такое зрелище выветрится быстро из сознания? У меня до сих пор мурашки по телу от увиденных сценок.
– И как только Федор с этими монстрами управляется! – воскликнула она.
– Тоже спорно. Мне пару раз показалось, что он с ними просто играет, как с малыми детьми. Да и ты ведь теперь не сомневаешься, что многие духи разумны?
– Уже нет. Хотя к этой мысли мне еще долго придется привыкать. Слишком долго в меня вколачивали неправильные истины в Мастораксе знаний. А потом и я еще почти три десятка лет подобное твердила своим студентам. Попробуй тут сразу перестройся на другое мышление.
Они некоторое время болтали на тему образования и вспоминали наиболее впечатлившие их детали на объекте грандиозной, никем и никогда не виданной стройки. А потом совершенно незаметно опять перешли к поцелуям. Да только очередной любовной сцене в этот раз не суждено было случиться. В дверь осторожно постучали, и старческий голос прокричал:
– Господин граф! Можно к вам? Тут срочное сообщение от Виктора!
– Конечно!
Семен прикрылся одеялом, несколько досадуя на неожиданный визит. Но ведь сам всегда настаивал на немедленном извещении в любое время дня и ночи, если поступит что-то важное. Косясь на бесстыже развалившуюся демонессу, которую никто из стариков увидеть не мог, он дождался, когда «утренний почтальон» не протянет ему наполовину исписанный лист бумаги. Но по мере чтения лицо у него вытягивалось все больше и больше. Затем еще раз перечитал сообщение вслух:
– «…Корабль отыскали, но были вынуждены от моря удалиться из-за нападения с тыла большой группы войск королевства Саниеров. Кажется, они полностью оккупировали баронство Южная Шпора. Половина моего отряда уничтожена, из оставшихся в живых – половина раненых. Спешно двигаемся по пересеченной ущельями местности к горе Сахар. По словам проводника, только там есть узкая и длинная тропа, где сможем закрепиться и долго сдерживать хоть десять подобных армий. Главное, не дать себя обойти с боков и пересечь наш путь. Остальные два тумблона погибли, но Виктории успел передать сообщение еще в самом начале боя в долине. Мармеладка обещала немедленно отправить мне на подмогу три корабля с войсками. Так что буду надеяться, что справимся и отыщем выход из окружения…»
– Все? – с напряженным недоверием спросила Люссия, уже соскочившая с кровати и быстро одевающаяся. – Уж она-то прекрасно понимала, что последует дальше. Хотя Загребной со странной нерешительностью продолжал крутить листок бумаги в руках.
– Вроде как все. И вроде как чувствую ауру Виктора отлично: он доволен и очень уверен в себе. Как бы его эта уверенность не подвела…
– Что ты решаешь?
– Ха! Да ты и так все давно и правильно решила за меня! – Не обращая внимания на растерявшегося старика, который пытался сообразить, с кем это граф разговаривает, Семен вскочил и тоже стал поспешно одеваться. – Отправляемся немедленно!
– Все равно удивительно, что ты так долго раздумывал.
– Ошибаешься! Я лихорадочно соображал, как значительно ускорить наше продвижение, и нашел выход: попросим о помощи Федора! Уж он для нас два мохнатых «транспортника» не пожалеет, и если они нас хотя бы только в порт доставят, то уже как минимум сутки пути сэкономим. Так что, прежде чем метаться, всегда полезно хоть чуть-чуть подумать.
– Гений ты мой! – воскликнула Люссия и, прежде чем пройти сквозь стенку, многозначительно добавила: – По поводу «полезно» я тебе еще припомню!
И только ворвавшись в комнату среднего сына и встретившись с ним удивленным взглядом, Загребной вдруг с острой досадой вспомнил, что вся южная оконечность материка вокруг баронства Жармарини полностью отравлена и совершенно не пригодна для обитания там демонов. Ни простых, ни Бенид, ни Шабенов с умениями самых высоких уровней.
Пока Федор читал протянутый ему в полном молчании листок с тревожными новостями, его отец в панической неуверенности соображал:
«Вот и подумал! И как я теперь ей должен на глаза появиться? А ведь надо ей сообщить немедленно, что она никуда не едет и остается здесь. Только как это сделать? И почему я сразу не вспомнил?»
Но в итоге ни уговоры, ни скандал, ни прямые угрозы ни к чему не привели. И два громадных духа, в виде мохнатых шмелей с двадцатиметровым размахом крыльев, неся на себе две фигурки из разных миров Изнанки, вскоре уже взлетели в сторону моря. А столица возродившейся империи, с почти завершенным дворцовым комплексом, величественно проплывала далеко внизу.
В который раз судьба выдергивала Семена из налаживающегося быта и бросала по неизведанному маршруту на помощь самому родному и близкому человеку. Теперь он летел к Виктору, младшему сыну, и на лету прислушивался, что творится с остальными детьми. Федор смотрит в небо на две удаляющиеся точки и страстно мечтает сам броситься на помощь брату. Алексей напряженно что-то обдумывает: скоро очень важная встреча, и от ее исхода будет зависеть жизнь сотен, если не тысяч подданных. И Виктория, единственная и самая любимая дочурка… Ох! Кажется, последние треволнения по поводу брата чуть не вызвали преждевременные роды! Вокруг слишком много людей, муж Теодоро, кто-то еще из очень близких… Нет, все хорошо! Дочь с облегчением смотрит в огромное окно своей спальни и любуется белыми облаками.
Точно такие же облака сейчас летят навстречу гигантским духам, очень похожим на земных шмелей, но несоизмеримо больших размеров. И Семен понял, что видение глазами любимой дочери ему просто показалось. Повернулся к другому «транспортнику» и послал воздушный поцелуй посматривающей на него с восторгом Люссии. А затем продолжил любоваться открывающимися взору великолепными пейзажами. Вскоре придется повоевать, ну а пока можно расслабиться…
Юрий Иванович
Рыцарский престол
Я ничему не удивлюсь на этой планете. Скорее всего, в центре материка кроется великая тайна. Недаром путь туда заказан любому телесному существу…
Пролог
Где-то в океане бушевал настолько неистовый ураган, что даже его далекие отголоски сотрясали ветхую и старую береговую крепость до основания. Пенящаяся зыбь с такой мощью ударяла по обрывающимся вниз скалам с южной стороны, что оставалось лишь удивляться, как они еще до сих пор не рухнули в пучину. А вместе с ними и построенное в незапамятные времена сооружение.
На самом краю мокрого каменного обрыва бесстрашно стоял грузный широкоплечий рыцарь, и его седую длинную бороду безжалостно трепал влажный ветер. Непокрытые волосы тоже сплелись в беспорядке, а стальные нагрудные пластины уже покрывали крупные капли морских испарений. Бездумный взгляд рыцаря упирался в горизонт синей, перемешанной с черными облаками дали, а
