плохо? – встреваю я, переводя беседу с дрессировки принца на интересующие меня вопросы.
Тем более Арма бесполезно песочить: он пока сам для себя не решит, что правильно, а что нет, не успокоится.
– Без королевства нам против Демастата и альв Крови не выстоять.
Во взгляде Алдерта ни намёка на игру, он говорит серьёзно, отчего хочется передёрнуть плечами. Уж слишком много опасности кроется в словах ректора.
– Поэтому ты, – Фрёист снова смотрит на принца, – ведёшь себя паинькой, защищаешь и оберегаешь Миррали так, будто это единственное, что тебе дорого в этой жизни. Понял?
– Да, – неохотно отвечает Арм, оглядываясь и мрачно посматривая на остановившуюся в дверях четвёрку альв и Клео с ними.
– И с Миллатом поговорите, пока я его снова не отчислил. Мне это с рук не сойдёт, а потому на вашей совести будет и моё увольнение. Усекли?
– Ага-а-а, – нестройным хором тянем мы с Армом.
– И повторюсь: никаких привязок!
Киваю и, не осознав своего движения, оборачиваюсь к той, которая не выходит из головы.
Кара, будто почувствовав мой взгляд, поднимает голову и безошибочно находит меня. Её необычные глаза цвета холодной бирюзы вспыхивают тёплым светом, но уже в следующее мгновение в глубине этих озёр тяжёлой волной оседает страх.
Чего ты боишься, маленькая альва? Меня или всех драконов? И почему?
Глава 9.
Ночные наблюдения и потерянный Шуш
Спальня альв
– Кара, поверь, я обязательно найду его!
Слышу это обещание от Клео уже пятый раз. Наша комната больше похожа на поле модного боя, чем на спальню студенток. Везде перевёрнутые чемоданы, вытряхнутые ящики и разбросанные вещи. Всё потому, что клетка шушарика оказалась пуста.
А это попахивает проблемой. Я не знаю, что может натворить мой малость озабоченный зверёк. Вдруг мы нарушим какие-то негласные правила драконов?
– Да чего вы переживаете? – беззаботно произносит Лери, усаживаясь на кровать и любовно протирая стёклышки на клетке с её обожаемыми павлиноглазками. – Найдётся.
– Легко тебе говорить, – бурчу в ответ. – Твои-то на месте.
– И останутся со мной, – обнимая клетку, произносит подруга. – Я передумала отдавать их в инсектарий. Мало ли кто там на них покусится.
– Инсектарий! – в один голос с Клео и Миррой вскрикиваю я.
Ну конечно! Куда ещё полетит мотылёк в брачный период? Туда, где концентрация бабочек и его сородичей максимальна!
– Побежали! – торопит нас драконица. – Нельзя его туда допустить!
– Боишься, что он растратит свой потенциал, и ваш магистр останется без возрождения популяции? – с ехидной усмешкой на губах интересуется Лери, и не думая вставать с кровати.
– Да это полбеды, – отмахивается Клео. – В инсектарии живут янтарные монархи, любимцы императрицы. Их привезли из личного инсектария Арабеллы. И вот если Шуш до них доберётся…
– Это будет скандал, – побледнев, договаривает Мирра. – Надо спешить.
– Да чего вы суетитесь? – фыркает Лери, но поднимается. – Ну, оприходует их шушарик – скажем, что это божественное провидение. Сама же говорила: шушарики у вас священны.
– Но не настолько, как монархи императрицы! – уже из коридора кричит Клео.
Мы вылетаем вслед за ней и тут же попадаем в объятия стражи. Тени Кайриса хватают нас под локти, в то время как сам Валларс смотрит на Мирру, недовольно приподняв бровь.
– Куда?
– Шуша спасать, – выдыхает она.
– Кого?!
Я и не знала, что глаза Кайриса могут так выпучиваться. Сейчас он похож на игрушку с крахмальной пастой внутри: нажми на пузико – глазки и вытекут.
