Уже через час нас собрали в каком-то ангаре, и помимо нашего временного взвода, принимавшего участие в недавней тренировке, сюда привели ещё около пятидесяти рекрутов, более или менее восстановившихся после имплантации. Сержанты сформировали из нас некое подобие строя, и через минуту в ангар вошли два офицера Метрополии – незнакомый майор и тот самый лейтенант, который руководил нашими спортивными занятиями.
- Рекруты, - без всяких приветствий и предисловий обратился к нам майор. – Я начальник вашей воинской команды майор Сомаяджи, вернее, теперь уже командир отдельного батальона Р-26, в который она преобразована приказом командования. А вы с этого момента – действительные рядовые армии Метрополии с полными выплатами по контракту.
Справа от меня кто-то очень тихо, но от этого не менее выразительно произнес:
- Трындец. Мы в полном дерьме.
Спорить с этим утверждением было сложно. Я, во всяком случае, мысленно с ним полностью согласился. Рядовыми нам предстояло стать только после полного курса подготовки в учебном лагере десантно-штурмовых войск, куда мы, собственно, и направлялись. А мне после этого полагалось ещё и дополнительное обучение какой-то из воинских специальностей. Однако теперь, судя по всему, ни подготовки, ни обучения у нас не будет. А ждет нас что-то совсем другое, и не нужно быть гением, чтобы понять, что эти перемены нам сильно не понравятся.
Дальше майор ещё какое-то время распинался про оказанную нам честь и большое доверие, которое мы непременно должны оправдать, но что-то действительно содержательное началось только после того, как он передал слово лейтенанту, а сам куда-то скоропостижно свалил. Видимо, направился вдохновлять на подвиги остальных бравых вояк, всё ещё слегка пошатывающихся от последствий установки имплантов.
- Кто ещё не в курсе, я лейтенант Соломин, - представился наш бывший инструктор. – Все вы слышали господина майора и знаете, что теперь я командир первой роты, в которую сведены наиболее боеспособные рекруты из вашей воинской команды. Вернее, уже не рекруты, а рядовые. Все вы наверняка понимаете, что просто так платить неподготовленным новобранцам полное денежное вознаграждение рядового никто бы не стал. Мы летим на Бартаг-7, где нам почти наверняка предстоит отражать десант Акрид. К системе Бартага приближается их рейдовый флот, в составе которого замечены десантные транспорты.
- Да они вконец охренели… - послышался всё тот же тихий голос справа.
- Итак, - продолжил наш новый командир. – У нас есть всего несколько часов для того, чтобы хоть как-то сформировать организационную структуру и распределить личный состав по должностям и специализациям. Я не исключаю, что по прибытии в систему Бартага командование изменит свое решение, и наш батальон расформируют, распределив всех вас по другим частям и подразделениям, однако сейчас мне приказано создать из вас боеспособную роту, чем я и собираюсь заняться.
- Застрелись лучше сразу, лейтенант, - едва слышно произнес стоявший слева от меня Салазар. – Какая нахрен боеспособная рота из этого днища за пару часов? Ты себя-то вообще слышишь, вертухай сраный?
Сказано было грубо, но, по сути, верно. Подавляющее большинство личного состава нашей импровизированной роты никогда не держало в руках настоящего боевого оружия, не говоря уже о бронекостюмах и более сложной технике. Максимум – баловались виртуальными играми с полным погружением, где иногда встречались неплохие цифровые образы реальных пушек и снаряжения. Но это, мягко говоря, не совсем то.
Даже просто показать нам всё это и хотя бы коротко проинструктировать перед предстоящим боем за несколько часов было просто невозможно, тем более что я не видел в ангаре груды оружия и брони.
- На этом корабле нет оружия и защитного снаряжения для всех бойцов батальона, - будто прочитав мои мысли, сообщил лейтенант. – Скажу честно, его вообще практически нет, так что всё необходимое вооружение, броню и технику вы получите после прибытия на Бартаг-7. Времени для индивидуальной беседы с каждым из вас у меня нет, поэтому мне пришлось поручить корабельному вычислителю предварительное распределение личного состава роты по должностям и воинским специализациям. Окончательное утверждение его решений остается за мной. Искусственный интеллект проделал эту работу на основе ваших анкетных данных и личных дел. Сейчас на ваши коммуникаторы поступят сообщения с результатами распределения или дополнительными вопросами от вычислителя, если по вашей кандидатуре он ещё не определился окончательно. Подойдите к ответам на них предельно ответственно. В бою от правильности выбора, который сделает вычислитель, будут зависеть ваши жизни и жизни ваших товарищей. Вам придется заняться этим прямо здесь и сейчас. Ангар рота покинет только после того, как будет сформирована четкая организационная структура.
Коммуникатор на моем запястье слегка завибрировал, извещая о входящем сообщении, и одновременно с этим лейтенант разрешил нам покинуть строй, дав пятнадцать минут на ознакомление с полученной информацией.
Я отошел к стене и уселся прямо на пол, облокотившись спиной о металлическую переборку. Рядом со мной опустился кто-то ещё. Бросив короткий взгляд влево, я увидел Салазара.
- Ну что, брат-смертник, посмотрим, куда нас определила эта железка? – с нехорошей усмешкой произнес он, тоже привалившись к стене и активируя коммуникатор. – О, ты глянь какая честь! Я теперь командир отделения тяжелой пехоты. Мне и список подчиненных уже прислали. Буду командовать десятком гопников в штурмовой броне. Блин, как домой вернулся… Зато плюс пятьдесят процентов к денежному вознаграждению. Прям озолочусь, если доживу до первой выплаты, конечно.
Я тоже открыл полученное от вычислителя сообщение, но, в отличие от Салазара, мне пришла не информация о назначении, а вопрос. Вычислителю зачем-то понадобились подробности моей работы оператором диггеров.
- Похоже, мои импланты сыграли, - продолжил Салазар, которого, похоже, из-за нервной обстановки пробило на излишнюю болтливость. – А у тебя что?
- Пока ничего, - сдержанно ответил я, поднимаясь. – Вопросы задает. Извини, я пока буду занят.
- Ну давай, занятой… - Салазар неопределенно хмыкнул. – Потом расскажешь.
О бывшем бандитском бригадире я тут же забыл, сосредоточившись на общении с корабельным ИИ. Попасть в штурмовики мне совершенно не хотелось, причем без разницы, рядовым или младшим командиром. В сложившейся ситуации выжить в этой роли не было вообще никаких шансов. Я не сомневался, что нашу убогую и практически бесполезную роту без всякого сожаления бросят под каток наземного наступления Акрид, причем именно на том
