полу. Последнее, что я отметил: смола меня слушалась, но гораздо медленнее, чем повиновалась серым уродливым «картофелинам». Я спросил у системы, и София ответила, что это нормально. Уродцы — это специально выращенные существа для управления нанобиотканями, соответственно, и скорость управления ею у них разительно выше.
— Так, и что дальше у нас по программе? Капсула?
— В этом нет необходимости. Ваши импланты улучшены на доступно возможный уровень, нервная система подготовлена и адаптирована для улучшения следующего уровня имплантов.
— Ого, так ты и такое можешь⁈ — сказав это, я тут же «провалился» в свои характеристики:
Имя:
Алан Хромир
Класс:
Нейромант, ступень 3
Уровень: 46
Характеристики:
— Сила: 15
— Ловкость: 30
— Интеллект: 40
— Выносливость: 20
Импланты:
Свернутое пространство — класс уникальный
Сканер — класс 3
Щит — класс 3
Блик — класс 3
Дубликатор — класс уникальный
Айтемы:
1 0 /24
Помощник:
«Ворт-И». Класс 2
Отметив изменения, я был приятно удивлен, и, чтобы не выпытывать, задал Софии прямой вопрос:
— Чем еще ты можешь мне помочь, чтобы сделать меня сильнее?
— Мои возможности ограничены; это все улучшения, которые я могла сделать.
— Раз ты работаешь с имплантами, можешь сказать, для чего он?
Я распаковал коробочку с имплантом, открыл и вытянул руку перед собой.
— Имплант гравитационного выброса.
— Какие у него способности? — спросил я и добавил: — Только простыми словами.
— На секунду способен полностью обнулить ваш вес.
— При падении с большой высоты поможет?
— Совершенно верно, это его основная функция.
— Можешь установить его мне?
— Конечно, если желаете прямо сейчас, то пройдите в операционную, только необходимо будет полностью снять нанобиоткань.
— Кстати, забыл спросить. Ты расшифровала данные на носителях? — поинтересовался я, направляясь в соседний отсек.
— Да, носители с перезаписанными данными находятся в комнате отдыха.
Сперва я сохранил серийный номер с импланта себе в заметки — в нейро. Потом по просьбе Софии положил его на специальную подставку и разместился в кресле. Когда очнулся, София отправила меня в зал диагностики, и там я, отбив бока, руки и колени, научился пользоваться имплантом. Закончив с обучением, поспешил к себе в комнату: необходимо было выяснить, что же за уроды творили такие ужасные вещи с людьми.
«Интересно, что стало с теми несчастными, оставшимися в клетке, в лаборатории? Надеюсь, гильдия их не уничтожила и в этих файлах я смогу найти данные, которые позволят обратить процесс вспять!» — размышлял я по пути в свой отсек.
Глава 20
В комнате меня уже ждала еда. Плотно перекусив, я развалился на кровати и принялся изучать данные. На первой карте памяти оказалось столько информации, что я не понял и десяти процентов. Решив, что это, скорее всего, результаты исследований или что-то в этом роде, я взялся за вторую карту.
Огромное количество папок поначалу сбило меня с толку, но, проверив каждую, я понял: данные были строго рассортированы. Учет доходов, расходы, отчеты по прошлым и планируемым поставкам… Создавалось ощущение, что кто-то намеренно вел эти записи. «Может, мне повезло нарваться на агента Артура?» — подумал я, листая файлы.
Просидев за этим больше часа, я окончательно заскучал и обратился к системе:
— София, ты провела анализ расшифрованных данных?
— Да, Алан. Данные скопированы на сервер.
— Можешь вкратце изложить выводы?
— На первом носителе — эксперименты с мутаген-эссенцией. Выведена новая формула его применения.
— Новая формула… Ладно. Тебе знакомы эти технологии?
— У меня недостаточно данных для точного анализа. В крыле разработок есть лишь упоминания о том, что подобные исследования проводились в другом комплексе.
— В другом?
— Да.
— Ты знаешь, где он находится?
— Нет.
— Хорошо. А что на втором носителе?
— Подробная информация о работе лабораторий: от поставок подопытных до источников финансирования.
— Вот это уже интересно. Можешь дать список ответственных лиц и адреса лабораторий?
— Есть данные только по двум лабораториям. Ответственные лица обозначены кодами, но есть список спонсоров.
— Собери это в один файл.
— Готово. Файл отправлен на ваш интерфейс нейромодуля.
Просматривая файл от Софии, я почувствовал, как по коже побежали мурашки: среди спонсоров лабораторий оказалась добрая половина городской знати, включая несколько довольно богатых семей. Увидев фамилию Краун, я на мгновение замер. Значит, Виктор действительно был замешан в этом, и все, что творилось на его фабрике, происходило с его ведома. С адресами дела обстояли хуже: один указывал на лабораторию, где я нашел носители, а второй был мне незнаком.
— София, можешь предположить, зачем этим людям эксперименты с мутагеном?
— Изучив переписку, я делаю вывод: с вероятностью девяносто процентов их цель — создание армии из измененных людей.
— То есть они готовят солдат?
— Да. После обработки партии измененных, отправляются спонсорам.
— Каждый собирает свою армию?
— Мой анализ подтверждает это.
— София, еще вопрос. Что ты знаешь о «Небесном городе»?
— «Небесный город» — главный научный комплекс Созвездия.
— Ты знаешь, где он находится?
— Нет.
— Чем он занимался?
— Согласно отрывочным данным, там собирали самые передовые технологии Созвездия.
— Что за Созвездие?
— Созвездие миров — так назывался мир людей до войны.
— А с кем мы воевали?
— У меня нет точных данных, но, судя по ранним записям комплекса, люди воевали с людьми.
— То есть никакого вторжения не было?
— Нет информации о вторжении.
— Тогда кто такие мутанты Роя?
— У меня нет таких данных.
Голова гудела от новых знаний, а плечи гнулись под тяжестью усталости. Я не стал сопротивляться сну — быстренько ополоснулся в душе и рухнул на кровать. Проснувшись, обнаружил, что мысли улеглись, и в голове начал вырисовываться план.
Перекусив, я заметил, что в комнате нет ворта. Заглянул в нейросеть — во вкладке «Помощник» красовалось предупреждение: «Связь отсутствует». Пытаться гадать, куда подевался мой железный друг, было бессмысленно, поэтому я спросил напрямую:
— София, а где мой ворт?
— Я взяла на себя смелость провести апгрейд вашего робота.
— Это, конечно, здорово, но почему меня не спросила? — буркнул я раздражённо.
— Диагностика показала, что предыдущий апгрейд выполнялся на устаревшем оборудовании, что снизило эффективность на сорок процентов. Кроме того, износ компонентов достиг критического уровня — поломка могла произойти в любой момент.
— Серьёзно?
