ты — нештатная ситуация! лекаря вызывать! Тут такое начнется — поднимут шум, бумаги, вопросы, допросы! Ты погубить Лекса хочешь?
— Моя цель — сохранение работоспособности персонала и соблюдение регламентов, — парировала Лина. — Аномальное состояние сотрудника также является нарушением регламента. Его необходимо диагностировать.
— Диагностировать⁈ — Арчи фыркнул. — ты себя лучше диагностируй! И почаще! Это не болезнь, микроволновка ты безмозглая! Это последствия! Усталость, понимаешь? Ты бы лучше Лыткину своему лекаря вызвала — пусть проверят его на адекватность. Мозги просканируют. Давать человеку неделю ночных это вообще нормально⁈ Нет, не нормально!
Наступила короткая пауза.
— Вы предлагаете проигнорировать инцидент? — констатировала Лина. Её голос звучал… задумчиво? Нет, скорее, так звучал алгоритм, сталкивающийся с противоречивыми инструкциями.
— Я предлагаю со взрывчаткой не играться! — выдохнул Арчи. — Оставь в покое Лекса. Дашь ему час отлежаться в тишине — он сам очухается. А если нет… тогда и вызывай своего лекаря. Но если ты щас нажмёшь свою виртуальную кнопку, — кот сделал драматическую паузу, — тогда я пойду к главному серверному шкафу — а я ведь знаю где он находится! И знаешь, что я сделаю? Знаешь? Инцидент сделаю! Химический! Понимаешь о чем я? На все платы. На все вентиляционные решётки. Твоя «стерильная среда» будет пахнуть кошачьим протестом неделю. А ещё… — он вдруг заговорил быстрее, — … я знаю твой спящий логин для экстренного доступа к системам вентиляции в зале редких фолиантов. «Админ-777». Ну вот такие тут оригинальные компьютерщики. Представляешь, что будет, если я случайно запрошу там экстренную просушку горячим воздухом в девяносто градусов для всего крыла? Твои драгоценные платы сморщатся как печёные яблоки! Ну, что скажешь? Молчишь?
— Это… шантаж, — произнесла Лина. В её голосе впервые зазвучало нечто, отдалённо напоминающее человеческую обиду и растерянность. — И нарушение тысячи протоколов.
— А падение сотрудника с синими кругами перед глазами после визита инспектора — это не нарушение? — язвительно спросил Арчи. — Переволновался человек. У человеков бывает такое. Впрочем, откуда тебе знать, машина ты бездушная?
— Я не пойду на это…
— Мыши, — перебил ее Арчи.
— Что — мыши? — растеряно переспросила Лина.
— Помнишь как они тебе в прошлом году резервную линию перегрызли?
— Помню.
— Я их всех словил. Всех до единой. И теперь у тебя в кабельных каналах чистота. А ведь я могу и не ловить грызунов больше. Понимаешь к чему я веду?
— Но…
— Выбирай, блестяшка. Или ты сейчас играешь по своим дурацким правилам и губишь живого (пока ещё) человека. Или делаешь вид, что ничего не заметила, даёшь ему прийти в себя, и сохраняешь свои схемы вентиляции, кабели и платы в девственной чистоте. Ну?
Тишина повисла напряжённая. Я почти слышал, как где-то в стенах гудят процессоры, перемалывая дилемму. Нервный, цифровой шум.
— … Час, — наконец сказала Лина. Её голос был тише обычного, будто она говорила, отвернувшись. — Ровно шестьдесят минут. Я временно помечаю данные о жизненных показателях сотрудника Николаева А. С. за последние пятнадцать минут как… «ошибочные, вызванные сбоем датчика пыли в секторе». Если через час его состояние не нормализуется, я вызову лекаря. Независимо от твоих… биологических угроз. Это моё окончательное…
— Договорились, — перебил ее Арчи. — Шестьдесят минут. А теперь сделай нам тут тишину, а? И чтоб камеры в этом коридорчике на «техобслуживание» ушли.
Раздался лёгкий, недовольный щелчок статики.
Я осторожно приоткрыл глаза. Осмотрелся. Я лежал в узком служебном коридоре между двумя стеллажами с канцелярией. На груди у меня сидел Арчи, внимательно изучая моё лицо своими зелёными глазами.
Всё тело было тяжёлым, ватным. Сознание плыло, как после долгого застолья.
Арчи степенно прошёлся по моей груди, будто совершая прогулку. Сел практически на грудь. Приятная мягкость его лапок успокаивала. Я даже вновь закрыл глаза, готовый уснуть, как вдруг… хлесткий удар по щеке этими самыми лапками заставил вздрогнуть.
— А ну вставай! Чего разлегся?
— Эй!
— Повторить? — ещё один шлепок, теперь по другой щеке. —
