ещё как-то навредить. С одной стороны, могла испугаться возмездия горожан, с другой – а что ей сейчас терять? Значит действительно нет у неё злых намерений… Ну и что мне с тобой делать?» Живот настойчиво напомнил о себе.
Охотник глянул на колдунью исподлобья.
- Никуда не уходи из города. Разговор есть.
Он встал, грузно протопал к выходу.
- Веди, друг Богус, напьюсь хотя бы вашим бульоном!
- Вот это правильно, ваше благородие! Арьяна никуда не денется, сначала нужно о себе позаботиться.
Тимур вышел на крыльцо, сощурился на свет, потянул носом воздух.
- Труп, я так понимаю, сожгли? И тряпки мои?
- Да, как вы и сказали. Пепел на удобрения огородов пустим! – Богус хохотнул. Повёл молодого мужчину за собой на площадь. Тимур поравнялся с ним.
- Из ваших жителей был Зверь?
- Нет, пришлый какой-то. Из кочевников похоже.
- И я так подумал, - кивнул Охотник. – Слушай, Богус, а найдёшь мне пиджак и сорочку? А то я вчера из своих волокушу сделал. А лучше по две штуки каждой вещи.
- Для вас, ваше благородие, всё что угодно! – выпалил мужичок и тут же, спохватившись, добавил: - В разумных пределах.
Тимур хмыкнул.
- Не боись, много не попрошу. Лошадь мне бы, чтобы обратно на своих двоих не топать.
- Мужики ушли за табуном, как пригонят – выделим, почему нет-то?
На широкой площади топился народ. Большущие котлы парили ароматным запахами, людской гомон заполнял всё пространство, очерченное натягиваемыми лентами с разноцветными флажками. За вытащенными столами и лавками сидели исхудавшие горожане, но ввалившиеся глаза светились надеждой, а на впалых щеках появились улыбки. Заметив Тимура, они махали руками, звали к себе за стол, кричали слова благодарности.
Охотник остановился растерянный и ошарашенный.
- Всё благодаря вам, ваше благородие. Если б не вы – Зверь передушил бы нас по одному как курей, или померли бы от голода все. Или и того хуже, – добавил Богус тихо, - начали бы себе подобных жрать, прямо как оборотни.
- Это моя работа, я должен людей защищать.
- Много кто чего должен, да не всяк делает. Пойдёмте, пойдёмте, - Богус потащил его за руку к котлам.
- Я лучше где-нибудь в сторонке сяду, - пробормотал Тимур. Получил жестяную тарелку из рук поварихи, затравленно огляделся. Все седели своими компаниями, незнакомые ему люди, и при этом радовавшиеся ему и благодарившие за то, что он просто выполнил свою задачу. Это было странно и немного приятно. Охотник, не отходя от раздачи, выпил бульон прямо через край и протянул миску поварихе. – Можно ещё?
Женщина улыбнулась и зачерпнула половником в котле ароматное варево.
Тимур отошёл после пятой плошки, когда в раздувший живот уже точно больше нисколько не помещалось. «Хоть сейчас я и чувствую себя сытым, это ненадолго. Нужно будет раздобыть нормальной еды.» Он поискал глазами сидящего Богуса. Подошёл, присел рядом с ним, кивая здоровающимся горожанам, при этом стараясь не смотреть на них.
- Как вы, ваше благородие?
- Как говорил мой отец – «до выглядывания». Но хочется мяса пожевать или хотя бы хлеба.
- Хлеба нет, - печально покачал головой мужичок. – А что насчёт мяса… Распоряжусь ещё одного бычка забить, чисто для вас, там на костях немного мясца будет. Можно будет рёбра пожарить и ноги. Отряжу кого покрепче, чтоб во время готовки слюнями ваше блюдо не залили.
Он хохотнул. Охотник выдавил из себя улыбку, чтобы поддержать шутку.
- У меня такой вопрос, Богус. Ты говорил, что во время нападений стаи Зверей, среди них был какой-то Красный?
- Да, был. Но что вы опять об ремесле вашем, ваше благородие! Мы ж только от напасти избавились, даже думать об этом не охота, - но натолкнувшись на твёрдый взгляд Тимура, поспешил ответить. – Выжившие, а их было немного, замечали Красного Зверя. Шерсть, дескать, у него буро-красная, как волосы у рыжих. Не знаю, как в первых нападениях, но в последних двух его точно видели. В последнем нападении Красный Зверь будто командовал остальными, в стороне держался. А потом словно искал чего-то, тела обнюхивал.
- А потом?
- А ничего, увёл стаю из города. Налетели, поранили-поубивали кто попался под руку, точнее под лапу, и исчезли.
- Заражённых много было?
- Много, ваше благородие. И мы совсем не гордимся тем, что нам потом сделать пришлось.
Тимур поковырял ногтем столешницу. «Странно это всё. Необычно. Начиная от Зверей, охотящихся стаей с явным вожаком и заканчивая брошенной добычей.»
- Охотников из Анклава вызывали?
- А как же! Сначала одна команда приезжала, да сгинула в степи. Потом вторая, суровее прежней. Всё обыскивали, всех трясли, каждого на допрос. Но своих не нашли и уехали вроде как ни с чем. А может я всего и не знаю, давно дело было. – Богус почесал в затылке.
- Ещё вопрос к тебе есть. Что-нибудь слышал про Франца и Беллу Тальбот? Они пятьдесят лет назад свадьбу тут хотели играть.
- Пятьдесят лет? Нет, я тогда только родился и здешним мэром ещё не был, - засмеялся Богус.
Молодой мужчина задумался. «Может быть архивы в Тримере проверить? Если им принадлежал особняк не так уж и далеко от Тримеры, они могли быть чем-то известны и значит найдётся след в документах того времени.»
- Ладно. – Тимур хлопнул себя по колену. – Надо что-то с Арьяной делать.
- Соберём горожан, проведём суд, вынесем вердикт. – Богус взглянул на Охотника. – Убивать я думаю её никто не захочет, но скорее всего большинство будет за изгнание.
- Женщина, одна, в прерии. Это всё равно что смерть. - Тимур сжал зубы.
- Раз она колдунья, справится. Раньше же как-то справлялась. Она к нам лет пять назад прибилась, - пояснил он в ответ на поднятые брови молодого мужчины.
- Может и справится. А вы без неё? Ты понимаешь, что у вас сейчас есть человек, который гарантированно обеспечит защиту от Зверей внутри поселения? Знаешь сколько городов и сёл о таком могут только мечтать?
- Может вы и правы, ваше благородие, - Богус стащил шляпу, почесал затылок. Водрузил обратно. – Может и правы. Я всё обдумаю, и попробую повлиять на вынесения решения о её дальнейшей судьбе.
Тимур встал из-за стола.
- А я пойду к ней, у меня ещё вопросы остались. – Кожа чесалась под шерстяной шинелью. – И про сорочку
