Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 121
Опустившись на площадь перед дворцом, где уже толпились асуры, ожидающие кто же из Асурендр победил, он оглянулся, ища теней. Все трое стояли в первом ряду и смотрели на бесчувственную девушку в его руках. И судя по их лицам, восприняли его клыкастую улыбку за первый признак поехавшей крыши.
— Все закончилось. Хананель мертв, если кто не понял.
— Поставь меня, — чуть слышно прошептала Лилит. Но и этого тихого голоса остроухим асурам хватило, что бы разом отступить на шаг и удивленно уставиться на воскресшую Владычицу.
Сопротивляться Данте не стал, осторожно поставив девушку на мощеную площадь. Просто чуть заметно откинул ее назад, позволяя опираться на себя, да и осторожно придерживал за талию, опасаясь как бы совсем обессиленная возлюбленная не свалилась прямо здесь.
Наверное, вид с ног до головы выпачканной в крови девушки, которую все уже чуть ли не отпели, серьезно повлиял на обычно таких упрямых и своенравных асур — те разом заткнулись. А она обвила их покрытыми красной пленкой лопнувших сосудов, глазами.
— Хватит смертей. Эти земли и так захлебнулись в крови. Сдается мне добрый дядюшка Аид и без того не знает что делать с вновь прибывшими душами. И с душами асур тем более. Раз с сегодняшнего дня они у вас есть.
Даже он удивился. Прислушался к себе, услышал как кто-то внутри обозвал его болваном и посоветовал забирать отсюда девчонку пока она вообще жива.
— Заквиэль, Бальтазар, займитесь делами, я скоро буду. Аскар, со мной.
Подняв ее на руки, он раскрыл воздушные крылья и взлетел в сторону замка. В объятьях спала возлюбленная.
В первый раз я осознанно проснулась от боли, словно проглотила улей, а его обитатели попытались прогрызть выход на свободу. В общем, мало приятного.
Каким-то седьмым чувством удалось уловить не хилое обезболивающее заклинание, которыми вообще-то нельзя пользоваться долго. Так что скоро меня ожидало испытание в виде отвыкания от него. А это малоприятно.
Решив так, я снова провалилась в зыбкие пески полубреда-полусна.
Помню какие-то лица, голоса, кто-то кажется ругался, а кто-то нежно звал меня по всем трем именам. Только я не слышала, я спала, и будь у меня душа, она бы давно сбежала на поиски новых приключений. И мне не за что осудить ее. Лежать едва живой куклой очень скучно и тяжко.
Только через много дней горячка и бред соизволили отступить позволив впервые открыть глаза и осмотреться. Со временем такие попытки начали учащаться. Пока однажды я не проснулась среди ночи, и с минуту пялила глаза в потолок.
Он был высок, темен и покрыт занятной росписью. Изучив половину завитков и бутонов, я каким-то только мне ведомым образом нашла там пару силуэтов, один женский профиль, другой напоминал коня. Да уж, фантазия у меня всегда была буйной и бьющей по голове.
С трудом повернув голову в сторону льющемуся из окна свету, я разглядела не только сее произведение искусства в виде чудесных витражей сквозь который смотрела подруга-луна, но и некую кучку притулившуюся на краю немаленькой постели, в коей и соизволило почивать мое бренное тело.
Усмехнувшись, я подобралась к ней и приткнулась у самого бока синеволосого демона, занимавшее столь скромное место в моей кровати, но не в жизни. С ним тепло.
Меня осторожно обняли за плечи и позволили спокойно заснуть.
…Что бы разбудить поутру страшным грохотом, руганью и недовольным шипением, при том в мою сторону.
— Ты бы еще в курятнике на насесте спать завалился, — буркнула я себе под нос, впрочем не сомневаясь в хорошем слухе асура.
— Меня спихнули, да еще и обозвали. Милая, может ты еще поспишь, годика так два-три? С тобой в бессознательном состоянии так приятно общаться.
Хихикнув, я запустила вниз подушкой, и завернулась в одеяло, опасаясь мести вредного демона. Когда она не последовала, я насторожилась и опасливо выглянула из своего укрытия.
Демон все так же сидел на полу, упершись подбородком в сложенные на краю простыней руки. Его синие как сапфиры глаза смотрели на меня, приводя в замешательство. Дотянувшись, он дотронулся пальцем до кончика моего многострадального носа, который вечно суют, куда не следовало.
— С добрым утром! — улыбнулся он так, что не валяйся я сейчас, точно бы коленки подогнулись.
— Тебя с тем же, — совсем выпала я в осадок.
— Знаешь, сколько ты соизволила почивать, любовь моя? — Посмотрев на мое растерянное лицо, он ухмыльнулся. — Шестнадцать дней.
Я открыла рот. Закрыла. Повращала глазами. В общем прибывала в близком к обмороку состоянию. Потом упала на подушку и выдала:
— Это было мое последнее воскрешение. Надоело!
— Ну если ты пообещаешь больше не делать попыток смотаться от меня к предоброму Аиду, то вполне можешь прекращать это глупое занятие.
— Обещаю. Куда я теперь от тебя денусь, а чертенок?
— Правильно думаешь, никуда.
Не прошло и пяти минут, как в тихую спаленку ввалилась целая толпа. Весело крича и безумно радуясь кучка друзей завалилась на мою законную постель и едва не затискала бедную, болезненную меня. Здесь были нежно любимые демоны, братья и сестры, расцветшая Катинка и к моему изумлению пропавший Вадик.
— Ты то где был? — чуть не задушила я своего белобрысого дружка.
— Лилька, не поверишь, армию собирал.
— Чего?
— Ой, это такая история, — хихикнула подруга.
— Наш Вадик как-то умудрился собрать всех уцелевших вольских магов, тихо сгоношить народ, и прийти на помощь твоему войску не хилой поддержкой, — уверил меня Бальтазар.
— А мы и не подозревали в нем такие таланты полководца, — согласился Аскар.
— Да ладно, — но особо правдоподобно смущался молодой маг. — Мне дали задание присмотреть за королевством, вот я и вертелся как мог.
— Я никогда в тебе не сомневалась, — уверила я вконец зардевшегося дружка. — Разве я когда брала в друзья слабаков.
— Все, аудиенция закончилась. Я забираю ее.
Вся честная компания удивленно посмотрела в сторону вконец распоясавшегося демона. Тени как-то сразу поутухли и смотрели на своего брата, друга, а по совместительству еще и Владыку, уж больно покладисто. Сестрички смутились и покраснели, смотри-ка, валяться на постели рядышком с тремя подозрительными личностями и одним лихим Вадиком это они могут, а этого стесняются. Филипп же смотрел на моего жениха с уважением и достоинством равного, правда и пресекать властные замашки не торопился. С чего бы это? Лишь верный Вадик насторожился.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 121
