Ульяна
Оказалась в комнате в студенческом общежитии. И до того она чужой мне показалась, будто и не в свой мир попала, а наоборот.
Отношение с родителями всегда были сложными. Поэтому, когда поступила в университет, прописалась у бабушки в деревне, чтобы комнату мне дали в общежитие. Родители не возражали. Как и из дома не гнали. На первых порах, я туда убежала. Окунулась в общажную студенческую жизнь. Но после собственной комнаты, спокойствия и тишины родительского дома, там мне было сложно. Чуть-чуть поборолась с собственной гордостью, да и вернулась. Но комнату сдавать не стала. В те дни, когда мне хотелось отдохнуть от споров и ругани родни я ночевала там. С соседкой мне повезло. Она тоже комнату держала на всякий случай. Так что друг другу мы не мешали.
Когда Морозко спросил куда меня доставить, сказала не задумываясь, что сюда. И теперь я стояла посреди обшарпанных стен с большим, тяжёлым ларцом. Слезы сами навернулись на глаза.
— Как же больно судьба со мной играет! — прошептала сквозь слезы, — из сказки в суровую реальность.
Положила ларец на стол. Руки от тяжести гудели. Хотела уже кинутся на кровать и зарыдать. Но мой порыв прервал телефонный звонок.
— Ульяна! Наконец-то! Негодная, неблагодарная, ты из вредности всей семье праздник испортила. Мы уже в полицию собирались… — заголосила мама в трубку.
— Это все что ты хотела мне сказать? — прервала ее, не имея сил и настроения слушать ее отповедь.
— Ты, как всегда, перебиваешь, дерзишь, не девчонка, а беда ходячая! — зло с обидой проговорила родительница.
— Это я тоже слышала! Причем еще до Нового года. Думала, что хоть в Новом тебе будет что сказать мне Нового, — выделила последнее слово, — Мам, если песня у тебя старая, то заканчивай. Год только начался, успеешь еще ее повторить сто тысяч раз. Сейчас нет настроения слушать.
— Не благодарная! — выхватил трубку отец, — Тебя где носило? Где ты сейчас.
— Где носило, там уже нет, — с большой тоской и горечью произнесла я, — а сейчас в общаге.
— Быстро домой! — приказал суровый родитель.
— Нет, — коротко ответила и сбросила звонок.
Сил спорить и обижаться не было. Телефон в руке отключился окончательно, оповестив меня о том, что заряд батареи закончился. Не стала его заряжать. Звонить мне некому. Да и говорить тогда ни с кем не хотелось. Только легла на кровать, чтобы дать волю слезам, как в дверь постучали!
— Войдите! — матерясь про себя, крикнула я.
В дверях появилась вахтерша.
— О, ты здесь? А я твоим родителям сказала, что нет тебя. Как ты прошмыгнула? — затараторила старушка.
— Сериалы смотреть меньше надо! — пробубнила я.
— Ты мне подерзи! Ишь, какие все взрослые и языкастые, — закрывая за собой дверь, недовольно проговорила женщина.
Села на кровати и истерично расхохоталась. Смеялась долго, до слез. Истерика никак не заканчивалась. Но от нее постепенно становилось легче. Выплеснула эмоции. Вытерла слезы. Вздохнула.
— Вот и сказочке конец, а кто слушал молодец, — с сарказмом произнесла я, — Что хотела, Ульяна, ты получила. Ты женщина, — потрогала себя внизу живота, потом встала и подошла к ларцу, открыла его, — Ты богатая женщина, — присвистнула я, разглядывая драгоценные камни, которых было очень много, да и сам ларец, несомненно, представлял большую ценность, — А теперь утирай слезы, собирай сопли и иди к своей цели. Только целеустремленный что-то добьётся. Для сантиментов в этом мире места нет! Свою долю сказки ты получила! Радуйся.
Сама себя пыталась взбодрить и настроить на боевой лад. Да только никак не получалось. Внизу живота что-то скручивалось, от чего тоска душила. Желанное богатство не приносило того удовлетворения.
— Я сильная, я все смогу. Тем более с такими возможностями, — стукнула ладонью по столу, — И тебя, слышишь, — прокричала с тоской в потолок, потому что не знала куда обращаться, — Забуду! Все равно забуду. Вот прям сейчас даю себе установку! Я, — орала как ненормальная, — Тебя, — не снижая громкости продолжала, — Забываю.
То ли крик помог, то ли слезы. Но стало чуть-чуть легче. Спрятала ларец и легла спать. Как там говорится: «Утро вечера мудренее?». Вот и решила я, что все проблемы буду решать по мере их поступления.
Эпилог
Ульяна
Время стало тянуться как резиновое. Ничего не радовало. Тоска то и дело зарождалась где-то внизу живота и расползалась по телу. Даже немного похудела. Сессию сдавала я хорошо. Цель была и отступаться от нее я не хотела. Ларец все так же лежал нетронутый. Я не хотела торопиться и принимать решения на эмоциях. Но и жизнь в общежитии не радовала. С родителями я не общалась. Не потому что злилась на них, нет. Просто надо было объяснять моё исчезновение. А что бы я им сказала? Правду? Тогда бы я не сессию сдавала. А в псих. лечебнице лечилась. Врать? Надо было тогда сказку для них сочинять. А в моей жизни сказок хватило. Да и старалась не вспоминать те дни. Уж очень волнительны были те воспоминания.
От парней я шарахалась. Потому что мужские прикосновения были неприятны. Изнутри прям что-то восставало, едва меня касался шутя или заигрывая парень с курса или старше. Я даже сама себя страшиться начала. Очень странная реакция.
— О, Ульяна! Привет! — как-то раз в комнату явилась моя соседка, — ты опять с родителями поругалась? А я с мужиком своим! — вздохнула горестно девушка.
— А чего так горестно вздыхаешь? — спросила у нее.
— Да, понимаешь, я с начала поругалась, а потом только мозг включила. Пока в общагу ехала, все обдумала и поняла, что сглупила. А что теперь делать не знаю. Сама мириться. Сама понимаешь, глупость. А повод для встречи искать, чтобы сам подошел, сложно.
— Почему сложно? — не поняла я, у нее всегда все просто получалось, изобретательность на все сто баллов.
— Из разных миров мы! — вздохнула соседка и села на кровать!
У меня по телу мурашки побежали, и пот прошиб. Аж голова кругом пошла. «Неужели Мой Морозко еще себе девушку для развлечений призвал!», — мысль электрическим разрядом пронзила тело. Внизу живота скрутило и очень сильно заболело. Сердце зашлось быстрым стуком. Дышать стало нечем.
— Он хозяин ювелирного холдинга. Где он и где я. И так пересеклись случайно. Он — просто подарок мне на новый год. А я его получается просрала! — захныкала девушка.
А я хоть вздохнуть смогла.
— Ну, не у одной меня подарки со слезами на глазах, — проговорила я и полезла за ларцом.
Мне надоела общага, шум, парни за солью приходящие. Вот он шанс и соседке помочь и самой
