стандартный протокол финальной стадии! Если рейдеры побеждают главного босса, они запускают таймер разрушения инстанса, чтобы все ушли! Это задумано Системой, чтобы рейды не затягивались!
— Но мы не победили никакого босса! Это они его убили раньше! А активировали сейчас!
— Неважно! — Лира догнала нас, её лицо было перекошено. — Механизм запущен!
Мы выскочили в следующий коридор. За спиной с грохотом обрушился зал, погребая под собой тела рейдеров и их глупую гордость.
— И что теперь? — выдохнул я, останавливаясь на развилке. — Если Цитадель рухнет, мы не успеем найти то, что ищем! Всё будет стёрто!
Эландэр посмотрел на меня. В его разноуровневых глазах читалась холодная, страшная мысль.
— Либо мы находим цель за эти десять минут, либо ждём, пока уровни Цитадели восстановятся для новых рейдов. А это, Архивариус, может занять недели. И всё это время «Форматировщик» будет ждать нас у выхода. Если мы вообще выживем при обрушении!
Земля снова дрогнула. Где-то в глубине раздался протяжный, жалобный гул умирающих механизмов.
— Значит, десять минут, — подвёл итог я, чувствуя, как шрам наливается жаром. — Десять минут, чтобы найти вход в сердце всего этого безумия. Или мы опоздаем навсегда.
Шрам на руке жарко загорелся, как будто код внутри рвался наружу.
Впереди — три двери. За одной — сердце Цитадели. За другими — смерть.
Земля ушла из-под ног. Таймер: 9:42.
— Выбирай быстро, Архивариус, — прошипел Эландэр. — Или это место станет навсегда нашей гробницей!
Я разглядывал двери и выбирал.
«Ваш выбор дверь № 2? Y/N»
Глава 26. Сердце, что ещё бьётся
Мы влетели в дверь № 2.
Таймер в голове неумолимо щёлкал.
10 минут.
8...
6...
Коридоры Цитадели мелькали серыми призраками, пол под ногами вибрировал всё сильнее, где-то позади с грохотом рушились перекрытия.
В какой-то момент я взглянул на шрам, с которым слился редкий артефакт.
Теперь моя левая рука от запястья до локтя светилась изнутри тусклым, серебристым светом. Под кожей пульсировал не системный код. Что-то древнее. Живое.
Теперь Артефакт вёл, позволяя лучше понимать Систему.
— Туда! — крикнул я, сворачивая в очередной проход.
Мы вылетели в огромный, пустой зал. И упёрлись в стену.
Это была не стена. Это было последнее испытание.
Гладкая, чёрная, абсолютно монолитная поверхность, уходящую вверх на десятки метров. Ни дверей, ни щелей, ни намёка на проход. Только ровный камень.
— Тупик?! — Лира ударила по стене кулаком. — Мы бежали в тупик?!
— Нет, — я приложил светящуюся руку к поверхности. Шрам взвыл. — Оно здесь. Наверху. Я чувствую. Это не стена, это… защита. Последняя.
Эландэр оглянулся назад. Грохот приближался.
— У нас минуты три, от силы четыре. Если не пройдём — нас расплющит обломками. Или сотрёт «Форматировщик», если он решит проверить, что тут происходит.
Он резко сдёрнул с пояса свой крюк-кошку и протянул мне.
— Держи. Ты легче меня. Забирайся первый, потом сбросишь нам.
Я посмотрел на Лиру. Она стояла, прижимая к себе культю, и в её глазах читалась обречённость.
— Я не смогу, — тихо сказала она. — С одной — никак.
— Сможешь, — ответил я, хотя в голосе не было уверенности. — Я помогу. Я…
— Алвин, — перебила она. — Лезь. Ты должен увидеть это первым. Ты знаешь, что там делать. А мы… мы подождём. Или найдём другой путь.
Лира обречённо отвела взгляд в сторону.
Времени не было. Я стиснул зубы, активировал крюк и выстрелил вверх. Металлические лапы впились в край стены выше, чем я думал. Я дёрнул, чтобы проверить, — держится.
— Я быстро, — пообещал я и начал подъём.
Сам не знаю, зачем я это сказал, ведь мне неизвестно, что ждёт меня наверху. Возможно, мы больше никогда не увидимся или после смерти нас ещё сотрут Валидаторы, чтобы для верности…
Пальцы скользили, камень резал ладони.
Я лез.
Сердце колотилось где-то в горле. Светящаяся рука освещала путь, и я чувствовал, как артефакт внутри меня пульсирует всё быстрее, будто подгоняя: «ближе, ещё ближе».
Перевалившись через край, я даже забыл, что мне надо отдышаться…
Внизу звякнул крюк.
Передо мной была платформа. Небольшая, круглая, высеченная в самой вершине скалы.
В центре вращалось Нечто.
Центральное Ядро Системы.
Оно не являлось машиной или кристаллом. Это была… идея, обретшая форму. Огромная, идеально круглая сфера.
Ни одной ошибки. Ни одной лишней строки.
Идеальный код.
Глядя на сферу, я чувствовал себя пылинкой, занозищей, случайной ошибкой в идеальном уравнении.
Я подошёл ближе, шрам активировался сам. И…
Ничего.
Впервые за всё время мой шрам не нашёл ни одного сбоя.
Код Ядра был безупречен. Идеально написан, отлажен, оптимизирован. Ни одной лишней строки, ни одного противоречия или бага. Это была не программа — это был закон физики, написанный языком математики. Как можно взломать закон гравитации?
Я стоял, разглядывая совершенство, и чувствовал, как внутри разрастается ледяная пустота.
Я проверил.
Ещё раз.
И ещё.
Шрам молчал.
— Совсем не остаётся времени, Алвин… — я услышал за спиной голос Лиры.
Она, бледная от напряжения, но живая, опиралась на плечо Эландера. Её культя была перетянута тканью, но крови не было — видимо, зелья Эландэра всё ещё работали.
— Это оно? — выдохнула Лира, глядя на сферу.
— Оно, — кивнул я.
— И что теперь? — Эландэр оглянулся. Грохот обрушения был уже совсем близко, казалось, стены дрожат под нашими ногами. — Что ты собираешься делать? У нас минута, может, меньше.
— Я не знаю, — признался я. Голос прозвучал глухо, чуждо. — Я не вижу в нём багов. Ядро идеально. Я не могу его взломать, потому что нечего взламывать.
Лира подозрительно прищурилась, глядя на сферу. Потом перевела взгляд на меня.
— Ты чего? Ты же Алвин. Ты всегда находишь выход. Даже когда кажется, что его нет!
— Не в этот раз, — прошептал я.
Земля под нами содрогнулась. Где-то внизу, с оглушительным треском, рухнуло перекрытие. Платформа качнулась.
— Нам надо что-то делать! — крикнул Эландэр, хватаясь за стену. — Если таймер дойдёт до конца, мы не знаем, что с нами случится! Может, нас просто выбросит наружу, к «Форматировщику»! А может, сотрёт вместе с Цитаделью!
Лира посмотрела на меня. В её светящихся глазах, на этих странных, кривых эльфийских чертах, вдруг проступило понимание. И страх. Не за себя. За меня.
— Нет, — её голос сорвался. — Алвин, не смей.
Я встретил её взгляд. И улыбнулся. Впервые за долгое время — искренне, без горечи или сарказма.
— Выхода всё равно нет, Лира. Ты же видишь.
— О чём вы? — Эландэр переводил взгляд с меня на неё. — Что он задумал?
— Я для Системы — баг. Ошибка, которую она не смогла удалить, — медленно произнёс я,
