— усевшись, Густав пролистывает документ.
— Много чего. Талантливый бастард, поднявшийся в графы. Но Горнорудова к нему точно неровно дышит. Во-первых, щенок ее спас. Во-вторых, она приподнесла ему на блюдечке «Рабис» и «Валентино». В-третьих, она перебралась в Москву, хотя это для нее было почти опасно из-за царской неприязни.
— Значит, Жанна хочет отдать за щенка Анастасию? — хмурится Густав.
— Об этом нет сведений. Но она запросто может выдать дочь за Филинова, раз ему даровано право многоженства.
— Дядя, убьем щенка? — спрашивает разгневанный Густав.
— Это сделают Немезиды, — усмехается Адольф. — Каким бы Филинов ни был сильным самородком, ночью он спит, как и все люди. А время сна — самое уязвимое.
— И пусть его жен тоже разорвут в клочья! — выплевывает молодой немец.
— Во вторую очередь разве что, — пожимает плечами Адольф, задумчиво потеребив черные усики.
— Спасибо, — благодарно отзывается Густав.
* * *
Глубокой ночью неподалеку от усадьбы Филиновых останавливается темный фургон. Наружу выскакивают три тенеобразные сущности. Полностью черные, гладкие, отдаленно напоминающие людей только силуэтами. Но это точно не люди. На плоских сплошь черных лицах без очертаний выделяются только белые кристаллы, словно бы вкрученные прямо в черепа.
— На вылазку, — на немецком шипит одна из сущностей, и на миг мелькает черный змеиный язык. Кристалл слабо мигает, вторя словам, а затем чернеет и сливается с черным лицом.
«Тени» беззвучными шагами подбираются к усадьбе и легко перепрыгивают высокие стены. Шаги «теней» беззвучны, запаха они не выделяют, температура их тел и воздуха одинаковая. Для камер они выглядят лишь как стелющиеся по земле плоские тени. Магическая энергия теней скрыта, как и ментальные волны.
Идеальные ассасины беспрепятственно добираются до дома. Ни одна сирена не просыпается, ни один датчик не срабатывает. Дальше остается самое приятное — взобраться по карнизам наверх, беззвучно открыть окна, пробежаться по спальням и убить всех в доме. Легкая задача, за выполнение которой обещан большой гонорар. Что еще нужно для жизни?
Первый ассасин крепко хватается за желоб водостока. Черные пальцы тонут в странной невидимой слизи поверх трубы.
— Что за…
— БУЛЬК, — вдруг напротив ассасина прямо на стене раскрывается гигантская пасть. Острыми пиками торчат клыки из уплотнившихся вязких сгустков.
Убийца не успевает отшатнуться, как лапы из слизи хватают его и за плечи и закидывают в пасть. Половина тела пропадает, торчат только черные ноги. Хруст костей перекрывается истошным агонизирующим ором:
— А-а-а-а! Па-а-магите!
Со всех сторон вспыхивают прожекторы, завывают сирены, с металлическим скрипом активируются турели, и две «тени» замирают, не зная куда бежать.
Сверху вдруг раздается яростный рев, огромная крылатая туша пикирует с жерди над крышей дома и, поймав одного из ассасинов, уносится вверх.
— Это дракон⁈ — в ужасе восклицает последний ассасин, упав на колени. Ноги перестали его держать.
— Верно, — раздается уверенный голос, и из окружающего мрака на свет прожекторов выходит главная цель ассасинов — Вещий-Филинов. Молодой мужчина в одних трусах. — А вот мне интересно, что ты за тварь такая. Вроде бы аномальный зверь, а разговариваешь по-немецки.
Вокруг слышатся щелчки затворов. Набравшись мужества, ассасин поднимается. Черное плоское лицо дрожит. Его предназначение — скрытные удары, вовсе не открытый бой, но всё же пара козырей найдется у этой твари, чье тело он занял.
Неожиданно Вещий заковывается в черный доспех. Ассасин реагирует мгновенно — из его руки выстреливает черный хлыст. Парень отражает удар Каменным топором, невесть откуда взявшимся.
Ассасин размахивается для нового удара, на его стороне преимущество в дистанции — хлыст достаточно длинный, чтобы не подпустить противника. Но раздается свист, мимо пролетает каменный диск, и отсеченная черная рука падает в ровно постриженный газон. Из покалеченной конечности брызгает темная кровь.
С истошным ором ассасин хватается за обрубок. Его преимущество оказалось ложью.
По мозгам ассасина что-то резко бьет, и он с ором падает в траву. Кажется, что его голову разрывает в клочья.
Рядом оказывается Вещий. Парень присаживается на корточки над стонущим убийцей и протягивает руку к белому кристаллу на черном лице.
— Значит, твое сознание в этом камушке? Интересненько, — Вещий стискивает пальцами кристалл и вырывает его из головы ассасина. В ту же секунду убийца, затихнув, откидывается назад. Вернее, тело убийцы.
Пальцы парня, держащие камень, вспыхивают синей псионикой. Вещий-Филинов поднимается и телепатически сканирует ментальную начинку кристалла. Огоньки в камне суматошно дергаются. Существо внутри паникует.
— Рад знакомству, Отто Гебман, бывший морпех Германской Империи, а нынче тайный убийца Шморцев, — усмехается парень, передавая мысль в кристалл. — Ну-ка поделись-ка, где сейчас находится твой господин. Мне нужно нанести им ответный визит.
Глава 17
Шморц капут!
— Дед сильно ругался? — осторожно спрашивает Густав, зайдя в кабинет дяди.
— Да ворчал, что мы поспешили с убийством щенка, — фыркает Адольф, недовольно отодвигая от себя мобильник на столе. — Старик боится, что мы обратим на себя внимание Охранки. Да даже если Красный Влад вскроет наше участие, к тому времени мы уже будем в Берлине. Царству осталось недолго существовать, и нам нужно успеть заработать на его падении. Главное сейчас — прогнуть Горнорудовых: уговорить, немножко запугать, неважно. Нам нужны их управляемые химеры, чтобы продать их ханьцам, а потом использовать полученные ресурсы для свержения Кайзера. Твой брак с Анастасией всего лишь способ усилить наше взаимодействие с бароном.
— Горнорудова слишком долго тянет, — кивает Густав.
— Смерть Филинова поторопит Жанну, — уверенно заявляет Адольф.
— А щенок уже мертв? — глаза Густава кровожадно поблескивают.
— Да, уже полчаса прошло, как Немезиды отчитались, — равнодушно отмахивается наследник Шморцев. — Тихая смерть в постели. Ни свидетелей, ни улик. Я даже не представляю как Охранка может догадаться о нашем участии. Возможно, она начнет копать в сторону Горнорудовой, тогда у нее будет еще один повод принять наш союз.
— Хорошо, что мы захватили с собой Немезид, — усмехается Густав.
— Я их всегда беру с собой в командировку. Никогда не знаешь кого понадобится убрать, — отвечает Адольф.
Прямо над головой наследника громко завывает сирена. Адольф хватается за уши и вскакивает, отшатываясь от окна. И вовремя — шальные пули разбивают стекло, со всех сторон стоит грохот стрельбы.
Оба Шморца на инстинкте надевают алмазные шкуры и отступают в коридор. Стены пляшут перед глазами, в ушах гудит после резкой канонады звуков.
— Господин! —
