Н-Е-Е-Е-Е-Т!
Такого страха Хаймон не испытывал очень и очень давно. Сквозь яростную бурю магических потоков он ринулся напролом, чтобы защитить и уберечь родных детей, но в момент, когда отцовский ужас пересилил все видимые и невидимые рамки, до ушей полубога донесся знакомый хриплый баритон.
— Хлипкий барьер. Очень хлипкий. А мы лишь хотели постучать.
— УБЬЮ! — рявкнул с ненавистью Аванон. — НА КУСКИ РАЗОРВУ!
Глаза Хаймона налились кровью и тот уже намеревался кинуться на врагов, но вместо этого пересилил себя и стал искать взглядом детей. Энергетическая буря улеглась так же быстро, как и началась, но на полигоне будто случилась катастрофа. Пространственные осколки рассекли и разрубили всё, что попадалось у них на пути, но на удивление уцелел барьер, который успел возвести Последователь Проклятых, и который защитил его людей.
Тихий смех вторженцев звучал как издевательство и под конец полубогу всё-таки удалось отыскать глазами детей, но то, что он увидел потрясло его до глубины души. Сущее свидетель его наследники осталось живы и невредимы, но вот Ранкар, который собственным телом прикрыл дрожащую Нику и Илая превратился в окровавленный труп.
Юноша походил на каменное изваяние, что было залито кровью с головы до пят. Сквозь рассеченную плоть виднелись кости, кожу попросту стёрло в кровавый порошок, а вся спина была раздроблена и усеяна крупными пространственными обломками, что вонзились глубоко в тело.
— Теперь тебе не так смешно, да, выродок? — громко загоготал Магнус Ткач, стоя в обществе Вендигала и небольшой группы вторженцев. — Мой повелитель шлёт тебе привет. Надеюсь, ты не успел заскучать?
— ВЕНДИГАЛ, МАГНУС! КАК ВЫ ПОСМЕЛИ? — раздался свирепый вскрик, и первая после Темиды очутилась подле Хаймона и с ужасом уставилась не только на отряд незваных гостей, ещё и на жутко изувеченного Ранкара. — ЧТО ВЫ ТВОРИТЕ⁈ ЗАЧЕМ ВЫ…
Каркающий нарастающих смех заставил Кристальную Ведьму оцепенеть, и все окружающие разом уставились на Ранкара. Пару секунд юноша не двигался, на глазах у всех он очень бережно передал напуганную Нику брату, лицо которой было залито его собственной кровью, а затем медленно выпрямился и неспешно стал извлекать из спины окровавленные пространственные осколки, что походили на кинжалы.
— Значит, вот какие приветствия у богов? — произнес парень, продолжая хрипло смеяться, но веселье в его тоне напрочь отсутствовало. — Ничем не брезгуют. Идут на всё лишь бы я взялся за клинок. Ох и Нергал, ох и торопыга… Но как хитер, падла! Наверное, если бы мы играли в шахматы, это можно было назвать только одним правильным словом — шах…
Глава 22
Тени былого…
«Мой разоритель, — испуганно пробормотала Руна, — ты…»
Я… я в норме. Позже.
— Значит, вот какие приветствия у богов? — произнес едко я, а из горла то и дело продолжал изливаться хриплый безрадостный смех. — Ничем не брезгуют. Идут на всё лишь бы я взялся за клинок. Ох и Нергал, ох и торопыга… Но как хитер, падла! Наверное, если бы мы играли в шахматы, это можно было назвать только одним правильным словом — шах…
— РАНКАР!!! — донесся сдавленный и наполненный ужасом крик Фьётры, которая попыталась покинуть пределы моего барьера, но миновать массив та не сумела — я не позволил. — РАНКАР, ВЫПУСТИ НАС!!!
Впрочем, никто из них не мог покинуть пределы защитного купола, а я лишь отрицательно качнул головой, не обращая внимания на её крики и на недовольные лица остальных.
