class="p1">
Верёвки больно впивались в кожу, ослабить их никак не получалось. В комнату зашёл парень в красном колпаке и встал возле проёма, уставившись на эльфийку. Девушка посмотрела на него в ответ, пытаясь заглянуть в глаза, что оказалось непросто — прорези в маске были слишком мелкими и зрачки полностью утопали в тенях.
— Не пырься на меня, гадина! — заявил он. — Я… я тебя не боюсь, ясно?
Хотя «палач» обладал внушительной мускулатурой, голос у него был тонкий, почти мальчишеский. Наверняка ещё подросток, подумала Дашра. Таким проще всего задурить голову радикальными идеями, а потом отправить в бой, как мясо для мечей. И самое главное, что парень будет до самого конца уверен в том, что всё делает правильно, не задавая вопросов и не задумываясь о творимом.
— М-м-м-м? — эльфийка состроила самый невинный взгляд, на который способна.
— Кому сказал, не зыркай! — рявкнул парень. — Не зазнавайся ведьма, что Рубед тебя на опыты оставить велел! Иначе я бы сам уже… — он замолк, понимая, что сболтнул лишнего.
«Палач» подошёл очень близко и наклонился к самому её лицу, его рука полезла под юбку и коснулась бедра эльфийки, заставив ту вздрогнуть. Волна отвращения прокатилась от макушки до кончиков пальцев.
— У-у нас тут у каждого на руках эльфячья кровь! — прошептал малолетний мучитель.
Уже в следующий миг он отшатнулся, держась за лицо. По ткани маски расползалось мокрое пятно — девушка резко ударила головой прямо туда, где торчал нос.
— Ах ды судька! — гундосо проревел юноша, со всей силы пнув привязанную пленницу в грудь. Дашра зажмурилась от боли, но зато и стул не выдержал молодецкой удали, развалившись прямо под ней. Только теперь парень сообразил, что наделал.
Его сшиб с ног мощный толчок, будто молодой барашек принял «палача» за новые ворота и решил проверить крепость своих рогов. Маска съехала на бок, окончательно перекрывая обзор. Вместе с тем со стороны эльфийки донеслось шуршание сбрасываемых верёвок. Юноша почувствовал, как по его телу бегают изящные, но сильные пальцы, подбираясь к штанам. А затем нож, лежавший в ножнах на поясе, оказался у его горла.
— Без глупостей, мальчик. Я свои руки тоже кровью испачкать не боюсь, — услышал он вкрадчивый голос прямо над ухом.
— Режь, — хладнокровно заявил Рубед.
Дашра окинула взглядом людей в колпаках. Во рту всё ещё чувствовался поганый привкус тряпки, которую использовали в качестве кляпа, поэтому эльфийка периодически плевалась. Стиснув нож покрепче, она сильнее прижала его к горлу парня. Девушка чувствовала, как бедолага в её руках трясётся в ожидании расправы. Похоже, жестокость предводителя стала сюрпризом и для него.
— Думаешь я блефую? — крикнула Дашра.
— Ни в коем случае, дортхонка! Давай, избавься от своего живого щита!
Вот теперь эльфийка по-настоящему чувствовала себя в ловушке. Людей, готовых с такой лёгкостью жертвовать своими, блефом с заложником точно не напугать. Против неё стояли пятеро — Рубед с амбалом и ещё трое «палачей». У каждого мог быть наготове самострел или, ещё хуже, боевая формула.
На её стороне — бесполезный заложник, которого дружки уже списали, да она сама, вооружённая лишь ножом. Который, пускай и прекрасно лежал в руке, для боя против толпы не годился. Девушка подумывала сказать что-нибудь колкое, но не смогла подобрать нужных слов. Поэтому молча перебрала пальцами рукоять и приготовилась продать свою жизнь подороже.
***
Заброшенная постройка полыхнула как спичка, стоило Оберту активировать боевую формулу — парень не пожалел сил, чтобы устроить похитителям Дашры яркое представление. Люди в колпаках в панике забегали туда-сюда в поисках вёдер и каких-нибудь источников воды. Один из «палачей» попробовал затушить огонь магией, но, похоже, в подобных делах был дилетантом.
Стигрен вышиб ногой оставшуюся без присмотра боковую дверь. Как раз в момент, когда несколько человек в колпаках, ведомые знакомой парочкой из усатого и громилы, окружили эльфийку. Ещё одного красномасочника девушка держала в заложниках.
— А ну прочь от неё! — закричал дозорный, применяя на бегу магию.
Поднявшийся ветер повалил не ожидавших удара в спину «палачей», сверху плюхнулся парень в колпаке набекрень, которого Дашра пинком отправила к дружкам. На ногах остались один здоровяк, да вцепившийся в него Рубед Эрриан.
— Какого Пекла так долго? — эльфийка поймала кинутый Стигреном запасной браслет. Вот теперь шансы сравнялись!
— У нас возникли… трудности.
— А у меня, как видишь, всё схвачено!
— Ну и какой у нас план? — влез в разговор Оберт, за спиной которого в распахнутых воротах алело зарево пожара.
Беседу прервал грохот выстрела. Рубед гневно цыкнул и бросился перезаряжать самострел, пока «палачи» поднимались. Здоровяк тоже не терял времени и приготовил к бою огромный, под стать ему самому, тесак. Оставив перепалку на будущее, дозорные спрятались за нагромождением ящиков, простоявших тут, судя по слою пыли, не один год.
— Метко жахнул, гад, — Оберт схватился за окровавленное плечо.
Парня спас форменный плащ, на котором погасли все символы. Хотя его магия не рассчитывалась на серьёзное оружие, кое-какую защиту от снарядов она давала.
— И зачем ты вылез, идиот? — рыкнул Стигрен.
Замечание пришлось вовремя. Над головами прожужжал ещё один выстрел, а в следующую секунду к ним выскочил мужчина в красном колпаке. Инстинкты сработали сами собой, дозорные синхронно вскинули руки с браслетами. По крайней мере, теперь врагов стало на одного меньше.
— Я их отвлеку, а ты, Дашра, забери у этого полудурка копьё и выводи через боковую дверь. На улице садитесь в самоходку и валите в город! — распорядился Стигрен.
— Напомни, кто тебя главным назначил? — спросил в ответ раненый.
— У тебя есть возражения?
— У меня есть желание расквасить тебе рожу, когда всё уляжется!
Девушка тем временем вытащила из подсумка на поясе Оберта бинты и пузырёк с пахучей жидкостью. Наскоро сделав компресс, она приложила его к ране — теперь кровь должна остановиться.
— Нельзя дать им сбежать, — заявила Дашра. — У них много ресурсов и ещё больше возможностей, спокойно жить нам точно не дадут!
За баррикадой стало заметно тише, словно после неудачной атаки «палачи» решили не искушать судьбу. Однако периодически громыхавшие выстрелы и хлопки боевых формул давали понять, что враги
