Ирейн растерянно осмотрелась по сторонам, пытаясь за что-нибудь зацепиться взглядом. Ей вдруг стало неуютно от того, что она пригласила его к себе в комнату — будто это делало её незащищенной и уязвимой. Его движения она не услышала, но лицо Тира вдруг оказалось прямо перед её собственным.
— Может, соврешь, что я не нравлюсь тебе? — дыхание обожгло кожу. — Но я помню, как ты смотрела во время эпичного диалога о спальне... это было мило, а ещё слышу, как бьётся твое сердце... вот хотя бы сейчас... Так, может, твои сердце и глаза честнее тебя?
— Это... — начала Ирейн, сама не зная наверняка, что собирается сказать, но её заткнули поцелуем. Сначала она вроде бы попыталась вырваться, но как-то, скажем, даже по собственным меркам неубедительно — целовался дракон отлично, в меру нежно, в меру страстно и как-то так, что мысли стройным маршем отправились куда-то, видимо, на экскурсию. Так что, когда дыхания стало безбожно не хватать и они оторвались друг от друга, она была встрепанной, осоловевшей и слегка потерянной.
— Подумай об этом, — шепнул князь и вымелся вон.
Ирейн, глядя шокированно на закрытую дверь, окончательно поняла, что попала.
*
— Лиз! Это срочно! Нужен твой совет. Что ты знаешь о драконах и их парах?
Подруга задумалась, трактирщице аж показалось, что она видит, как копошатся мысли под золотистой косой. Вета, воспользовавшись занятостью матери, активно откручивала от платья пуговицу — страсть девочки к их коллекционированию была просто неистребима, оставалось только следить, чтобы она их не глотала. Когда счет в бою под кодовым названием «ребёнок против пуговиц» дошел до трех против нуля, подавальщица выродила ответ.
— Читала пару книг об этом, — сообщила она задумчиво. — У драконов вроде как пар может быть несколько, но по-разному подходящих. Вот если он притронется к самой лучшей, то между ними распустятся цветы! И потом дракоша похищает девицу, наплевав на все её возражения, убивает всех соперников, оказывается аристократом и страстно любится с ней у себя в замке — сначала в человечьем облике, а потом в драконьем. И живут они долго и счастливо!
— В драконьем обличье?.. — голос у Ирейн слегка ослаб. — Но...
— Если верить книгам, девицам нравится! — сообщила Лиз, наставительно подняв палец. — Там у драконов ого-го!
— Да я не сомневаюсь — насчет ого-го!.. — простонала трактирщица. — Они же громадные, как это физически возможно? Не говоря уж о том, что у них зубы, крылья, да хвост, наконец!
— Я тебя прошу, — закатила глаза подруга. — Подумаешь, зубы! Ну, целоваться надо осторожнее, а так сплошные плюсы: крылья есть — одеяло не нужно, а хвост штука интересная, его можно знаешь, как приспособить? А размер свой они вроде как менять могут. Наверное!
Ирейн сдавленно простонала и покачала захныкавшую Вету.
— А соперников они убивают каких? — уточнила на всякий случай.
— Да любых! Они — великие собственники да ревнивцы. Кто не так на зазнобу посмотрит, тут же тьху — и нету.
Ирейн, на которую в трактире «не так» смотрели раз по семнадцать на дню, окончательно приуныла. И это не говоря уже о...
— А к детям от прошлых браков как относятся?
— Не знаю, в книгах такого не было. Но не думаю, что особенно хорошо — эти ящерицы девственниц предпочитают. Или что-то в этом роде.
— Как-то это жутковато, — призналась Ирейн тихо, чувствуя некоторую душевную маету. Лиз тут же нахмурилась:
— Мать, ты чего? Ну, драконы, тебе-то что?
— Тир... Он вроде как дракон.
Подруга икнула, после сходила за настойкой и довольно ощутимо пригубила прямо из горла.
— В смысле, настоящий дракон? — переспросила она, познав достаточную степень душевного равновесия.
— Очень похоже на то, — Ирейн отобрала бутылку и сама сделала пару глотков. — По крайней мере, на шутку мало похоже.
Лиз откровенно призадумалась.
— Знаешь, — выдала она в итоге, — поговори-ка об этом с Фло. Эта психичка меня бесит, но глупо не признать: в некоторых вопросах у неё на диво светлая голова. Обо всяческих нелюдях она знает точно побольше нашего. Мне отчего-то кажется, что те книжки, которые она читала, всяко поумнее моих. Не думаешь так?
Ирейн осталось только согласиться: в некоторых моментах Лиз, при всей её кажущейся безалаберности, была достаточно разумной особой. В частности, она всегда абсолютно точно знала, на кого и что можно безболезненно спихнуть.
*
Фло жила на чердаке.
Не то чтобы Ирейн специально выгоняла её туда, просто как-то так у них с самого начала повелось. Да и самой Фло там нравилось: «Высоко сижу, далеко гляжу» — смеялась она.
Ирейн, со своей стороны, постаралась обустроить это место максимально уютно, но Фло в этом смысле была большой оригиналкой: ей подавай запах трав, да чтобы обязательно висели пучками под потолком, и чесночные плетёнки, и сушеные грибы с ягодами, и кучу всяческих странных мелочей вроде камушков, ракушек, бумажных фигурок и даже крошечных мышиных черепов. Благодаря всем этим, с позволения сказать, декорациям, жилище Фло могло произвести неизгладимое впечатление на неокрепший ум. Ирейн, однако, к чудачествам была привычной, а запах сушёных трав довольно скоро стал у неё ассоциироваться с чем-то родным и достаточно дружелюбным, потому она вдыхала его каждый раз с радостью.
Хозяйка сидела по своей привычке у окна, глядя на синеющую к горизонту полосу леса, за которой скрывался Древний Город.
— Пришла расспрашивать о драконах? — уточнила Фло. Это была одна из самых пугающих её привычек — знать всё, всегда и обо всех.
— Да, — вздохнула Ирейн, — Об их парах в первую очередь. Если можно!
— Ну, отчего бы не поговорить, если есть о чём. Давай-ка чаю выпьем, заодно и расскажу тебе, что знаю.
Весьма довольная таким раскладом, Ирейн не поленилась сбегать на кухню — за булочками.