— Ты не солгал, Вендигал, — весело рассмеялся Магнус. — Выродок не только крепкий, но и необычайно заботливый. Однако его язык слишком длинный. Его надобно укоротить.
Уб ей… Уб ей… Уб ей… Д А… УБ ЕЙ… ЖЕ … ТЫ … ИХ … — бесновался свирепо Опустошитель, а его кроваво-серая тень образовалась где-то на самой дальней границе периферического зрения. — ПОЧЕМУ… ТЫ… ТЕРПИШЬ?.. РАДИ… ЧЕГО?.. ЗАЧЕМ… СРАЖАЕШЬСЯ… ЕСЛИ… ЗНАЕШЬ… ЧТО… ПРОИГРАЕШЬ⁈ ЗАЧЕМ… ПРОТИВИШЬСЯ?.. ТЫ… ВСКОРЕ… ИСЧЕЗНЕШЬ!.. СКОЛЬКО… ТЕБЕ… ОСТАЛОСЬ?.. ГОД?.. ИЛИ… УЖЕ… МЕНЬШЕ?.. НАСКОЛЬКО… ХВАТИТ… ТВОЕЙ… ХВАЛЁНОЙ… СИЛЫ… ВОЛИ⁈
Ярость Опустошителя гремела в сознании и давила на разум будто огромный пресс. Руки страшно дрожали, а источники взбунтовались, требуя выплеска накопленной злобы, боли и негатива. А боль… боль я ощутил сполна. Затылок, спина, задняя часть ног. Всё стало единым кровавым месивом. Кровь смешалась с рассеченной плотью и кожей, а множественные пространственные осколки лишь усугубили регенерацию. А прибегать к магии исцеления я не желал. По крайней мере не на глазах у этих тварей.
Прекращай вонять и захлопни пасть.
Ты … слиз няк… и … тря пка… Отстра чиваешь… неизб ежное…
Катись обратно в свою дыру.
Ког да… тв оё… те ло… и … ра зум… ста нут… мои ми… Я … уб ью… вс ех… ко го… ты … та к… неис тово… жел аешь… защи тить… Унич тожу … их … ТВО ИМИ… рук ами… Во т… буд ет… пот еха…
Я СКАЗАЛ ПРОЧЬ!
Багровая пелена уже почти полностью заполонила зрение, но тихий и сбивчивый голос Илая, заставил меня вернуться обратно в реальный мир.
— Сумрак, ты… ты как? — сбивчиво прошептал голубокровный, не сводя расширившихся глаз с моей спины и обломков.
— Жить… буду, — сипло хрюкнул я себе под нос, а после опустил взгляд на его сестру. — Как она?
— Цела! — сглотнул взволновано он, еще крепче прижимая к себе Нику, которую я передал ему несколькими мгновениями ранее. — Спасибо тебе! Если бы не ты, она бы… она бы…
— Уймись, — прошелестел неразборчиво я, продолжая медленно и у всех на глазах вырывать из спины окровавленные осколки, затем также неспешно пришлось обернуться к названным гостям. — Это всё, на что вы сподобились? Лишь уловки и внезапные нападения? Теплите надежду, что я обнажу клинок? К сожалению, Костлявый Хрен, твой язык гораздо длиннее моего, потому как ты можешь только болтать. Мы же оба прекрасно понимаем, что ты не сможешь мне бросить вызов. Как много тебе рассказал Нергал, а?
— Ты тоже неплох, щенок! — обнажил тот кровожадно зубы. — Провокации у тебя в целом неплохие.
Если честно, то количеству непрошенных визитеров я невольно изумился. Помимо Вендигала и Магнуса, сюда притащилась еще и Тания на пару с Уллусой. А прямо за ними находились те, кого я видел мельком. Однако в глубине души я понимал, почему они сюда явились. Как-никак в разное время своего существования я приложил руку к смерти их наследников и родных — Наррил Алое Возмездие, Гуарт Урелей, и глава поместья Грозовой Удел — Аозин Штормовой.
— Неужели мы на каком-то великосветском приёме? — насмешливо осведомился я, разом встречаясь глазами с
