жестокими тренировками с Савазином, беседовал в перерывах с демонами да регулярно, три раза в день, снимал шамакры над большим котлом камбуза. Они, правда, были очень маленькие, раз в пять меньше того, что получили за свои знания отшельники. Но демоны утверждали, что так даже лучше. И съесть не жалко, и для торгово-вещевого обмена подходят больше.
Ночами командир с полной самоотдачей сливался в одно целое со своей божественной Нимим, а в перерывах между бурными ласками с удовольствием выслушивал ее поучения. И довольно быстро смирился с постигшей его участью наивного и недальновидного отца-консерватора.
Только вот с дочерью так до сих пор и не удавалось поговорить по душам. Скорее всего, из-за того, что встречался он с ней лишь за столом в кают-компании, да и встречи эти были очень коротки: наскоро чего-нибудь перекусив, Виктория убегала к своему возлюбленному. Ну а уж по ее счастливому лицу можно было догадаться, что Теодоро идет на поправку семимильными шагами. Что и подтвердилось в последний вечер морского плавания. При поддержке Торрекса, который скорее бережно нес юношу на руках, чем поддерживал, его племянник впервые поднялся на палубу подышать свежим воздухом. И в сумерках целый час опять просидел в карете с Викторией. Наверное, читал ей стихи.
Так, по крайней мере, думала Нимим.
– Слаб он еще сильно, – посетовала она. – И как завтра сам на берег сойдет? Ума не приложу…
Ранним утром, когда порт прибытия уже виднелся на горизонте, Торрекс вызвал Семена на серьезный разговор:
– Где вы намерены остановиться?
– Хочу сразу же купить достойный дом.
– Может, примете наше предложение? Один из домов наших родственников сейчас пустует, и вы можете на первое время разместиться там. А уже потом, спокойно и не торопясь, подыщете себе другое жилье.
– Нет, спасибо за заботу, но мы намерены сразу же купить недвижимость.
– В такой спешке вы однозначно проиграете.
– Но могу и выиграть. Тем более что дом я хочу купить один из лучших.
– О-о, тогда вам понадобятся невероятные средства…
– Они у меня есть, и вы уже небольшую часть видели, когда мы продавали камни в Юлани.
– Небольшую?.. – Торрекс задумался, посматривая на приближающийся берег. – Все равно этого мало. Если хотите, мы можем помочь со средствами.
– Еще раз спасибо, но, думаю, нам хватит собственных сбережений. – Семен без колебаний показал салламбаюрскому майору один из самых больших драгоценных камней, который был у него при себе. – Сколько таких камней мне надо продать, чтобы купить такой замок, как у графа Тайдека?
Казалось, что ветерана сейчас хватит удар от вида такого огромного состояния. Он с трудом восстановил дыхание, опасливо осмотрелся и с укоризной спросил:
– И вы осмеливаетесь таскать с собой такие вещи?
– Что делать, приходится. Так вы можете хоть примерно прикинуть стоимость этого сапфира на местном рынке?
– Могу. За три таких камня вы купите себе замок не худший, чем графский. Мало того, сегодня же я вам без лишних хлопот помогу обналичить ваше состояние, а потом и показать лучшие дома, которые находятся в продаже.
– Вот за это огромное спасибо. Мне неудобно было просить вас о такой услуге, так что вы меня очень выручили.
– Ерунда, какие могут быть неудобства между родственниками? – заулыбался Торрекс. – А уж когда мы с вами вообще все маски снимем, вот тогда так отпразднуем, что весь Грааль содрогнется.
– Хотелось бы, хотелось бы… – пробормотал командир вслед спешно ушедшему ветерану.
«Видимо, у них тут и в самом деле полно влиятельной родни и полезных знакомых, – подумал он. – Не помешает и самому предпринять кое-какую разведку».
И Загребной направился к карете, где демоны тоже изнемогали от желания поскорее сойти на берег.
В порт входили по большой дуге, между двух скалистых островков и берегового выступа. От штормовых волн с моря они акваторию порта защищали прекрасно, но вот от нападения, случись такое, защитить не могли.
Сам порт не шел ни в какое сравнение с портом Юлани. Не только пирсов здесь было меньше, но и большинство из них пустовало, что говорило о слабых торговых связях с другими странами. А раз сюда не хотят идти купцы, то, значит, это место обречено на прозябание.
Даже очереди к одному из огромных кранов не оказалось. «Жаждущий» пришвартовался в зоне досягаемости длинной стрелы.
Лишь только был спущен трап, как Савазин и покачивающийся Теодоро подались на берег, повязав на лица платки. На немой вопрос Загребного оставшийся руководить разгрузкой Торрекс лишь многозначительно развел руками: мол, вот она, тайная миссия.
«Ничего, – подумал командир, окидывая взглядом свое воинство. – Гнатан их быстро на больеве догонит. Доверять не вредно, но и проверить не повредит».
И тут же скомандовал:
– Вначале выгружаем карету! И только потом выводить лошадей. Подавай стрелу!
Первые разборки
Работа спорилась. После выгрузки кареты командир проводил поощрительным взглядом ускакавшего на больеве Гнатана и хотел было вернуться на корабль, когда заметил с десяток бичей, которые, не скрываясь, расселись на другом краю пирса. Похоже, они присматривались, как бы чего-нибудь стащить. Хотя Торрекс, как ни странно, не обращал на них внимания.
Виктория стояла, глядя вслед своему юному мужу. Заниматься хозяйственными делами она отказалась наотрез. Похоже, что ранним утром в молодой семье произошла первая размолвка. Как ни повышала Виктория голос на своего еле ходящего мужа, он так и не сказал, куда и по каким делам отправляется. Только пообещал вернуться с очень хорошими известиями.
Загребной заставил дочь вооружиться, сесть на коня и наблюдать за окрестностями, а сам пошел в свою каюту за вещами. Сделал одну ходку к карете, вторую и уже вновь возвращался на борт, когда Виктория громко обратилась к нему на русском языке:
– Слушай, тут мало того что за нами демон вон из-за того кнехта большого уже давно подсматривает, так еще и Гнатан возвращается. Причем так быстро, словно убегает от кого-то.
– Добро! Ты посматривай за бичами и демоном, а я пока нашего разведчика порасспрошу.
Командир вновь сошел на пирс и встал с другой стороны кареты, где уже с тревожными лицами выстроились обе демонессы. При этом он дал понятный сигнал Гнатану, что их могут услышать посторонние уши. Именно поэтому тот начал доклад лишь после того, как спешился и приблизился вплотную:
– Теодоро и Савазин уже были в пределах моей видимости, когда путь мне преградили два вооруженных воина на больевах. Командовал ими третий, который чуть позже нагло так похвастался, что он барон. А вначале они очень требовательно стали интересоваться, кто я такой, откуда взялся и
