– Пошли. – Андрей решительно повел спутников за собой.
Приземистое здание, из дверей которого пахло съестным, обнаружилось позади малого ангара. С вывески улыбалось ушастое и глазастое существо, похожее одновременно на Часовщика и дейвона, а красно-белая надпись гласила: «Едальня «В добрый путь».
У порога на земле безмятежно дрых пьяный Часовщик, в руке его была зажата пустая бутылка из-под водки.
– Этот в добрый путь уже отправился, – усмехнулся Андрей и толкнул дверь.
Они вошли в довольно просторный зал, заставленный грязными столами. За ними сидели, пили, ели и громко смеялись самые разные существа. Под закопченным потолком плавали клубы дыма, в дальнем конце помещения угадывались очертания застекленной стойки. Пахло чем-то съедобным и одновременно тошнотворным, как частенько бывает в дешевых придорожных харчевнях.
– Вы поищите местечко, а я заказ сделаю, – сказал Андрей. – Придется вам, Аристарх Сергеевич, потом за руль сесть. Не заставим же мы Олега пить в одиночку?
Отставной капитан поморщился, но возражать не стал.
– Возьми мне чаю, только проверь, чтобы стакан вымыли, – сказал он. – Ну и заведение, прямо кунсткамера.
Андрей проследовал к стойке, а Олег и Аристарх Сергеевич прошли к тому из столиков у окна, что выглядел почище. Сидевший за соседним Наблюдатель с зелеными крылышками татуировки на затылке повернулся, и стали видны его глаза – синие и будто незрячие.
Олег пригляделся и понял, в чем дело, – радужка была сплошной, без зрачка.
– Не пялься на него так откровенно, – прошептал Аристарх Сергеевич. – Неприлично.
– Да, конечно. – Олег поспешно отвел глаза и сел спиной к представителю бесцветной сферы. Несколько секунд чувствовал, как чужой взгляд жжет ему затылок, но потом неприятное ощущение исчезло.
Андрей принес две кружки светлого пива и тарелочку с пирогами. Затем сходил к стойке еще раз и приволок стакан чаю в подстаканнике, а к нему – плетеную корзиночку с пирожным.
– Вот, – сказал он. – Наслаждаемся. Нет, не так. Испытываем отвращение и тащимся от этого.
Олег взял кружку, и они чокнулись. Отхлебнув, в первый момент не понял, что именно пьет, – у светло-желтой жидкости был странный привкус, какой обычно не встретишь в пиве. После второго глотка он показался еще более мерзким, а затем странным образом исчез.
– Ну и гадость. – Андрей поставил кружку и сцапал пирожок. Разломил, и стала видна начинка – нечто бурое, одновременно похожее и на тухлое мясо, и на тушеную капусту. – Хм, мда. Попробую, и если погибну, то считайте меня коммунистом. Ну а если выживу, то не считайте.
Аристарх Сергеевич бросил на пирожное опасливый взгляд, осторожно потыкал его пальцем.
– Ты бери-бери, земеля, – указал Андрей на оставшиеся пирожки. – Дерьмо, оно куда лучше к жизни возвращает, чем розы, особенно если ткнуть в него носом. Этот выкидыш кулинарного искусства мигом тебя из эмпиреев выдернет.
– Ткнуть носом – ладно, но есть его… – Олег поморщился, но один пирожок все же взял. Торопливо, точно горькое лекарство, откусил большой кусок и принялся жевать. Начинка, вопреки опасениям, оказалась сладковатой и навела на мысли о престарелом, немного заплесневевшем изюме. – Ничего, это можно есть.
– Можно есть все, – вздохнул Аристарх Сергеевич, – но некоторые вещи – только один раз.
Олег дожевал пирожок, запил его пивом и понял, что странным образом захмелел. Перед глазами все немного затуманилось, сердце забилось чаще, возникло желание съесть еще что-нибудь.
– Оживает, оживает, – сказал Андрей с широкой улыбкой. – Возьмем еще пива?
– Можно.
