соврал Айболит. — Блондинка, слегка в теле, в зелёном платье. Очень напугана.
— Младшую сестру, ага. Ну-ну, ищи, мудила! — мысленно огрызнулась Веда и ускорила шаг, юркнув за соседнее здание.
И тут случилось неожиданное.
— Прости, милый, мы такую не видели. Может, ещё чем помочь? — всё тем же сладким голосом ответила брюнетка.
Веда тихо выдохнула:
— Ой ляяя… Храни тебя Улей, прекрасная ты женщина.
Она рванула прочь, подальше от Айболита, но при этом не хотела слишком удаляться от КПП. Пока она двигалась к новому месту, в её голове начал выстраиваться какой-то смутный, но всё же план. Она осторожно подкралась ближе к контрольно-пропускному пункту и спряталась за низким зданием напротив. А точнее между стеной и помойкой. Судорожно озираясь по сторонам, она прекрасно понимала, что Айболит где-то совсем рядом. Он явно никуда не уехал и продолжает её искать. Если найдёт, то всё, ей крышка. После такого дерзкого побега ей точно кирдык, кранты и полный конец.
Надо было срочно что-то придумывать, иначе всё закончится очень быстро и очень плохо.
Темнело стремительно, и с каждой минутой становилось всё холоднее. Люди сновали туда-сюда, а Веда трусливой крыской забивалась за мусорный бак и тихонько ждала, пока они пройдут мимо. Прекрасные бабочки в мини-юбках прогуливались парами, а мужики шатались поодиночке и шумными группами, источая вокруг себя запах дешёвого спирта и матершину. Веда дрожала от холода и сырости, и её босые ноги почти одеревенели от долгого стояния на мокром, ледяном асфальте. Господи, какие же тут стабы разномастные и непохожие друг на друга. Где-то жизнь течёт как в раю: тепло, сухо, светло и безопасно. А где-то, как здесь, царит вечная осень или вовсе зима круглый год. Ну вот почему именно сюда её затащило, а?
Далее мучиться не пришлось, потому как она заметила движение: к выходу подкатывали машины. Наконец-то!
Целая колонна из шести автомобилей: грузовики, джипы и один пикап Tacoma с пулемётом на крыше. Доступ к гнезду пулемёта был не из кузова, а через люк в кабине. Сам же кузов стоял открытым, и в нём перевозили что-то небольшое. Отлично, даже идеально. Теперь оставалось только туда занырнуть и надеяться на чудо. Она кралась в тени, стараясь слиться с вечерним мраком и не привлекать к себе лишнего внимания.
— Assassin's Creed: Побег из Гадюшника, блеать! — прошипела Веда себе под нос.
Время тянулось, как резина, и она прождала около сорока минут, пока мужчины догружались, курили и чесали языками. Вот ведь трепачи, а. И когда все наконец начали рассаживаться по своим местам, Веда юркнула к последней тачке из колонны, то есть к пикапу. Проблема заключалась в том, что её рост составлял всего метр пятьдесят, и запрыгнуть в кузов оказалось задачей не из лёгких. Сначала она запнулась об колесо, потом попыталась подпрыгнуть, но безуспешно. Со второй попытки ей удалось зацепиться пальцами за край борта, и она повисла, словно плюшевая коала, пыхтя от натуги.
— Ну даааавааааай же! — прошипела она, когда одной ногой наконец закинулась в кузов, а второй оступилась.
Она смачно плюхнулась внутрь, да так, что весь кузов ощутимо вздрогнул.
— Не понял, на! — донёсся из кабины недовольный голос.
Она в панике нырнула под грязный, вонючий брезент, внутри которого валялись монтировки, складная палатка из колючей синтетики и какие-то цепи.
Кто-то вышел из машины и направился к ней.
— Пожалуйста, уходи… Уходи, умоляю тебя… Уходи…
— Да что ж такое-то! — пробормотал мужик, открывая заднюю дверцу пикапа.
И тут, словно сам Улей услышал её отчаянные молитвы, кто-то из кабины впереди заорал во всю глотку:
— ЭУ, Петух, ёпта! Выезжаем уже! Чо ты там бубенцы свои прохлаждаешь?!
— Да чо на?! Еду, на!
— Петух? Его зовут Петух? Бедолага… — подумала Веда и, прижав колени к груди, попыталась не задохнуться под тяжёлым брезентом.
Машина завелась, колонна тронулась, и побег начался.
Пока пикап трясся на ухабах, Веда почти провалилась в сон, но не от расслабления, а от полного физического изнеможения. Веки наливались свинцом, тело ломило, однако разум выл в панике: ты не дома, дурочка, ты в чёртовом чужом рейде, в Гадюшнике, среди отборных придурков с автоматами и кличками как в курятнике. Подъём! Она заставила себя встряхнуться и впилась зубами в губу до боли, потому что не хватало ещё захрапеть тут под вонючим брезентом.
Она не знала, куда её везут, и более того, понятия не имела, в какой стороне вообще находится её стаб. Но нутро подсказывало, что рейдеры едут уж точно не туда, куда ей нужно. Поэтому она решила прыгать. Когда рука наткнулась на тяжёлую монтировку, она без капли стыда и без малейших зазрений совести её позаимствовала. Для её ладони, похожей скорее на детскую, эта железка казалась чуть ли не рыцарским мечом. Махать ею было тем ещё квестом: три взмаха, и рука бы отвалилась. Но, чёрт подери, лучше уж монтировка, чем шиш да ни шиша.
Веда осторожно подползла к самому краю, а сердце колотилось так, что казалось, оно выпрыгнет вперёд неё. Надо было прыгать, просто взять, вскочить и вперёд, в ночь!
— Ну что, Веда, давай, девочка. Помнишь как ты в детстве прыгала с пакетом с дивана, представляя, что это парашют? Блин! Что я несу, как это мне поможет?!
Она покачалась взад-вперёд, будто пытаясь разогнаться перед решающим прыжком. Один… два… три… нет, не сейчас! Точнее, вот сейчас будет поворот, и тогда можно валить! Машины начали заворачивать, а кузов слегка кренился, скорость упала и наступил тот самый момент, когда надо действовать. Пора!
— Ипать колотить! — с диким, сдавленным вскриком Веда попыталась выпрыгнуть из кузова, но её нога зацепилась за край борта, а вторая зачем-то попыталась сделать шпагат, и она полетела в лучших традициях Анастасии Волочковой.
Она шлёпнулась плашмя на мокрую дорогу, будто та решила дать ей пятюню прямо в лицо. Монтировка звонко брякнулась рядом, едва не приложив новую хозяйку по затылку.
— Успеееех… — прохрипела она, отплёвываясь грязью.
Дорога блестела в свете фар от удаляющейся колонны, а вокруг были только ночь, лесопосадки, щебень, сырость и абсолютная безнадёга. И вдруг раздалось резкое торможение. Такома заскрежетала тормозами и встала как вкопанная.
— Да жёваный ты ж бобаный!.. — только и успела пропищать Веда, цепляясь за монтировку и отчаянно ползя к ближайшим кустам.
Пикап начал сдавать назад, и она подорвалась на ноги. Мир вокруг завертелся, словно у кого-то были шальные руки и он решил покрутить Землю на пальце. Её и без того многострадальные колени были разбиты в хлам, превратившись в кровавое месиво, а из
