на территории графа, который, вероятнее всего, уже знает об убийстве Тумалина и не испытывает по этому поводу никакой радости.
Ехали мы молча. Виктор проверял ружьё. Слава смотрел в окно и крутил в пальцах пулю от своего ружья, но не от нервов, а по привычке.
Я перебирал в голове всё, что знал. Козыри: показания Кирилла Евгеньевича. Свидетельства освобождённых пленников. Факт, что барон охотился на людей и держал их в камерах годами. Этого достаточно, чтобы оправдать убийство в глазах любого разумного человека.
Но Бойков – не любой разумный человек. Он политик. Ему важна не справедливость, а порядок. Для него убийство вассала без суда и следствия – это прецедент. Неважно, заслуживал ли вассал смерти. Важно, что кто-то посмел решить это за графа.
И ещё Шатунов. Тоже наверняка будет на совете.
Впрочем, у меня козырей хватает. Посмотрим, чья возьмёт.
Особняк графа Бойкова располагался в центре Волгина. Красивое, ухоженное здание с колоннами и широкой лестницей, ведущей к парадному входу. На ступенях стояли двое слуг в ливреях. У коновязи – десяток лошадей. Значит, я не первый.
Мы оставили повозку и поднялись по лестнице. Виктор и Слава остались у входа – внутрь их не пустят.
– Если через три часа не выйду – не ломитесь, – предупредил я. – Советы у дворян бывают долгими.
– А если через пять? – прищурился Виктор.
– Тогда ломитесь.
Сокольников усмехнулся. Слава кивнул.
Я вошёл внутрь. Длинный коридор, высокие потолки, портреты предков Бойкова на стенах. Двери в конце коридора – массивные, дубовые, с резьбой. За ними и находился зал совета.
Слуга открыл двери. Я шагнул внутрь.
Длинный стол. Два десятка кресел. Большая часть уже занята. Бароны – разного возраста, комплекции, сидели с разными выражениями на лицах. Некоторых я знал по имени, и эти люди явно были не рады меня видеть, но большинство видел впервые.
Шатунов сидел справа. Посмотрел на меня – тяжело, не мигая. Я ответил ему спокойным взглядом и прошёл к своему месту.
Во главе стола сидел граф Бойков. Крупный, представительный мужчина с аккуратно подстриженной бородой и холодными серыми глазами. На его лице не было ни гнева, ни раздражения – только расчёт. Он смотрел на меня так, как опытный шахматист смотрит на противника, который только что сделал неожиданный ход.
– Господин Дубровский, – голос Бойкова разнёсся по залу. Ровный, спокойный. Но в этом спокойствии чувствовалась сталь. – Рад, что вы нашли время почтить нас своим присутствием. К вам накопилось немало вопросов. И от ваших ответов будет зависеть, останется ли вам титул барона или мне придётся отправлять в имперскую канцелярию прошение о разжаловании.
Глава 9
Ответ на заявление Бойкова может быть только один. И я выскажу его сразу, чтобы все присутствующие знали мои намерения.
Нельзя, чтобы они считали меня слабым звеном совета. В таких ситуациях лучше сразу показать свою позицию.
– Вы имеете полное право отправить прошение о моём разжаловании, Анатолий Васильевич, – обратился к Бойкову я. – Но этого не случится. Правда на моей стороне. Возможно, вы сочтёте моё заявление оскорбительным, но я не собираюсь прогибаться под преступников вроде Шатунова. И в его деле, и в деле покойного барона Тумалина я выступаю в качестве правой стороны. Скоро вы в этом убедитесь.
Бойков нахмурился. Его лоб покрылся волнами морщин. Граф явно не ожидал, что я так резко начну выступать против своих оппонентов.
Шатунов раздражённо цыкнул. В зале послышались шепотки. Я не слышал, о чём переговариваются бароны, но был готов поклясться, что ни один из них меня не поддерживает.
Дурная слава моего предшественника всё ещё играет против меня. Прежний Всеволод, судя по всему, ещё ни разу не появлялся на собраниях. Но теперь ситуация изменилась.
Теперь землями близ аномальной зоны управляю я. И ни одно решение в этом зале не будет принято без моего ведома.
– Не сомневайтесь, господин Дубровский, – заговорил Анатолий Бойков. – Я лично удостоверюсь, чтобы все виновники произошедшего получили по заслугам. Но не думайте, что я стану защищать вас только потому, что вы мой вассал. Только потому, что вы защищаете наши земли… Сами знаете, от чего.
Речь шла об аномальной территории и населявших её монстрах. Я знал, что об этом разговор тоже зайдёт. Ведь новости о нападениях чудовищ распространяются с каждым днём. Аномальная зона становится всё шире и сильнее. И удерживают её только печати моей семьи.
Мне ещё предстоит доказать, что моих сил достаточно, чтобы сдержать этот натиск. Думаю, если бы не друидические печати, меня бы уже давно лишили титула. Без суда и следствия.
К слову, перед тем, как ехать сюда, я хорошо изучил всю юридическую подоплёку. Граф имеет полное право судить своих баронов без участия других органов власти.
В суд бароны направляются только в том случае, если граф не способен разобраться с возникшей проблемой лично. А такие ситуации в Российской Империи бывают нечасто. Так уж повелось, что дворяне разбираются между собой, не привлекая к себе внимания других органов.
Я занял пустующее место, прямо напротив Шатунова. Отсюда было отлично видно и моего противника барона, и графа, который вот-вот должен был начать наше собрание.
– Подождём ещё десять минут и приступим, – объявил Бойков и посмотрел на свои часы. – Несколько человек всё ещё опаздывают. Мне бы хотелось, чтобы во время предстоящего спора присутствовало как можно больше свидетелей. Сначала мы разберёмся с господином Дубровским, а потом уже перейдём к основным темам нашего собрания. Сегодня заседать придётся долго, так что наберитесь терпения.
Главное, чтобы мои спутники набрались терпения и не выломали двери. Уверен, Виктор со Славой на это способны. Причём их за такое даже судить особо никто не станет. К охотникам за монстрами в нашей губернии особое отношение.
Мало кто готов добровольно заниматься подобным ремеслом. Поэтому таким охотникам, как правило, многое прощают. Если вдруг они всё-таки решат ворваться сюда, чтобы вызволить меня из лап других дворян, ничего страшного не случится.
Наконец в зале появились опаздывающие бароны. Последним вбежал запыхавшийся молодой человек примерно того же возраста, что и я.
– Господин Нефёдов, я прекрасно понимаю, что вы живёте на самом краю Волгинского района, но это не значит, что вам позволено постоянно опаздывать на наши собрания, – строго произнёс Бойков. – Это ведь происходит не в первый раз. И даже не в десятый.
– Простите, Анатолий Васильевич,
