в доспехах, быстрое течение понесло его, словно ветер клубок перекати-поля. А дальше, судя по водоворотам, начиналась глубина. Избавившийся от ноши конь тут же встал на ноги и замер, глядя вслед своему хозяину. Размышляя, наверное: догонять или не догонять? Или тот сам вернется, когда наплавается?
Вот тут силища со сноровкой Виктору и пригодились. Он подстегнул своего коня, в несколько прыжков обогнал булькающий и громыхающий кусок железа и спрыгнул сбоку от стремнины, придерживаясь левой рукой за узду. Правой он ухватился за панцирь рыцаря и наполовину вытащил его из воды. Рональд к тому времени уже порядочно наглотался, но сумел упереться ногами в дно и выпрямиться. Минуты две он кашлял и отплевывался и только потом стал понемногу выползать на берег, таща за собой седло со стременами и кляня при этом во всю глотку своего нерадивого коня и злокозненную подпругу. Куда и спесь с холодностью подевались!
С другого берега доносились крики товарищей, которые уже спешились и готовились прийти на помощь. Рональд наконец-то их услышал, показал большой палец и махнул рукой, чтобы не торопились. А сам без всяких предисловий шагнул к разувающемуся Виктору и сграбастал его в свои нехилые объятия. Да так, что у Виктора косточки затрещали.
И только через минуту отступил от парня и благодарно отдал честь:
– Спасибо тебе огромное, век не забуду.
– Да ничего особенного, – смутился Виктор. – Ты бы и сам поднялся…
– Ха! Поднялся?! Да я к тому времени уже воды наглотался! И знаешь, чего я больше всего испугался?
– Что плавать не умеешь?
– Вот шутник! Да нет, смерти я не боюсь. Страшно стало оттого, что потомственный барон Рональд Страйский утонет, словно куль с дерьмом, в такой будничной обстановке. Не в бою, не в поединке, не в драке с ревнивым мужем моей любовницы и даже не в постели от старости! А вот здесь – глупо и бесцельно!
– Но ведь все обошлось…
– А вот по этому поводу мы с тобой обязательно должны выпить мою заветную флягу! Прямо сейчас! Вернее, как только окажемся на том берегу. Я эту флягу везу из родового поместья как талисман, но сегодня ее надо опустошить обязательно.
– Согласен, опустошим. Только надо поспешить на тот берег.
Рональд взвалил седло на плечо, добрался до своего коня и весьма своеобразно наказал его: ласково похлопал по могучей шее. Затем осторожно перешел через стремнину, хотя его и подстраховывал Виктор, и попал под перекрестный огонь шуток своих товарищей. Но в ответ только проворчал:
– Смейтесь, смейтесь! А флягу мы только вдвоем с Виктором будем пить.
Рыцари хоть и притихли от такой несправедливости, но обижаться не стали и поскакали вперед. А Рональд сменил подпругу, закрепил седло, переоделся в сухое и вновь взгромоздился на своего зверя. Теперь ему вместе с сыном командира надо было догонять уже тронувшийся в путь отряд.
Виктор напрасно опасался таинственной фляги, она вмещала граммов триста жидкости, не больше. Но какой жидкости! Это был знаменитый жармаринский бальзам, который подают на стол только великим баронам. Да и то не всегда, ввиду его острого дефицита. Бальзам с приятным вкусом и одурманивающим запахом вливался в рот, ощутимо протекал в желудок, и уже потом внутри возникала теплая дорожка, доставляя бодрящее удовольствие. Оба воина сделали по шесть глотков, но этого им хватило до самого ночного привала. Распитие редкостного бальзама сопровождалось душевным разговором.
Именно с того часа начала крепнуть дружба Виктора с рыцарями из Жармарини. Вскоре они все начали уговаривать молодого воина присоединиться к их компании и отправиться в края вольных баронов. Виктория откровенно восторгалась братом, а Семен старался скрыть, что гордится младшим сыном – ведь тому удалось самостоятельно сблизиться с людьми, которые могли стать его боевыми товарищами, а возможно, и первыми единомышленниками в Жармарини.
А к концу третьего дня, когда отряд уже был неподалеку от границы с королевством Рогло, случилось еще одно событие. Уже обгоняя карету после очередного перемигивания с Нимим, Загребной услышал сверху грустный голос:
– И почему они нас не слышат? Такие мощные Шабены…
Он так резко вскинул голову, что младшая Бенида обеспокоенно воскликнула:
– Что ты там увидел?
Семен рассмеялся в ответ:
– Передай Виктории, что наши учителя все-таки оказались правы! И мой возраст дал мне преимущество!
Кажется, Нимим обиделась, потому что буркнула: «Передам!» – и спрятала личико в полутьме кареты. Загребной не стал печалиться, а тут же знаками стал показывать демонам, что слышит их. До той поры он с детьми лишь время от времени обращал внимание на странных попутчиков: не свалились ли они с кареты вместе с сетью? Все трое ждали, когда же у Виктории пробудится второй уровень Шабены. Оказалось, что отец здесь опередил свою дочь. Наконец один из демонов воскликнул:
– Ты нас слышишь?!
Отвечать смысла не было, мокрастики имели только первый уровень, поэтому дальше в «беседе» командир отряда употреблял лишь утвердительные или отрицательные движения головой. Но все равно узнал очень много. До ночного привала у границы демоны успели рассказать почти все о себе. Их повествование прерывалось, лишь когда в своем мире мокрастики оказывались внутри скал или в земле. По их признаниям, говорить в жутко ворочающуюся темень им было просто неприятно.
Выяснилось, что Семен с детьми спас от пожизненного рабства молодую парочку демонов, которым было всего только тридцать лет от роду. Демона звали Гнатан, а его подругу – Аньюли. Рабами они были потомственными и родились в княжестве Макдор. В раннем детстве их перепродали другим хозяевам. Родители демонов были выходцами из совсем других земель, а жили сейчас где-то в Оазисе Рая. Больше ничего о них дети не знали. К своему совершеннолетию Аньюли и Гнатан успели встретиться и крепко подружиться, а потом и упросили хозяина разрешить им жениться. Жилось им в княжестве Макдор неплохо, до тех пор, пока год назад у них вдруг не открылся первый уровень Шабенов. Это настолько испугало их вначале, что они не догадались скрыть свой дар от хозяина, за что и поплатились. Неведомо по каким причинам заезжие демоны-купцы с далекого запада порой скупали молодых Шабенов первого, а то и более высокого уровня и увозили в свои края.
В обоих параллельных мирах придерживались почти одних и тех же границ и одних и тех же названий участков континента. Как утверждали учителя с островов Рогатых Демонов, это говорило о том, что демонический мир живет, подстраиваясь под человеческий. Но как было на самом деле, не знал никто. Вполне возможно, что в демонических Мастораксах Знаний
