голос пугал Артёма куда больше, чем ожидание неминуемой расправы, которая так и не произошла.
Сглотнув, Феникс распахнул веки и поднял лицо. И вновь он увидел алые глаза, в которых нет и никогда не будет прощения. Только вот Бор почему-то разжал кулаки, а его дыхание выровнялось.
— Я хочу спасти то последнее, что у меня осталось в этой жизни. Поэтому, я тебя не трону, — его лицо исказила неподдельная боль, которая в данный момент разрывает душу на части, — Ты просто ублюдок, Артём! Лаура возложила на тебя все свои надежды. Но она даже не подозревала о том, что именно ты стал её смертью… и нашего… нашего сына… нашего первенца… — опустил он лицо, начав рыдать, как новорождённый ребёнок.
Артём весь оцепенел, не в силах ничего сказать или сделать. Как вообще за такое можно просить прощения⁈ Нет! За такое так просто не прощают! Лишь кровь искупит другую пролитую кровь. Таков закон этой жизни!
Бор поднял лицо, а следом вновь сделал несколько глубоких глотков воздуха.
— Будь уверен — Элизабет узнает, из-за кого умерла её мать и старший брат. И я не дам тебе быть рядом с моей дочерью и внучкой. Ведь ты… ты просто уничтожаешь всё, к чему прикасаешься… какая тебе семья⁈ Нет! Я не допущу, что бы Элизабет и Астра стали для тебя очередной разменной монетой. Пока я жив, ты к ним не приблизишься!
Артём рухнул на колени, отчетливо понимая, что подобный жест никак не исправит эту ситуацию.
— Я не хотел, что бы они умерли… — покатились по щекам Артёма слёзы, — Клянусь! Всё должно было быть не так! Я желал спасти Крангеля, но в место этого потерял шестерых членов семьи, а мою жену и дочь похитили. Я оплошал! Я виноват! Но я бы никогда не стал делать из «Алых Фениксов» разменную монету. Никогда! И то, что случилось с Лаурой и Вильямом… я сожалею… клянусь… я бы отдал всё в этом мире, что бы вернуть их к жизни, как и всех остальных погибших товарищей… но я этого не могу! Все думают, что у меня всегда есть план, что я всегда найду выход из самой сложной ситуации. Но это не так! Не так! Я обычный человек, как и вы все! И я не могу предвидеть абсолютно все исходы. Вильдриф обрубил «млечный путь», тем самым отрезав «Мировое Время» от времени «Золотого Сокола». Это привело к тому, что телепортация исчезла на два дня. И такое ещё никто не делал. Были лишь теории без практики. Как я мог это предвидеть⁈ Но я не говорю, что не виноват. Эти смерти на моих плечах. И я буду всю жизнь винить себя за это… Бор… я… прости… пожалуйста, прости…
— Простить?.. — округлились глаза Алого.
— Я знаю, что эти слова никого не вернут… но я должен был это сказать…
Бор тяжело вздохнул, а следом направился сторону повозки.
В памяти Артёма заплясали кадры обычной повседневной жизни, когда «Алые Фениксы» обедали на крыше замка Короля «Юга» или когда они вместе путешествовали по «МежМирию» и открывали что-то новое. Те времена… теперь это прошлое, которое никогда не вернуть.
— Я ведь считал тебя своим сыном… — остановился Бор, не поворачиваясь в сторону Артёма, — Ты не раз меня разочаровывал. Но ты всегда находил в себе силы признать ошибку и всё исправить. Раньше ты оступался. Это правда! Но то было по воле судьбы. И ты с этим ничего не мог поделать. Но в «Золотом Соколе» ты сам привёл к нам врага… это уже была твоя воля… — он на секунду замолчал, собираясь с мыслями, — Теперь ты для меня никто! Когда мы спасём Элизабет и Астру, ко мне больше не подходи. Мы теперь с тобой совершенно чужие люди. Даже если тебя будут убивать на моих глазах, я тебе не помогу.
Эти слова ранили больнее ножа или пули. Артём вспомнил, что значит — пустота. Как она пожирает тебя изнутри и не желает выпускать из своих холодных объятий.
— М — да, нехорошо получилось. А я ведь тебя предупреждал. Не стоило подпускать Бора так близко к Слайту.
Слева от Артёма появился Делюрг, который, по всей видимости, подслушал разговор от самого начала и до самого конца.
Бор в данный момент уже переворачивает повозку и помогает лошадям встать на ноги.
— Свали нахер… — тихо прошептал Феникс.
* * *
Отряд разбросало недалеко друг от друга, поэтому собрались они предельно быстро.
Было принято решение устроить привал и распределить запасы. Дальше взять с собой повозку не получится. Ведь портал находится возле потолка. То есть придётся идти по венам. Так же, по словам «Звёздных» людей — это самый спокойный этаж, если тут никогда не разбудить. Поэтому можно поесть и выспаться.
* * *
Сотворив из магии земли небольшой островок и разбив костер из огненных камней, отряд приготовил суп и жареное мясо, а следом, как вся еда была благополучно съедена, они достали спальные мешки и отправились в мир грёз.
Дежурство за лагерем идёт по очереди. И сейчас настало время Артёма.
Поспав от силы четыре часа, Феникс сел на пустую бочку, в которой раньше была вода, а его взгляд теперь направлен в пустоту «Подземелья».
Голова забита переживаниями и раскаяньем. Поэтому, что бы отвлечься, Артём снял с пояса книгу и сделал запись про «Высший Порядок», указав всех его членов и какую должность те занимали. Но это всё же не помогло отстраниться от тяжести судьбы.
Феникс мечтал, что бы всё это было страшным сном. Он хотел проснуться, оказавшись во дворце Короля «Юга», где все его близкие живы и находятся в безопасности.
«Элизабет меня возненавидит… она поддержит Бора, ведь он прав… это значит… я не смогу быть рядом с дочерью… моя ошибка стоила мне семьи…»
Схватившись за голову, Артём попытался собраться с мыслями. Ведь помимо всего прочего, ему срочно нужно решить, что делать с Делюргом, а так же выбрать, кого предать: Нильса или Александра.
— Предать… — тихо прошептал Феникс.
«Чёрная ты душа, Артём!» — пронеслись в мыслях слова Слайта. Точно так же о его душе говорила Плеяда, а так же на это намекала сама Смерть.
Артёму было тошно от себя самого. Он несёт лишь разрушение и предательство. И какими бы чистыми не были его помыслы, страдают не только враги, но и близкие ему люди.
В мыслях Феникса показался домик, что стоит возле устья реки. Это была его путеводная звезда, ведущая к счастливой
