и устроил! – рявкнул ректор Морозовской Академии. – А потому я тре…
– Лёшенька, мальчик мой, – подал голос молчавший всё это время Бояр, оглаживая свою роскошную белую бороду и хитро щуря и без того узкие восточные глаза. – А скажи-ка мне старому, как так получилось, что у твоего сынишки вдруг оказался ещё и свиток с чарами «Глыбы Вечного Артезианского Льда»? Или ты не знал, что для поддержания своего существования порождённая субстанция оттягивает живицу из окружающего пространства?
– Я бы, кстати, удивился, если бы телепортационный свиток на таком расстоянии сработал нормально, – вставил свои пять копеек Сахаров, – но это не отменяет того факта, что из-за действий этого Каменского пострадали мои ученики! Особенно Иванов, которому ученик Тимирязевец чуть не сломал шею! Так что поддержу Алексея, он неадекватен!
– Я не согласна! – быстро вставила Сеченова. – Мальчик вполне себя контролирует, что подтвердили мои наблюдения и ученицы, которых он и пальцем не тронул, хотя они были и врагами, и лёгкими мишенями.
– Бояр Жумбрулович, при всём к вам уважении, – процедил глава клана Морозовых, – я смогу ответить на ваш вопрос только после того, как сын очнётся, и я с ним поговорю.
– Юстиана Целебровна, – обратился Князь к ректору Семёновской Академии, которая была одновременно и матерью-вдовой, и номинальным лидером клана Сеченовых. – Каково состояние молодого Морозова?
– Пересадка донорских рук от неодарённого осуждённого прошла успешно. Геном постепенно начинает превалировать в новых конечностях. Проращивание молодых каналов живицы так же удалось, – отчиталась женщина, но была перебита Морозовым.
– Почему не взяли от чародея?! – опять взъярился мужчина. – Как понимать подобное пренебреже…
– Алексей Викторович, ну это же прописные истины! – спокойно ответила старушка, поправляя прядь волос. – Части тел чародеев пропитаны живицей, являющейся до извержения из каналов уникальной для каждого из нас. Приживлённые, они вступают в дисгормональный конфликт энергий и очень скоро начинают гнить, а бывали случаи, что опухолями покрывалось тело носителя. Кроме того, возможен диссонанс меридиан, после чего может произойти коллапс ядра. Так что, для приживления чародеям используют только материал, взятый у неодарённых погодок, подходящий под физиологические параметры, с заранее угнетёнными генами. Это же доступным языком описано ещё в трактате Переферикла Византийского от…
– Понятно! – быстро кивнул Морозов. – Извините за вспышку, просто волнуюсь за сына.
– Или за кучу денег, отваленную за операцию, – тихо фыркнула Ольга Васильевна, но мужчина предпочёл сделать вид, что не услышал.
– Однако, что касаемо творения чар, то необходим реабилитационный период примерно в полгода, покуда энергоканалы стабилизируются с ядром, – как ни в чём не бывало продолжила Сеченова. – Ну и потом их можно будет разрабатывать, правда, с нуля. Так что, думаю, через год ваш сын с успехом закончит академию и…
– Он закончит её экстерном в клане, – зло рубанул блондин.
– Ваша воля, но, главное, не изуродуйте ребёнка. С лицом же у него другая история, – тяжело вздохнула женщина. – Придётся носить маску, потому как темпорально-пространственные повреждения тканей не поддаются воздействию регенеративных чар. Конечно, возможна операция с полным хирургическим удалением мягких тканей и последующим восстановлением, но опять же говорить об этом можно лишь после завершения процессов стабилизации энергосистемы. Иначе можно получить рецидив, как, например, описано в трактате…
– В общем, всё плохо! – подытожил хмурый Князь, всё это время растерянно осматривающий собственноручно созданный бардак в кабинете.
– Я так понимаю, – без каких бы то ни было эмоций в голосе спросил Алексей Морозов, – что помолвка будет расторгнута?
– Нет, – отрицательно махнул головой правитель. – Договорённости в силе. Чародея красит не лицо, а дела, хотя не буду кривить душой, моего уважения твой сын покуда не заслужил.
Вместо ответа ректор Морозовской Академии встал и поклонился в знак признательности.
– В общем, моё решение! – хлопнул ладонями Князь, и все, включая Ольгу, напряглись. – Вашу самодеятельность мы ещё обсудим. Что же касаемо парней, виноваты оба в равной степени, но каждый будет наказан в частном порядке. Ты, Алексей, сам решишь, как поступать со своим сыном. Но чтобы был наказан! Воспитанника Ольги, Антона Бажова, она накажет сама…
– Но! Это же… «Зеленоглазые Бестии»! – не сдержав эмоций, вскочил-таки на ноги Морозов, и его едва не снесло навалившейся аурой «Жажды Крови», пришедшей от Князя, но тот устоял, хотя и проехался по мраморному полу, отдалившись от правителя на пару метров. Однако его пыла это не остудило: – Это мёртвый клан! Вы не можете… И он не владеет «Зелёным огнём»!
– Ну, в его взрывах есть зелёные отблески, – ехидно хихикнул ректор «Безродных».
– Я так сказал! – припечатал Правитель. – Никакие непонятные Каменские мне тут не нужны! Пройдёт выпускные экзамены из школы – поступит в Академию, и будет его фамилия Бажов! Точка! С формальностями я разберусь. Всё, свободны. Вас вызовут, а ты, Ольга, останься.
Дождавшись, покуда лишние покинут кабинет, брат и сестра смерили друг друга взглядами, так что в наступившей тишине было отчётливо слышно мерно в унисон тикающие часы, отсчитывающие время как по Москве, так и по другим полюсам. Наконец, Ольга Васильевна отвела глаза, а Князь, даже не думая радоваться маленькой победе, встал и, заложив руки за спину, подошёл к окну.
– Ну и зачем ты это сделал? – раздражённо спросила учёная, буравя взглядом фигуру родственника. – Бажов? Не смеши мои тапочки, брат! Как будто тебе действительно нужен один-единственный зеленоглазый полукровка… Всемогущий правитель одного из крупнейших городов отыгрался на мальчике, кинув его словно кость голодным собакам.
– Оленька, – тихо произнёс мужчина, рассеянно взирая на панораму раскинувшегося перед ним Полиса, – ты прекрасно знаешь, что распалять ссору между нами мне не с руки. Наоборот, я всей душой стремлюсь к примирению, но, как видишь, каждый раз что-то происходит не так, как планировалось.
– О да… – хмыкнула женщина. – Хотели как лучше, а получилось как всегда! Видимо, у нас по мужской линии это наследственное.
– Ты это об уничтожении Бажовых? – медленно повернув голову, Князь посмотрел на сестру.
– Ну почему? Не только, – возразила учёная, поправив непослушный локон. – До них были Тимирязевы – род основателей Полиса, между прочим, и потомки самого Святогора. А до них Длинноруковы… Список можно продолжать ещё долго!
– Я… – мужчина тяжело вздохнул и вновь уставился в окно. – Я
