Только теперь бы ещё где-нибудь алкоголь раздобыть.
— Угу. Давай сначала поедим, жрать хочу — не могу, — сказала Фи, схватила свою порцию и начала есть прямо стоя, жадно, как волк. Сесть она, разумеется, не могла, потому что пострадавший гузак болел до сих пор, и будет болеть ещё какое-то время.
— После завтрака посмотрю твои раны… Ты ведь до сих пор нормально сидеть не можешь, да? — заметила Веда, откусив кусочек хлеба.
— Эх, да… Жопа болит просто пипец, — пробубнила она с набитым ртом.
— Может всё-таки я тебя подлечу?
— Я сказала не надо, значит пошла в жопу! — прорычала на неё квази.
Всё же после нехитрого завтрака Веда занялась осмотром Фионы. К её удивлению, но вполне в рамках ожидаемого для квази, все раны заживали на подруге быстрее, чем на хорошо откормленной собаке — регенерация у этих созданий была просто на зависть. Через день-другой от глубоких рваных порезов останутся только бледные шрамы, да и те со временем рассосутся. Но всё равно… Фиона кремень баба… стерпела же такую адскую боль.
— Туман рассеялся, значит, кластер перезагрузился, — сказала Веда, кивая в сторону леса. — Когда выдвигаемся?
— А это ты мне скажи, ты же у нас пророчица… — Фиона взялась за чистку недавно испачканного стрижа.
— Прости, что рысь отодрала тебе задницу… — Веда виновато опустила глаза.
— Ой, да пошла ты! — буркнула Фи и продемонстрировала ей средний палец.
— Я серьёзно. Я тогда затупила…
— Ладно… — протянула подруга. — Да, ты тупица. С самого начала нашего знакомства я не питала иллюзий на счёт твоих нижеплинтусных интеллектуальных способностей. Честно говоря, для меня загадка, как ты вообще выжила в пекле? Но, знаешь… если бы не ты, я бы не добралась до ветряка. Я быстрая, но заражённая рысь в любом случае быстрее. А ты всё-таки справилась. Не без косяков, — она бросила взгляд на свой многострадальный зад, — но справилась.
— Так ты больше на меня не злишься?
— Нет, не злюсь. Просто в следующий раз будь внимательнее и не теряй концентрации. Улей вне стабов — это грёбаная мясорубка. Мы должны прикрывать друг другу спины. Иначе… мы просто не дойдём до места назначения.
— Я думаю, нам пора выдвигаться, — посерьёзнела Веда. — Здесь тоже скоро всё изменится. Похоже, этот кластер вот-вот уйдёт в перезагрузку.
— Вернёмся в лес, — кивнула Фиона. — Нам нужно держаться дороги, других вариантов сейчас нет. — У меня есть время, чтоб ПП посмотреть?
— Кажется, да…
— Отлично!
Фиона с искрами из глаз села на корточки и начала разбирать свой ПП. Копалась в нём долго, ворчала, но в итоге починила. Однако про себя отметила: при первой же возможности нужно показать оружейнику. Механизм уже подаёт тревожные сигналы, и в следующий раз тоже может не выстрелить.
— Так ну чо? Погнали? — Фиона оглянулась на опустевшую гондолу, чтобы понять, что они ничего не забыли.
— А мы не можем того парня похоронить?
— Чем и зачем? — Не поняла её Фи. — Всё равно ж это поле скоро на перезагрузку уйдёт.
— Ты права, просто хотелось по-человечески его проводить… — Веда подобрала со спального мешка его дневник.
Прежде чем отправиться в дальнейший путь, блондинка не без брезгливости (от тел жутко смердело), подбежала к потрёпаному парню и положила ему на грудь его дневник. Слов для прощания она не нашла, да и не нужны они были. Она лишь посмотрела на его мёртвое уже чернеющее лицо и побежала догонят подружку.
Они шли по просекам недалеко от основной дороги, не решаясь выйти на открытое пространство. Осторожные шаги по влажной подстилке из хвои и прелых листьев почти не издавали звука, кроме лёгкого шуршания, которое легко терялось в общем фоновом шуме леса. Воздух пах прелой древесиной и смолистой живицей, но где-то неподалёку начинало вонять тухлым мясом… значит, труп и возможно заражённые находятся где-то рядом.
Порой девушкам приходилось резко останавливаться и замирать на месте, прижимаясь спинами к шершавым стволам или прячась за поваленными деревьями, густо поросшими мхом, когда по дороге внизу с громким рычанием моторов и хриплыми выхлопами проезжали одиночные броневики. Иногда они наблюдали с безопасного расстояния, как с противоположной стороны трассы выезжали гражданские легковушки и тарантайки, совершенно ничем не укреплённые, и это могло означать только одно, что какой-то кластер поблизости тоже совсем недавно перезагрузился. Как успела понять Веда, здесь кластеры перезагружались по цепочке — один за другим, с небольшими интервалами. Так что у тварей тут было настоящее пищевое раздолье.
Тропы под ногами всё время петляли, словно пытались запутать девушек и увести их в глухие дебри, а густые заросли то и дело цеплялись за одежду колючими ветками и репейниками. Но зато лес постепенно редел. И кажется, это был конец кластера и начало следующего. За последней полосой деревьев раскинулось огромное поле, густо заросшее высокой жёсткой травой, которая колыхалась под порывами ветра. И за этим зелёным простором, в далёкой дымке, угадывался небольшой городок.
— Выходим из леса и отжимаем тачку! — сухо бросила Фиона, вглядываясь в сторону города через бинокль.
— Блин… разбой получается… — Веда неловко почесала шею, понимая, что другого способа добраться до места у них, скорее всего, не будет.
— Получается, разбой, — с безмятежным кивком подтвердила Фиона, даже не отрывая взгляда от мутных окуляров. — Берём машинку, в городе надо бы посетить аптеку и магаз… И по газам! Нельзя там долго тусоваться, надо попасть в золотое окно, когда заражённые ещё не набежали…
Главную роль в этой импровизированной операции по присвоению транспортного средства волей-неволей пришлось исполнять Веде, потому как было совершенно очевидно: ни один нормальный человек не остановится на трассе, если у обочины будет маячить Фиона… Особенно в её нынешнем виде, в семейниках и в лёгкой куртке, которая не скрывает внушительную мускулатуру. Да и сам по себе образ квази-женщины, откровенно говоря, не располагал к доверию у случайных прохожих. Фиона-то, впрочем, никогда не жаловалась на нехватку мужского внимания, в каждом стабе у неё был минимум один любовник, а то и два. Но то были рейдеры, а тут свежаки.
А вот Веда была совершенно другого калибра. Она вышла на пыльную дорогу, кокетливо оголив плечико и приняв максимально беспомощный вид, и принялась голосовать проезжающим мимо машинам. Она старательно улыбалась, пытаясь выглядеть нежной и беззащитной, насколько это вообще было возможно при её запылённой одежде, давно не мытых растрёпанных волосах и тёмных кругах под глазами, которые никак не хотели проходить после бессонной ночи в гондоле. Как ни странно рыбалка шла откровенно туго: ни одной рыбки, ни крупной, ни мелкой, не желало попадаться на такой неприглядный крючок.
