…Под потолком второй час кружила муха, надоевшая своим жужжанием. Лень было встать, отодвинуть штору и выпустить ее.
– …Утром уехали двое дворян… Кто-то из северной провинции.
Денис посмотрел на Оксану. Та срывала листья с ветки, прихваченной во время недавней прогулки.
– Никто не верит, что Мирон сможет удержать власть.
– Пусть бегут. Зато в спину никто не ударит. Андрей машинально потрогал повязку на боку и поморщился. Рана почти зажила и теперь больше чесалась, чем ныла.
– Что, болит? – Сидевшая рядом Лена встревожен но наклонилась к нему и заботливо поправила подушку. – Может, тебе повязку сменить?
Тот отрицательно покачал головой. Тогда, в скоротечной сшибке на границе они схлестнулись с передовым отрядом степняков. Скользящий удар меча пробил доспехи и достал левый бок. Андрей зарубил врага и не выходил из боя до конца.
Герцог Владин отметил его доблесть, назначив десятником в своей дружине. И приказал сидеть дома и не сметь являться на службу до полного выздоровления. Новоиспеченный командир торопил время, устав от бесполезного скитания по комнатам. Оксана подошла к окну.
– Никого… Все боятся…
– Допустим, не все… – возразил Денис. – Кое-кто остался.
– Этих кое-кого слишком мало.
– Мальчики, а может, и нам потихоньку собраться и уехать? Ворота ведь работают…
Андрей переглянулся с Денисом. Сколько можно объяснять, что просто так их никто не отпустит со службы. А уехать тайно, по-воровски – значит обесчестить себя в глазах герцога Владина и других дворян. Трудно придумать уважительную причину в то время, когда многие ищут повод, чтобы удрать подальше от войны. Что же, уподобиться им?
Оксана, видя, что парни молчат, разозлилась. Их загадочное поведение и туманные ссылки на обстоятельства надоели до смерти. Вот они, Ворота, только руку протяни.
– Что же, теперь век здесь сидеть? Я домой хочу. Вы понимаете – домой! Мне ваш герцог не указ…
Ответа не последовало, мужчины щадили ее нервы. После приезда Светы девушки настаивали на немедленном возвращении домой. Аргументы ребят их мало убеждали. Постоянная тревога и напряжение сказывались на ранимой психике девушек. Масло в огонь добавляла междоусобица. С каждым днем терпение истощалось.
– …Ребятки, миленькие… – Оксана всхлипнула, пустив в ход последнее оружие женщин – слезы. – Давайте поедем домой.
Лена, сидевшая до сих пор молча, внезапно сказала:
– Неровен час сюда заявится маркиз Корхан. Что, и тогда останемся здесь?
– Нет, конечно, – ответил Андрей. – Никто ждать не собирается. Я слышал, герцог хочет снарядить небольшой отряд и отправить его навстречу полкам из Суреды. Возможно, мы поедем с ним.
Андрей кое о чем умолчал. Отряд повезет в Суреды дочь и сына короля – наследников престола. Если Мирон потерпит поражение, то его дети вернутся, чтобы отбить трон у узурпатора.
В этот момент в комнату вошел Николай. Денис встретил его громким восклицанием:
– Ты откуда, приятель?
– С прогулки. Светку к реке возил.
– Как она, Коль? – поинтересовалась Оксана. Николай махнул рукой. Ту, что вернулась из плена, уже нельзя было назвать прежней Светой, веселой и озорной девушкой, душой общества.
Девчонки пробовали подступиться к ней, пытались разговорить, растормошить, вырвать из ступора. Бесполезно. Все труды проходили даром. В лучшем случае на лице Светланы появлялась вымученная улыбка, при виде которой Николай был готов разбить голову о стену.
В этой ситуации помочь мог только опытный психоаналитик. Но где его взять? К счастью, Света все же не сошла с ума. Ее сознание удержалось на самом краю пропасти.
Лена и Оксана долго убеждали подругу забыть происшедшее, как плохой сон. Света отмалчивалась, но однажды, когда они остались наедине, вдруг заговорила. Ровным, монотонным голосом пересказала все, что произошло в замке Корхана. С подробностями и деталями, от которых у девушек голова пошла кругом. Конечно, они догадывались, что полторы недели в плену у человека, знаменитого своим пристрастием к женскому полу, для их подруги не прошли бесследно. Но то, что она поведала, повергло их в шок.
За окном раздался мелодичный звон – били часы на стене замка. Полночь. Оксана прикрыла ладонью рот, не в силах сдержать зевок.
– А не пора ли спать? Время позднее…
– Точно, завтра рано вставать, – поддержал ее Денис. – Коль, во сколько выходить?
Тот не ответил, о чем-то задумавшись.
– Коля!
– А?
– Не спи на ходу. Во сколько завтра сменяемся?
– Смена каждые три часа. Заступаем в восемь утра.
– Я с вами поеду, – заявил Андрей. – Бок давно зажил, а сидеть здесь надоело.
– Смотри, – предостерег Николай. – Герцог тебе голову оторвет, если узнает.
– Ничего страшного… ладно, пора на боковую.
Андрей первым пошел к выходу. Следом потянулись остальные.
Короткая летняя ночь вступила в свои права. Столица погрузилась в глубокий сон. Спали во дворце окруженные многочисленной охраной дети короля. Забылся коротким беспокойным сном герцог Владин. Уснул прямо за рабочим столом, с пером в руке. Спали те, кто решил завтра с утра покинуть город, дабы уцелеть в предстоящей мясорубке. В соседнем лесу дремали лазутчики лесных братьев, поджидавшие будущую жертву.
На втором этаже большого дома, обнявшись, заснули после долгих любовных ласк Денис и Оксана. На их лицах осталось выражение блаженства и счастья.
Рядом в соседней комнате спали Николай со Светланой. Света свернулась клубком у самой стены, зажав ладони между коленями и вздрагивая во сне. Вновь ее бросал поперек кровати маркиз, протягивал сильные руки и скалил зубы в злой усмешке. И сколько она ни пыталась отбиться от ненавистного мучителя, тот опрокидывал ее на спину…
Светлана тихо стонала во сне, но Николай все равно просыпался. Поднимал голову, смотрел на искаженное мукой лицо жены. Протягивал руку, желая успокоить, но в последний момент отдергивал, зная, что Света сейчас застонет громче, представляя, что это трогает тот, другой…
Спала, разметавшись на кровати, Лена. Тонкое покрывало сползло на край, обнажив девичью фигуру. Во сне она тянется к Андрею, смыкает объятия и отвечает на горячий поцелуй. Лена чувствует его сильные руки на талии, скользящие все ниже… Во сне оба смелее, чем наяву. Там они опускаются на упругий атлас травяного ковра, не разжимая объятий. Андрей, нежно целуя, расстегивает платье и осторожно снимает его. В этот момент поднимается сильный ветер. Куда-то исчезает луг, а вокруг оказываются голые стены огромной комнаты. От угла к ним легкой походкой идет Артур, небрежно помахивая топором. На лице саркастическое выражение, глаза смотрят строго и недобро.
