участке, куда командование не захочет отправлять подготовленных бойцов из-за высокой вероятности практически стопроцентных потерь. Оказаться при этом в первой линии обороны – не самый перспективный расклад.
На войну Метрополии с Акридами я попал не по доброй воле, а в результате крайне неудачного стечения обстоятельств, и задача передо мной стояла только одна – выжить в этой мясорубке. Лейтенант был прав, от решения вычислителя сейчас во многом зависела моя жизнь, так что к общению с ним я подошел очень серьезно.
Искусственный интеллект интересовался буквально всем, от конкретных моделей роботов-бурильщиков до методов, которые я использовал, чтобы заставить совместно работать эти изношенные аппараты, собранные в кучу по принципу: «что можно было купить по дешёвке, то и взяли».
Закончив с темой копателей, корабельный вычислитель стал пытать меня вопросами по поводу моего боевого опыта. То, что было указано в анкете, его, видимо, не удовлетворило, и он требовал всё новых подробностей. Детектора лжи в его распоряжении не было, так что ИИ применял старую добрую методику допроса, призванную поймать подследственного на противоречиях. Вопросы задавались об одном и том же, но вразнобой и в различных формулировках. С таким подходом я уже не раз встречался, когда меня таскали на допросы в полицию по поводу последствий наших подростковых разборок и, не особо разбираясь, пытались пустить всех участников по какой-нибудь нехорошей статье. Мне каждый раз удавалось отделываться мелким хулиганством, и это был очень неплохой результат, поскольку несовершеннолетним реальных сроков за такое не давали.
Выделенных нам лейтенантом пятнадцати минут мне не хватило, но, судя по всему, наш командир был в курсе возникшей проблемы, и торопить меня никто не стал. Тем более что у лейтенанта и сержантов хватало работы с теми, кто уже получил свое распределение.
- Вопросов больше нет, - наконец, сообщил вычислитель. – Ждите.
Вряд ли искусственный интеллект взял время на принятие решения. Скорее всего, одновременно со мной он опрашивал и других кандидатов на некие должности, и с ними он, похоже, пока не закончил. Ожидание затянулось минут на пять, после чего мой коммуникатор вновь издал короткую вибрацию.
- Рядовой Строгов, вы назначены на должность оператора дронов огневой поддержки. Вам следует немедленно явиться к командиру роты для получения дальнейших указаний.
Переведя взгляд на центр ангара, где начальство устроило себе импровизированный штаб, я увидел, что там стало несколько свободнее. Рядовые, с распределением которых не возникло задержек, уже получили свои приказы и отправились их выполнять. Салазара, кстати, тоже нигде видно не было. Рядом с раскладным столом, за которым сидели лейтенант и один из сержантов, сейчас стоял лишь короткий строй из нескольких человек. Видимо, там находились те, кого, как и меня, искусственный интеллект какое-то время мучил вопросами. Тянуть с выполнением полученного от вычислителя указания не следовало, и я быстрым шагом пошел являться.
- Так… - взглянув на меня, протянул лейтенант, когда до меня дошла очередь. – Значит, оператор дронов поддержки… Сержант, быстро его на тренажер, времени уже и так почти не осталось.
***
Судя по натужной вибрации корпуса при разгонах для ухода в гипер, командир нашего войскового транспорта очень спешил, выжимая из движков своего немолодого корабля всё, на что они были способны. Я неплохо его понимал. Остаться на транспортном корабле в заблокированной врагом системе – не самая приятная перспектива, так что он наверняка надеялся как можно быстрее доставить нас на Бартаг-7, взять на борт привилегированных пассажиров, которым выпало счастье оказаться в эвакуационных списках, и не медля ни одной лишней секунды, свалить оттуда куда подальше.
Весь остаток пути я провел в капсуле виртуального тренажера полного погружения. Настоящих дронов огневой поддержки на корабле не было, зато в памяти его вычислителя имелись их полные цифровые копии. Освоить управление пятеркой легких наземных боевых роботов оказалось совсем не просто, и это ещё очень мягко сказано. Как я понимаю, нормальный курс подготовки оператора длится не один месяц, а мне пришлось заталкивать его в себя буквально за несколько часов.
Само собой, о полноценном обучении и закреплении навыков в такой ситуации говорить не приходилось. Я что-то схватывал по верхам, стремясь хотя бы в общих чертах овладеть самыми основами. Радовало только то, что, в отличие от диггеров «Бекаса», эти роботы безупречно взаимодействовали между собой и с управляющим модулем, но, пожалуй, это оказалось единственным положительным моментом.
Хорошо хоть, что изрядную часть функций брали на себя вычислители дронов, но участие оператора всё равно требовалось постоянно, и у меня буквально раскалывалась голова, когда я пытался одновременно уследить за действиями пяти роботов, у каждого из которых были собственные цели и задачи.
Когда меня выдернули из тренажера, я почувствовал немалое облегчение. Впрочем, расслабился я явно рано. Вокруг царила эпическая суета. Наш батальон стремительно выгружали из транспортника, стремясь освободить место для пассажиров, уже толпившихся в посадочной зоне орбитального терминала. Высокопоставленные гражданские и военные чиновники с семьями, жены и дети высших офицеров, а также все, кто мог себе позволить выложить немалую сумму за место в корабле, покидающем обреченную систему, ждали сигнала на посадку.
В какой-то момент мне даже пришла в голову мысль, что нас пригнали сюда не столько для защиты планеты, сколько для того, чтобы эти люди смогли воспользоваться для бегства нашим кораблем. Идея эта мне сильно не понравилась, но что-то мне подсказывало, что она может оказаться не такой уж далекой от истины.
На планету нас доставили с помощью грузопассажирских орбитальных челноков, набивая людей в их нутро сверх всякой меры. Сказать, что обстановка вокруг царила напряженная и нервная – это не сказать ничего. Похоже, от откровенной паники военных удерживала лишь многолетняя привычка подчиняться приказам, а гражданских – деловая суета людей в форме. И это при том, что вражеский флот ещё только приближался к Бартагу. Оставалось только гадать, что же начнется, когда корабли Акрид выйдут из прыжка у границ системы и начнут движение к густонаселенным планетам. Удара противника в этой точке пространства явно никто не ждал, и силы обороны системы со всей очевидностью оказались совершенно не готовы к его отражению.
Нас криво-косо построили прямо на пластобетонном поле гигантского грузового космопорта одного из промышленных центров планеты. О Бартаге-7 я не знал ровным
