Крышка приподнялась — медленно, по миллиметру.
Под ней — темнота и запах пыли. Служебная лестница уходила вниз.
Пит спустился первым. Ступени холодные, перила влажные. Внизу — площадка, дверь в коридор, тусклая лампа под потолком.
Остальные последовали — беззвучно. Все на месте. Все готовы.
— Камеры? — спросил Пит.
Лин уже доставала оборудование — планшет, кабели, небольшое устройство размером с пачку сигарет.
— Нужна точка доступа. Сетевой узел. По схеме — служебная комната в конце коридора.
Коридор был пуст — серые стены, линолеум, редкие двери с табличками. Лампы горят вполсилы — ночной режим. Камера в дальнем углу повёрнута в другую сторону.
Они двигались вдоль стены, как тени. Не быстро — быстрота создаёт движение. Движение привлекает взгляд.
Служебная комната. Табличка: «Техническое помещение». Замок электронный, но простой. Устройство Лин — тонкий чёрный прямоугольник — приложилось к панели. Экран мигнул. Замок щёлкнул.
Внутри — шкафы с оборудованием, сетевой узел, ряды серверов. Гудение вентиляторов, мигающие индикаторы.
Лин подключилась. Пальцы заскользили по планшету.
— Захожу в систему... Есть. Начинаю подмену сигнала.
Тридцать секунд. Сорок. Минута.
— Готово. Камеры показывают запись с прошлой ночи. У нас десять минут чистой работы.
Момент перед разделением. Последний момент вместе.
— Слушайте, — сказал Пит. — Десять минут. Не больше. В 04:57 — все на крыше. Опоздавших не ждём.
Никто не возразил.
— Лин — двенадцатый этаж, серверная. Вирус и термитные заряды. Джоанна — тринадцатый, архив. Нова — пятнадцатый, узел связи. Я — четырнадцатый. Бейн.
Он посмотрел на часы.
— 04:47. Начинаем. Удачи. Увидимся на крыше.
Джоанна салютовала двумя пальцами:
— Постарайся не умереть раньше времени, кексик.
— Постараюсь.
Они вышли в коридор. Служебная лестница — вверх и вниз. Лин пошла первой, Джоанна за ней, Нова поднялась выше всех.
Последний взгляд. Короткий кивок.
Они разошлись по этажам.
***
Лин — Серверная (этаж 12)
Серверная жила своей жизнью — гудела, дышала, мигала индикаторами. Ряды шкафов тянулись вдоль стен, кабели сплетались под потолком, вентиляторы шумели непрерывно. Воздух тёплый, почти горячий — железо грелось, отдавая тепло в пустоту.
Лин приложила тепловой датчик к двери. Одна фигура — неподвижная, сидящая. Техник на ночной смене.
Дверь не заперта — кто сюда придёт посреди ночи?
Техник сидел спиной к входу, уткнувшись в монитор. Строчки кода на экране, наушники на голове. Молодой — лет двадцать пять. Худой, с кругами под глазами, в мятой рубашке. Рядом — пустая кружка и надкусанный бутерброд.
Лин подошла сзади. Музыка в наушниках и гул серверов поглотили звук её шагов.
Рука на плечо — мягко, почти дружески. Техник вздрогнул, начал поворачиваться.
Вторая рука на шею — точка под ухом. Нажатие. Теперь нужно создать давление в правильную точку – как учил Пит.
Техник дёрнулся, руки поплыли. Пять секунд. Шесть. Семь.
Тело обмякло. Голова упала на грудь. Дышит. Пульс есть. Проснётся через двадцать минут с головной болью.
Лин опустила его аккуратно — выглядело так, будто заснул за работой.
04:50.
Она нашла нужный шкаф — данные о маршрутах, расписаниях, координации. Служебная карта открыла замок с первой попытки.
Устройство с вирусом — маленькая чёрная коробочка. Кабель в порт. Нажатие кнопки. Зелёный индикатор.
Вирус запустился. Начал распространяться — тихо, незаметно. Не ломал — заражал. Превращал информацию в шум.
Прогресс: пять процентов. Двадцать. Пятьдесят.
