— Я чувствую, что воздух спёртый, — ответил гном. — Этот лес светлее Лихолесья, но он ужасно глухой и замшелый.
— Он стар, очень стар, — сказал эльф. — Настолько стар, что я снова почти ощущаю себя юным, чего не чувствовал с тех пор, как путешествую с вами, дети. Он стар и полон воспоминаний. Я мог бы быть счастлив здесь, если бы пришёл сюда в дни мира.
— Ты-то, пожалуй, мог бы, — фыркнул Гимли. — Ведь ты, как-никак, лесной эльф, хотя все эльфы, к каким бы племенам они ни относились, — странный народ. Тем не менее, ты успокоил меня. Куда пойдёшь ты, пойду и я. Но держи свой лук наготове, а я ослаблю пояс, чтобы мой топор ходил посвободнее. Не для того, чтобы вредить деревьям, — добавил он поспешно, поднимая глаза на дерево, под которым они стояли. — Просто я не хочу неожиданно столкнуться с тем стариком без убедительного аргумента в руке, вот и всё. Идёмте!
Трое охотников углубились в лес Фангорна. Отыскивать следы Гимли и Леголас предоставили Арагорну. Последний мало что видел здесь — лесная почва была суха и покрыта плотным слоем листвы; но, предполагая, что беглецы должны были остановиться около воды, он часто сворачивал к берегу реки. Так они нашли место, где Мерри и Пин пили и обмывали ноги. Было очевидно, что здесь отпечатки ног двух хоббитов — одни чуть меньше других.
— Это хорошие вести, — сказал Арагорн. — Но следы двухдневной давности. И похоже, что дальше хоббиты отошли от реки.
— Так что теперь будем делать? — спросил Гимли. — Мы не можем идти за ними через весь огромный Фангорн. У нас плохо с припасами. Если мы не найдём их быстро, то ничем не сможем помочь им, разве что сядем рядом и докажем нашу дружбу тем, что умрём от голода вместе с ними.
— Если это будет единственное, что мы сможем сделать, то мы обязаны поступить именно так, — ответил Арагорн. — Идёмте дальше.
В конце концов они подошли к обрывистому крутому склону холма Древоборода и окинули взглядом каменную стену с грубыми ступеньками, ведущими на высокий уступ. Солнечные лучи пронизывали бегущие облака, и лес выглядел теперь не так серо и мрачно.
— Давайте поднимемся и осмотримся! — предложил Леголас. — Мне не хватает дыхания. Я охотно глотнул бы немного свежего воздуха.
Друзья начали подниматься. Арагорн шёл последним. Медленно продвигаясь, он внимательно изучал ступеньки и уступы между ними.
— Я почти уверен, что хоббиты поднимались сюда, — сказал он. — Но здесь есть и другие следы, очень странные, которых я не понимаю. Интересно, увидим ли мы с этого уступа хоть что-нибудь, что поможет нам определить, какой дорогой они пошли дальше?
Арагорн выпрямился и огляделся, но не увидел ничего полезного. Уступ был обращён к югу и востоку, но лишь на востоке было открытое пространство, где виднелись верхушки деревьев, спускающиеся рядами к равнине, с которой они пришли.
— Мы описали большой круг, — сказал Леголас. — Если бы мы покинули Великую Реку на второй или третий день и свернули к западу, то оказались бы здесь все вместе и невредимыми. Немногие способны предвидеть, куда заведёт их путь, пока не пройдут его до конца.
— Но мы же не собирались идти в Фангорн, — возразил Гимли.
— Однако мы здесь, и милейшим образом угодили в западню, — отозвался Леголас. — Смотрите!
— На что смотреть? — спросил Гимли.
— Там, между деревьев.
— Где? У меня нет глаз эльфа.
— Тс! Говорите тише! Смотрите! — повторил Леголас, указывая. — Там, внизу, в лесу, откуда мы только что пришли. Это он. Вы не видите, как он переходит от дерева к дереву?
— Я вижу, теперь вижу! — прошептал Гимли. — Смотри, Арагорн! Разве я не предостерегал вас? Это старик. Весь укутан в серое тряпьё, поэтому я его и не заметил сначала.
Арагорн взглянул и увидел согнутую, медленно движущуюся фигуру. Человек был недалеко. Он походил на старого нищего, который устало бредёт, опираясь на корявый посох. Голова его была опущена, и он не смотрел на них. В другом краю друзья приветствовали бы его учтивыми словами, но сейчас они стояли молча, охваченные странным ожиданием: что-то приближалось к ним, какое-то скрытое могущество — или угроза.
Гимли некоторое время смотрел расширенными глазами, как фигура приближается шаг за шагом, затем, не в состоянии долее сдерживать себя, внезапно воскликнул:
— Твой лук, Леголас! Натяни его! Скорее! Это Саруман! Не позволяй ему заговорить или наложить на нас заклятие. Стреляй первым!
Леголас взял лук и натянул его, медленно, словно чья-то чужая воля препятствовала ему. Он свободно взялся рукой за стрелу, но наложить её на тетиву не спешил. Арагорн стоял молча, лицо его было напряжённым и сосредоточенным.
— Чего ты ждёшь? Что с тобой? — свистящим шёпотом спросил Гимли.
— Леголас прав, — спокойно произнёс Арагорн. — Мы не можем стрелять в старого человека просто так, без повода и без предупреждения, какие бы сомнения или страхи не терзали нас. Следить и ждать!
В этот момент старик ускорил шаги и с неожиданной быстротой очутился у подножья скалы. Затем он внезапно посмотрел вверх, в то время как трое друзей, не двигаясь, смотрели вниз. Стояла полная тишина.
Лица старика видно не было: он был в колпаке, поверх которого была надета широкополая шляпа, полностью скрывавшая все черты, за исключением кончика носа и седой бороды. Но Арагорну показалось, что он улавливает блеск пронзительных глаз из-под густых, спрятанных под капюшоном бровей.
Наконец старик нарушил молчание.
— Поистине желанная встреча, друзья мои, — сказал он тихим голосом. — Я хочу говорить с вами. Вы спуститесь или мне подняться?
Не дожидаясь ответа, он начал подъём.
— Нет! — крикнул Гимли. — Останови его, Леголас!
— Разве я не сказал, что хочу говорить с вами? — спросил старик. — Оставь этот лук, мастер эльф!
Лук и стрела выпали из рук Леголаса, безвольно повисших по бокам.
— А ты, мастер гном, будь добр убрать руку с рукояти топора, пока я не поднимусь. Этот аргумент тебе не понадобится.
Гимли дёрнулся и застыл, как камень, изумлённо тараща глаза, в то время как старик проворно, подобно козе, вспрыгивал по грубым ступенькам. Казалось, что вся усталость покинула его. Когда он добрался до уступа, на какое-то мгновение, слишком мимолётное, чтобы быть уверенными в этом, блеснуло что-то белое, словно одежда, скрытая серыми отрепьями. В тишине дыхание Гимли воспринималось, как громкий свист.
— Желанная встреча, скажу я ещё раз! — произнёс старик, подходя к ним. В нескольких шагах от друзей он остановился и опёрся на посох, выставив вперёд голову и устремив на них взгляд из-под капюшона. — Что же вы можете делать в этих местах? Эльф, человек и гном, одетые на эльфийский манер. Несомненно, за этим кроется история, которую очень стоит послушать. Подобные вещи здесь увидишь нечасто.
