столетие. Его пятна въедаются в ткань намертво, и вывести их может лишь магия времени или слёзы грифона, что, по сути, было одним и тем же, невозможным.
Паника сменилась ледяной яростью, направленной не столько на служанку, сколько на саму судьбу. Она представила себе этот вечер. Ликующие лица придворных сплетников, снисходительную жалость потенциальных союзников и, что хуже всего, торжествующую ухмылку на лице её сестры. Лирия не упустит такого шанса.
— Ты понимаешь, что ты наделала?
Голос Цин-Цин был тихим, но от этого ещё более пугающим. Он звенел, как натянутая до предела струна.
— Это не просто ткань, Элира. Это репутация. Моя. И всего нашего дома. Бал Тысячи Лунных Ночей — это не танцы. Это заключение союзов. Это демонстрация силы. А я должна была стать его главным украшением.
Служанка затряслась ещё сильнее, не смея поднять глаз.
— Я возмещу, Ваше Высочество! Я буду работать всю жизнь…
— Возместишь? — горько усмехнулась Цин-Цин.
В голосе проскользнул металл, который редко кто слышал.
— Ты можешь соткать за час новое полотно из лунного света? Можешь нырнуть на дно моря за жемчугом? Нет. Ты можешь только плакать. Так что замолчи. Твои слёзы мне не помогут.
Она отвернулась от рыдающей девушки и уставилась на своё отражение в зеркале. На красивом, но бледном от ужаса лице застыла маска отчаяния. Весь мир, такой понятный и упорядоченный ещё минуту назад, рухнул, оставив её посреди обломков несбывшихся надежд.
— Уйди, — ледяным тоном произнесла принцесса, и Элира отползла в угол, тихо всхлипывая.
В комнату, привлечённая шумом, заглянула младшая сестра Цин-Цин, Лирия. Её тёмные волосы и пронзительные серые глаза были полной противоположностью сестринской светлой внешности. Увидев пятно, она не смогла сдержать ехидной усмешки.
— Какая досада, сестрица. Похоже, сегодня вечером блистать буду я. Возможно, лорд Арвелин наконец заметит, что в королевской семье есть и другие принцессы.
— Арвелин? — медленно повернулась Цин-Цин.
Голубые глаза сверкнули, как осколки льда.
— Неужели ты думаешь, что всё дело в нём? Ты так же поверхностна, как и твои наряды, Лирия. Лорд Арвелин — это не просто красивый эльф с томным взглядом. Его дом контролирует Серебряные перевалы, единственный торговый путь на восток. Союз с ним — это гарантия процветания нашего королевства на ближайшие сто лет. Это долг, а не девичий каприз.
Лирия фыркнула, грациозно прислонившись к косяку двери. На ней было платье цвета ночной фиалки, которое выгодно подчёркивало бледность её кожи и темноту волос. Она выглядела как хищный, но прекрасный цветок.
— Долг? Какое удобное слово, чтобы прикрыть собственное тщеславие. Ты хочешь не процветания королевства, сестрица, ты хочешь власти, которую даст этот союз. Хочешь, чтобы все смотрели только на тебя. А я? Я всегда в твоей тени. «Младшая принцесса». «Очаровательная Лирия, сестра несравненной Цин-Цин». Мне это надоело!
— Тебе надоело быть в тени?
В голосе Цин-Цин зазвучало неподдельное изумление, смешанное с гневом.
— А ты пробовала хоть что-то сделать, чтобы из неё выйти? Кроме как язвить за моей спиной и пытаться перехватить внимание каждого нового гвардейца? Я изучаю дипломатию, историю, экономику. Я готовлюсь править! А что делаешь ты, Лирия? Подбираешь оттенок лент к волосам и разучиваешь новые танцевальные па.
— Зато я умею жить! — парировала младшая сестра, и в её серых глазах на миг блеснула боль. — Я умею смеяться, а не только царственно улыбаться. И, может быть, лорду Арвелину нужна не ходячая энциклопедия в короне, а живая эльфийка. Сегодня мы это и проверим. Наслаждайся вечером в компании своего испорченного совершенства.
Она бросила на платье сестры последний, полный нескрываемого злорадства взгляд.
— Пурпурный тебе не к лицу, дорогая сестрёнка. Он слишком… Страстный для такой ледышки, как ты.
Младшая принцесса пожала плечами и, ехидно улыбаясь, удалилась, оставив Цин-Цин наедине с её отчаянием. Времени не было. Чистка займёт часы, если не дни. Новое платье не сошьют и за неделю. Паника сжимала горло ледяными пальцами.
И тут её осенило. Матушка. Королева Лиандриэль. У неё ведь целая гардеробная. Комната в комнате, забитая нарядами на все случаи жизни. А родители, король Эларайон и королева, уже наверняка спустились в бальный зал, чтобы приветствовать первых гостей. Их покои должны быть пусты.
— Элира, встань! — приказала Цин-Цин.
Голос её обрёл стальную решимость.
— Ты пойдёшь со мной. И если ты сделаешь хоть что-нибудь ещё, я отправлю тебя чистить котлы на самой дальней кухне. Ты меня поняла?
Элира, утирая слёзы, испуганно кивнула. План был отчаянным, рискованным, но другим она не располагала.
***
Коридоры замка Фарвелл в этот час были почти пусты. Большинство обитателей либо готовились к балу, либо уже находились внизу. Цин-Цин, накинув на плечи простой тёмный плащ, чтобы не привлекать внимания, шла быстрыми, бесшумными шагами, свойственными всем эльфам. Элира семенила позади, стараясь не отставать и дышать через раз. Они миновали галерею предков, где с тяжёлых гобеленов на них взирали строгие лики прошлых правителей. Лунный свет, проникавший сквозь высокие стрельчатые окна, ложился на каменные плиты пола серебристыми прямоугольниками, заставляя тени казаться живыми и пугающими.
Цин-Цин старалась не смотреть на портреты предков, но их взгляды, казалось, буравили ей спину. Вот её прапрадед, король Финарфин, чей суровый лик напоминал о долге и чести. Вот королева Амариэ, её прабабка, чья красота вошла в легенды, а мудрость спасла королевство от войны. Что бы они сказали, увидев её сейчас, наследную принцессу, крадущуюся по собственному замку, как воровка, из-за испорченного платья? Стыд опалил щёки, но решимость была сильнее.
Из-за поворота донёсся приглушённый смех и обрывок мелодии. В Большом зале уже начинались танцы. Сердце принцессы болезненно сжалось. Она представила себе сияние тысяч свечей, отражающееся в хрустале и драгоценностях, кружащиеся пары, Лирию в центре зала, ловящую восхищённый взгляд Арвелина…
— Ваше высочество, — прошептала Элира, едва поспевая за ней.
Её дыхание было прерывистым от страха и быстрой ходьбы.
— А что, если нас увидят? Стража…
— Стража сейчас меняется, — отрезала Цин-Цин, не сбавляя шага.
Она знала расписание караулов наизусть. Ещё один навык будущей правительницы, который сейчас пригодился в столь сомнительном предприятии.
— У нас есть не больше пяти минут. И не смей