Любитель баек из сельской жизни поднялся и отправился к стойке. Олег съел второй пирожок, и мысли в слегка зазвеневшей голове неожиданно свернули на серьезный лад. Вспомнился Димка Кудрявцев, мокрый труп дейвона на сером песке, собственные метания по городу…
– Интересно, а кто вообще, в принципе, может стоять за этими убийствами? – спросил Олег, повернувшись к Аристарху Сергеевичу. – Какие ордена существуют в Нижнем, помимо «Золотой розы»? Понятное дело, что жертвоприношения – не дело рук одиночки, если он, конечно, не Игрок.
– Ты точно хочешь это знать? – Аристарх Сергеевич посмотрел на собеседника с сомнением, немного помялся, но все же начал рассказывать.
Вернувшийся Андрей поставил кружки на стол, вытащил сигареты и закурил.
Олег услышал довольно много нового.
В Нижнем Новгороде имелось около двух десятков объединений магов, от больших, из нескольких сот чародеев, до маленьких, что не могли похвастаться и десятком членов. Большинство состояли из колдунов одной сферы, хотя имелись и такие, где мирно уживались верог, сатра, маах’керу и дейвона.
Каждое владело одним или несколькими источниками и территорию вокруг них считало своей. Можно было сказать, что в Нижнем Новгороде существует некоторое количество крохотных государств, и взаимоотношения у них довольно сложные. Кто-то враждовал, кто-то сохранял нейтралитет или состоял в союзе. Но попытка колдовства в чужих владениях без крайней на то нужды расценивалась как откровенно враждебный акт.
«Золотая роза» имела «домен» – именно так выразился Аристарх Сергеевич – в верхней части города: треугольник между улицами Большой Покровской, Горького и Минина, а также окрестности улицы Бекетова до самого Дворца спорта.
– Понятно, что никаких четких границ нет, да и быть не может, – улыбнулся Аристарх Сергеевич. – Но все знают, что кому принадлежит, и стараются не лезть в чужие дела.
Немножко особняком стояли Наблюдатели, разделенные на три ордена: Желтого Ока, Белых Вихрей и Изумрудных Крыльев. Порой они выступали как единое целое, а иногда ожесточенно дрались между собой. Было еще несколько десятков слаш, уроженцев черной сферы, пользовавшихся одним колодцем, но при этом друг друга на дух не переносивших и ни на какую территорию не претендовавших.
– И еще есть элохим, маг необычайной силы, он в одиночку владеет источником на Щелоковском хуторе, – сказал Аристарх Сергеевич в завершение. – Обычно «белые» держатся толпой, но этот – исключение. Вроде бы я перечислил всех, никого не забыл… Но дело в том, что никто из названных не заинтересован в том, чтобы начинать войну. Всем выгодна сытая, благополучная стабильность. На первый взгляд, по крайней мере. И непонятно, откуда взялись знания о том, как разрывать Пелену.
– А если это кто-то из другого города? – предположил Олег.
– Не, такого быть не может, – махнул рукой Андрей. – Чтобы совершить настолько большую пакость, как разрыв Пелены, нужно во время ритуала подпитываться из источника. А если отъехать от него больше чем на сотню километров, ничего не выйдет. Контакт не установится, хоть ты тресни.
– Поэтому каждый крупный город – мир в себе, – добавил Аристарх Сергеевич. – Таких магических объединений, что имеют филиалы в нескольких городах, – считаное количество. Исключение – ордена Наблюдателей, но и внутри их нет особого единства. Да, у «Золотой розы» есть отделения в Москве, Казани, Владимире, но действуют они большей частью независимо, и ни одно не является главным. Если только коллегам-соседям, скажем, в столице, будет грозить полное уничтожение, мы отправимся к ним на помощь. Там нас подключат к местному источнику, и после этого мы сможем действовать так же активно, как московские маги… И все же, что значит это черное солнце? Где же я о нем слышал? Или читал…
И он задумчиво почесал в затылке.
– Значит, такое возможно? – Олег допил пиво из первой кружки и потянулся ко второй. – Почему бы тогда неведомым злодеям, приехавшим из другого города, не найти здесь союзников?
– Это возвращает нас к вопросу, кто в Нижнем заинтересован в большом конфликте настолько, что готов стать таким союзником, – сказал отставной капитан. – А на него мы ответить не можем.
Олег в задумчивости ударил левым кулаком по ладони правой.
– Да, действительно, – произнес он и заметил, что лицо Андрея, глядевшего в сторону двери, стало серьезным.