За спиной что-то шевельнулось.
Техник приходил в себя. Раньше, чем должен. Голова поднялась, глаза открылись — мутные, непонимающие.
— Что...
Лин не дала ему договорить. Шаг вперёд, рука на рот, второе нажатие — сильнее, точнее. На этот раз без колебаний. Тело обмякло окончательно.
Она проверила пульс. Есть. Жив.
— Извини, — сказала она негромко. Не ему — себе.
Прогресс: сто процентов. Вирус установлен.
Термитные заряды — три штуки. Расставила по шкафам. Подключила таймеры. Пять минут после активации. Синхронизация с остальными.
Активация. Красные индикаторы. Обратный отсчёт.
04:55. Две минуты осталось.
Лин посмотрела на техника. Спит. Не знает, что через пару минут здесь будет пекло. Впрочем, заряды направленные, так что он должен выжить.
Она вышла. Закрыла дверь.
— Лин на связи. Серверная зачищена. Заряды активированы. Ухожу.
***
Джоанна — Архив (этаж 13)
Архив пах бумагой. Старой, пожелтевшей, пропитанной временем и чужими решениями. Ряды металлических стеллажей до потолка, папки и коробки на каждой полке. Документы, отчёты, приказы. История Капитолия, записанная и спрятанная от посторонних глаз.
Охранник сидел у стены, прислонившись к стеллажу. Голова на груди. Спит. Оружие на коленях, руки расслаблены.
Идиот. Спать на посту в архиве, который никто не охраняет всерьёз – все равно слишком беспечно для военного времени.
Джоанна подошла сзади. Тихо. Осторожно. Рука на рот, нажатие на шею. Охранник дёрнулся, схватился за её запястья. Оружие упало на пол — глухой стук.
Четыре секунды. Пять. Шесть.
Тело обмякло.
Она опустила его обратно на стул. Проверила пульс. Жив.
04:51.
Канистра с ускорителем. Прозрачная жидкость, пахнет химией. Джоанна начала разливать по проходам — методично, ряд за рядом. Жидкость растекалась по линолеуму, впитывалась в основания папок.
Зажигательные заряды — пять штук. Расставила по архиву. Таймеры. Синхронизация.
04:53. Четыре минуты.
Работа закончена. Пора уходить.
Но Джоанна не ушла.
Она остановилась у стеллажа. Посмотрела на папки. «Дистрикт 1», «Дистрикт 2», «Дистрикт 3»...
«Дистрикт 7».
Руки дёрнулись сами — без приказа, без мысли. Схватили папку, вытащили. Тяжёлая. Корешок потёртый — часто брали.
Первая страница: «Седьмой дистрикт. Программа умиротворения».
Вторая: список имён. Длинный. Фамилии, возраст, «статус: ликвидирован». Столбец за столбцом.
Третья: «Приоритетные цели». Фотографии. Лица. Мужчины, женщины, подростки. Под каждым — имя и дата смерти.
Она узнала некоторых. По рассказам. Те, о ком говорили шёпотом. Те, кого нашли повешенными на главной площади.
Четвёртая страница: «Методы. Лесной пожар в секторах 4, 7, 11».
«74 АПВ. Сектор 7. Огневая зачистка. Результат: 347 жертв, включая гражданских».
347 жертв.
Её родители были среди них. Сгорели в лесу, потому что Капитолий решил, что так проще — сжечь всё разом, не разбираясь.
Руки дрожали. Джоанна стиснула папку так, что побелели костяшки. Они записали это. Задокументировали. «347 жертв» — как цифры в графе «расходы».
Она достала спички. Чиркнула. Огонь вспыхнул — еще совсем маленький, оранжевый. Поднесла к папке. Бумага задымилась, почернела, вспыхнула.
«Программа умиротворения» превращалась в пепел.
Огонь перекинулся на соседние папки. Стеллаж начал дымиться. Ускоритель сделал своё дело — пламя ползло жадно, яростно.
— Джоанна, статус?
Она вздрогнула.
— Архив готов. Эта макулатура скоро превратится в пепел.
