презирает слабовольных. А золотой середины, относительно ее сверхдоминантного характера, по-видимому, не существует. Парень, который сильнее ее, никак не меньше чем тиран. А более слабый удостаивается со стороны моей разборчивой сестрицы лишь пренебрежения. С равными же она соревнуется. Здорово, правда? Каким бы ни был мой напарник, все равно не подойдет. Гм, что-то я углубился в психологию совместимости.
А все же, может, Кейн вне этих категорий? С него станется… Тогда они могли бы и сойтись. Нет, что-то меня эта идея совсем не греет. Морган плюс Тамико? Тами плюс Мо? Как ни крути — не складывается. Интересно, а нравятся ли они друг другу вообще? Сегодняшнее открытие, положа руку на сердце, оставило на душе неприятный осадок. Который настораживает меня больше всего.
Неужели я не хочу, чтобы они были счастливы? Я что, еще не избавился от подростковых комплексов, которых, кстати, никогда за мной не водилось? В детство впал? Вроде бы все связи сестры, одобрял я их или нет, никогда меня так не задевали. Может, потому, что и она не заводила романов с близкими мне людьми? За кого я, черт возьми, беспокоюсь больше? За Тами? Нет, сестра, когда наступит срок, быстро охладеет и утешит себя подборов нового кандидата. Значит, за Мо. Полгода знакомы, а парень ни разу не засветился в отношениях с кем-либо. Наверняка отказ или, того хуже, разрыв сильно его ранит. Неужели я смогу на это равнодушно смотреть?
— Мы прибыли!
Торжественный голос водителя пробудил меня от тягостных раздумий. Старичок наверняка в прошлой жизни зашибал крутые деньги. Дворецким в старой Англии.
Морган тоже молчал весь остаток дороги. Волнуется, наверно… Волнуется?! Ну уж нет, ты у меня поволнуешься, будь спокоен…
Когда при выползании из машины Мо снова чуть не порвал подол, в моем мозгу созрел гениальный в своей простоте план, который так и не понадобилось осуществлять, впрочем. Но все по порядку.
Мы миновали вход на территорию, принадлежащую моей семье — алую арку ворот, за которой простирался небольшой ухоженный парк, и не успели приблизиться к особнячку сестры по дорожке, аккуратно усыпанной галькой (ну просто мозаика, обожаю эту дорожку!), как сработал мой комм.
— Да, шеф, — отзываюсь максимально жалостливым голосом. Который, зная Барбару, не будет замечен.
— Я послала вам файл. Как отключусь, немедленно ознакомьтесь — и действуйте.
Так-так… Это явно не просьба купить ей газету.
Врубаю трансляцию. Замираем посреди тропинки, склонившись к маленькому серебристому экранчику, на котором… о ками!
— Внимание!
Рэнди, весь окровавленный, склоняется над телом Джея Паркера. Жив тот или нет — неизвестно. Голос Барбары, комментирующей происходящее, звучит отрывисто и жестко.
— Полчаса назад произошло ограбление почтового экспресса, рейс номер… — Я не могу сконцентрировать внимание на цифрах, тем более что понадобятся они исключительно для отчета, который, конечно же, напишет Морган по уже сложившейся традиции. Я воспринимаю только визуальный ряд — маленький межпланетник-почтовик, примостившийся на окраине взлетного поля, оцепление на порядочном расстоянии от него, военные, пресса; мельком показаны носилки с кем-то под светлым покрывалом. Отвратительное темное пятно в центре, лицо закрыто. Еще один. Рэнди, Джей… не может быть!
— Амано… — Голос напарника переполнен теми же эмоциями.
— Преступники застрелили охранников, оказавших сопротивление, и взяли в заложники двоих офицеров Управления Федерации, — На экране последовательно возникают снимки Доусона и Паркера. — Состояние здоровья заложников на данный момент неизвестно, ведутся переговоры. За выдачу их живыми противоположная сторона требует немедленной заправки корабля топливом на полную емкость баков и право беспрепятственного взлета с космодрома. — Пауза. — Правительство на такие условия не согласится.
Ну да, конечно. В последнее время с террористами не принято церемониться, совсем как в Ниппоне[50] XX века. Безутешной родне, пожалуйста, соболезнования и компенсация. Но никаких шагов навстречу злоумышленникам, никакого компромисса. Если бы не ценности, наверняка перевозимые экспрессом, взорвали бы его, ко всем чертям, вместе с Рэнди и Джеем! В принципе позиция рациональная: количество желающих прочувствовать милость закона постепенно уменьшается, но…
— Всем оперативникам, ознакомившимся с записью немедленно выехать на место происшествия, космодром «Бета-Си», крайнее запасное поле, и ждать дальнейших указаний.
Отчаянно ломлюсь во входную дверь. Наконец Тамико, вся такая расфуфыренная, в красном кимоно с золотыми журавлями, лениво вплывает в проем.
— Ключ от машины, быстро!
— Но…
— Быстро! Задание.
Спасибо сестренке, соображает и в свободное от работы время. Спустя мгновение ключ исчезает, судя по движению ее руки, с ближайшего подоконника и материализуется в моей лапе.
— Тами, я тебя обожаю!
— Только, чур, не разбивать! — строго наказывает моя «защита и опора». — И себя тоже побереги.
— Ладно. — Я уже вожусь с сигнализацией. Машинка — загляденье, стильная гоночная модель, на антигравах, летает в прямом смысле этого слова!
— И напарничка не угробь!
Как будто мне надо об этом напоминать!
— Если и угробит, то еще до космопорта, — вздыхает Морган. — Вместе с собой и вашей игрушкой, так что не переживайте за нас так… по отдельности.
Дурак ты, Мо. Не Тамико тебе такое говорить. Ну да ладно. Оптимист нашелся! Между прочим, я отменно вожу… все, что движется. И сестренкин эф-кар пилотировал не раз. Ну не на максимальной скорости, конечно.
— Пристегнись.
Мне беспрекословно подчиняются. Какая роскошь! Машу рукой сестре, опасливо взирающей на нас из дверей.
— Вечно забываю, куда давить, чтобы вперед, а куда — чтоб задний ход… Ладно. Тами, если что, отскочит.
К нашему везению, эф-кар движется в нужном направлении, правда, заезжая на газон, но это ерунда, на то он и газон. Или клумба.
— Твоя сестра очень любила эти цветочки? — невинным тоном осведомляется Мо.
— Я уверен, она мечтала посадить здесь капусту! — отрезаю я. — Конечно, любила!
— Эй-эй, это не повод заканчивать нашу совместную жизнь самоубийством! — Я едва успеваю лавировать между деревьев. Не замечал, что тропинка в ее парке такая узкая и короткая! Проклятье, ворота! Были…
— Постоянно забываю, как чутко эта штука относится к управлению, — жалуюсь я, восстановив дыхание. — Нет, не надо спрашивать, нравилась ли Тами эта арка! И вообще, не стоит меня сейчас отвлекать!
— Хорошо. — Какая покладистость! Чаще его так надо катать, с ветерком. — И все же, если я спрошу, каковы наши планы, тебя это сильно отвлечет? — Вот упрямец!
— Наши планы — вытащить ребят живыми… — Замолкаю. Нелегко сохранять бодрость в сложившейся ситуации. А у Моргана куда меньше опыта, чем у меня, так что… Я намеренно закладываю крутой вираж при обгоне какого-то допотопного тягача и демонстрирую непревзойденную водительскую удачливость, едва вписавшись после этого в поворот. Краем глаза вижу, как сжимаются кулаки моего напарника. Вот так-то лучше, дружок: нечего заглядывать