– Лунного шушарика, это её домашний питомец, – объясняет Мирра и деликатно стряхивает с плеч руки стражников. – Он потерялся при переезде.
– Завтра поищете, – строго отвечает Валларс, по очереди оглядывая нашу четвёрку. – Негоже юным альвам шляться по драконьей академии.
– Вы на что намекаете? – Клео обиженно поджимает губу.
Но Тень не удостаивает её ответа, лишь бровь приподнимает, отчего Бетье смущённо опускает глаза. Ну да, Кайрис умеет говорить и без слов, одним лишь взглядом донося свои мысли.
– Марш в спальню.
Нас подталкивают обратно в комнату.
– Но Шуш может устроить дипломатическую диверсию! – изворачиваюсь я и хватаюсь за дверной косяк.
– Серьёзно?
Брови Валларса изгибаются в ироничном недоумении.
– Он может покуситься на честь императорских бабочек!
Секунду в коридоре стоит недоумевающая тишина. А потом суровые бойцы разражаются отнюдь не добродушным смехом. Да они гогочут, как стайка гусаков!
– Шестеро, это самая нелепая отговорка, которую я слышал за всю свою немаленькую жизнь, – утирая слёзы, произносит Кайрис и снова заходится в хохоте. – Честь императорских бабочек!
– Но это правда! – с жаром произносит Мирра и обводит мужчин обиженным взглядом.
– Ага, а моя мама – алмазная драконица, – высказывается один из стражников, отчего мужчины снова неприлично ржут.
Чувствуя бессилье что-то изменить, я молча переглядываюсь с девочками. Похоже, этих упёртых баранов не переубедить.
– Через пять минут загляну – чтобы все в пижамах были. – Отсмеявшись, Кайрис резко становится серьёзным.
– Да, мамочка, – не удерживается Лери и показывает Тени язык.
Кайрис только глаза закатывает и что-то бубнит про себя. Мне кажется, я отчётливо слышу: «Я слишком стар для этого детского сада».
Тем не менее наш план проваливается. Значит, надо придумать другой.
– Что будем делать? – спрашивает Мирра, останавливаясь посреди комнаты.
Клео обратно не пустили, поэтому придумывать новую стратегию придётся нам троим без помощи драконицы.
– Спать? – лаконично предлагает Лери.
Подходит к кровати и достаёт шёлковый брючный комплект пижамы. Его фиолетовый оттенок идеально сочетается с цветом глаз подруги и делает ярче пепел её волос.
– Лери! Не будь такой пофигисткой! – выговаривает ей принцесса. – Проблему надо решить здесь и сейчас.
– Проблемы бы не было, не возьми Кара с собой Шуша, – флегматично парирует ночная, скидывая с себя форму и надевая брюки. – А вообще, я советую вам для начала выполнить приказ Кайриса. Чтобы не вызывать подозрений.
– Ты что-то придумала? – тут же спрашиваю я, чётко почуяв изменение её настроения.
– У нас есть окно, смекаешь? – Лери подмигивает мне и шустро надевает рубашку, застёгивает её на все пуговицы.
Мирра подбегает к окну и, дёрнув за фрамугу, распахивает его.
– Там же высоко, – расстроенно констатирует она.
– Не вопрос!
Я отталкиваю подругу и высовываюсь чуть ли не по пояс. Оглядываясь, примечаю растения, которые произрастают внизу.
– Мы что, будем плести канат из простыней и одежды? – с сомнением спрашивает Мирра.
И следуя примеру Лери, принимается надевать легкомысленный пижамный комплект – маечку и шортики.
– Нет, это слишком просто, – косясь на подругу, отвечаю я. – Да и свисающая из окна верёвка привлечёт внимание. Я наращу нам лестницу из плюща.
– А ты сможешь? – с сомнением спрашивает Мирра, заканчивая переодеваться.
Её неуверенность понятна, всё же альвой Матери я
