тогда мы, правда, пойдем, — отбросив браваду, полька спешит на указанную площадку. Сразу видно — опытная наемница. Осторожничает и обходит ненужный риск за километры.
Послав мне воздушный поцелуй, Лена убегает следом за полькой. Я же, «включив» Винта, принимаюсь за те самые множественные формации. Разделяю клинок дао на несколько лезвий, которые принимают форму сюрикенов. В моей руке остаётся лишь пустая рукоять без лезвия, а сюрикены повисают в воздухе.
«Неплохо, господин, — ровным тоном протягивает Винт. Он явно удивлен, но старается никак не выдать свое настроение. — Для новичка вы очень быстро освоили тяжелую технику чужой магической сферы».
«Опыт большой, — отвечаю. — Знаешь, сколько у меня таких, как ты, легионеров? Сейчас попробуем синтезировать магнетизм с псионикой.»
«Синтезировать с чем?» — с непониманием спрашивает магнетик.
«Сейчас увидишь.»
Сюрикены наполняются синим псионическим светом. Теперь, по задумке, это оружие способно пробить любой доспех. Ментальным усилием направляю стальные куски в ближайшую метровую скалу. Звездочки вонзаются и прошивают толщу камня насквозь.
«Поразительно!» — роняет обомлевший Винт.
Звездочки возвращаются и, слившись воедино, принимают обратно форму широкого клинка дао. Лезвие само закрепляется в пазе на рукояти.
«Да, неплохое оружие,» — делаю вердикт.
А ещё в рукоять вставлен артефактный источник, и этой штукой можно испускать ударные энерголучи. Также неплохое подспорье в бою, но далеко не главное.
— Занимаешься, Филин, — теперь за тренировкой меня застает Шаровой. Старик только сейчас подошел и не видел представления в стиле ниндзюцу. — Кстати, я заметил, что ты и молнии умеешь пулять.
— Чему только жизнь не научит, дед, — грустно вздыхаю.
— Вылитый дед! Нахапал пчелок в свой Рой, а теперь строишь из себя бедолагу, наказанного жизнью, — смеется старик, довольно поблескивая молниями в глазах. — А что бы ты сказал, если бы я предложил тебе перенять у меня одну технику?
— За технику рода Гиберских я был бы очень благодарен, — отвечаю честно. Всё же род Шарового породил лучших молниевиков в Царстве, а сам он так вообще Грандмастер, пусть ещё и не восстановившийся после долгой «грибной сидки». — Но какой тебе резон делиться родовыми техниками?
— А вот мне просто интересно, хватит ли у тебя сообразительности их перенять, — смеется старик. — Но учти: покажу один раз, быстро обрисую в каком порядке каналы напрягать и куда-откуда ману переливать, а если не успеешь уловить — ну значит, не судьба.
— Мне подходит, — улыбаюсь. — Только одну минуту, пожалуйста.
— Да не спеши, — кивает Шаровой.
Конечно, каждый сейчас преследует свою цель. Старик хочет изучить мой прогресс как носителя Роя-Легиона, да и исходя из этого сделать дальнейшие выводы. В других обстоятельствах раскрываться, конечно, не стоило бы. Но он и так постоянно видит меня в бою, поэтому уже плюс-минус понимает, с кем гуляет по Тибету. Потому я ничем уже не рискую.
А минуту я попросил только затем, чтобы ввести деда в заблуждение. Так-то на «включение» молниевика уходит всего пару мгновений. Но пусть Шаровой думает, что мне нужно время на активацию Роя.
— Я готов, — сообщаю ровно через минуту.
— Хорошо. Приступаем, — старик встает в широкую стойку, руки в сторону, голова наклонена сильно вперед. Я принимаю такую же позицию. — Техника «Метка Грома». Создает молнию, которая всегда попадает в цель, даже движущуюся. Для выполнения требуется ранг второго мастера. Итак, — он начинает выполнять плавные движения сначала руками, а затем постепенно всем телом. Я пока не повторяю каты вслед за ним, а лишь внимательно слежу за Грандмастером, в том числе и на энергоуровне. — Мегабазовая схема Синевы, потом сразу же без перехода ката Спираль. Мана перетекает из накопителя в перешеек, и оттуда делаешь резкий выброс по каналам с мысленным закреплением цели, — он делает резкий выверт руками, и изогнутая молния бьёт в скалу напротив. — Не слишком быстро? — с ухмылкой спрашивает.
— Нормально, — я прихожу в движение и повторяю показанные двигательную и энергетическую матрицы. Мана вытекает из накопителя и реализуется в указанной схеме.
Из моей выброшенной вперед руки выстреливает молния. Синий зигзаг улетает куда-то вверх в небо.
— Промахнулся, — Шаровой резюмирует с довольной лыбой. — Прицел «Метки», значит, сбился. Ну, ничего страшного. Надо быть настоящим гением, чтобы с первого раза вышло. Если бы ты еще несколько раз посмотрел, то обязательно бы получилось. Правда, мы договорились только о разовой демонстрации.
— Ага, именно так, — соглашаюсь. — Речь шла только о том, чтобы показать один раз.
— Что ж, не такая уж это и нужная техника, — утешающе произносит Шаровой, а у самого в глазах пляшут насмешливые искры. — Скорее даже, специфичная. Можешь о ней забыть, Филинов…
Тут ему на голову снарядом падает дымящаяся утка.
— Ай! Что это, вашу ж мать! — мигом надев доспех, Шаровой скидывает с макушки зажаренную дичь.
— Утка, — спокойно говорю, подходя к добыче и внимательно разглядывая её. — Нечего тут бояться.
— Как это нечего⁈ Откуда она взялась⁈ — старик поднимает глаза к низким облакам и внимательно вглядывается в белые барашки.
— Мимо пролетала вместе с косяком, — пожимаю плечами. — Ну а я её подстрелил. Что тут такого?
— Подстрелил⁈ — кажется, до старика только начало доходить. — Хочешь сказать, что ты не промахнулся⁈ Нацелил «Метку» на уток⁈
— Ну а смысл тратить энергию на скалу, — усмехаюсь. — Так хоть есть какой-то толк — жаренная дичь. А за технику спасибо. Она хоть, и правда, специфичная, но может пригодиться в той же охоте на уток.
— Пожалуйста, — угрюмо произносит Шаровой и, отвернувшись, топает прочь по пологому гребню. До меня доносится его бурчание. — Точно весь в деда.
«Запомнил технику?» — обращаюсь я к легионеру-молниевику.
«Ммм, ну почти,» — неуверенно произносит тот в ответ. Ну понятно, память девичья.
«Заглянешь в библиотеку на пятую полку, — наставляю. — Там запечатлена методичка.»
«О, спасибо, шеф! — радуется молниевик. — Вызубрю наизусть».
Да какие тут сложности? Вся библиотека в мираже — это чертог моих выборочных воспоминаний. Обновлять её ничего мне не стоит.
Прихватив утку, направляюсь прямиком к кашеварам. Будет Ломтику очередной гастрономический рай. От полевой кухни возвращаюсь в полной тьме в свой шатер. Там уже и жены собрались — без облачения, готовые ко сну. Только вот судя по их взглядам, сегодня спать будем по минимуму.
— Мы
