А ночью Эль повела себя странно, потерлась об меня щекой, муркнула, ну как натуральная кошка, и хитро спросила:
– А темных эльфиек твой Дрейк тоже не любит, как и светлых?
– А с чего бы ему их любить? Или ты думаешь, что темные чем-то лучше светлых, но умело это скрываешь?
– Конечно, не лучше, даже хуже! Но я бы хотела на это посмотреть.
– И что мне за это будет?
– Моя благодарность. И потом, ты мне должен.
– Это когда я успел?
– А когда не дал мне убить эту темную. Так пусть от нее хоть какая-то польза будет.
А ведь я ей действительно должен, но не за это, а за то, что в тот раз ее так сильно напугал.
– Хорошо, – отвечаю я, – но только если будет серьезный повод, как в твоем случае.
Эль, довольная, улыбается. Чувствую, что повод она предоставит, а это очередной скандал. Но скандал ради повода убить соперницу и скандал ради того, чтоб сделать темной мелкую пакость, то есть натравить на нее Дрейка, – это совсем разные вещи. Пусть развлекается. Потом Лара отомстит ей тем же способом, потом опять Эль, так, глядишь, и забудут, что изначальной целью было убийство.
Эледриэль. Светлая эльфийка
Ва’Дим пообещал, что если будет повод, то он натравит свою собаку на эту темную. Это нетрудно устроить, все темные очень гордые, причем, в отличие от нас, светлых, часто на пустом месте.
– Мастер Нарин, – обращаюсь я к гному, – когда ты так красочно рассказывал, чем отличаются светлые эльфы от темных, ты забыл упомянуть одну очень важную вещь.
– Это какую же? – удивляется гном.
– Нас, светлых эльфов, ни один немагический зверь не тронет, а вот темных звери не любят.
– Никогда об этом не слышал, – отвечает гном (он просто у светлых эльфов не спрашивал).
А темная тем временем делает вид, что наш с гномом разговор ей неинтересен и она его совсем не слушает.
– Так они этим и не хвастают. А ведь их даже собаки не любят (умные животные), ты заметил, как эта темная старается держаться подальше от Дрейка?
– Не заметил, – честно говорит Нарин.
– Вот если мне не веришь, сам у нее спроси.
Гном пожимает плечами, но все же спрашивает:
– Это правда?
– Что именно? – неумело притворяется, как будто ничего не слышала, темная.
– То, что темные эльфы собак боятся? – безо всякой дипломатии спрашивает Нарин (а чего еще от гнома ожидать? Поэтому-то к Нарину и обратилась, а не к Заре).
– Нет, конечно, только в очень тупую светлую голову могла прийти такая глупая мысль. Но они, светлые, как всем известно, никогда умом и не отличались.
Она думает, что сможет меня таким ответом задеть. Наивная.
– Ты, мастер Нарин, спроси ее, так ли она уверена, что тот же Дрейк не станет на нее нападать.
– Мастер Нарин, ответь, пожалуйста, этой светлой, что никакая собака, в том числе Дрейк, никогда на меня не нападет.
Все! Попалась темная. Приятно осознавать, как легко мне удалось не только заманить ее в ловушку, но и хорошо разозлить, вон, она даже забыла подчеркнуть, что собака должна быть немагической. Смотрю на Ва’Дима.
– Так, ушастые, обе, прекратили балаган! – говорит он.
Я – само послушание, тут же прекращаю, даже на «ушастую» не обижаюсь. И вообще становлюсь, как говорит сам Ва’Дим, хорошей, белой и пушистой. Кстати, еще одно преимущество светлых над темными, мы все белые, а они такими не бывают.
– Но не могу же я молчать, когда меня пытаются так лживо оскорбить?!
Темная еще и оправдываться пытается, никакого достоинства.
– А лживо ли? – спрашивает Ва’Дим.
Нужно запомнить этот его тон, чтоб потом самой не попасться. Наверняка у него еще немало всяких фокусов в запасе есть.
– Лживо! – самоуверенно заявляет темная.
– Так собаку мы имеем, темную эльфийку тоже, можно и проверить, – предлагает человек.
– Можно, – соглашается темная.
Ну все, попалась! Теперь уже окончательно. Смогу посмотреть со стороны, как я тогда выглядела. Но никто, кроме меня и Ва’Дима, об этом знать не будет.
Ва’Дим зовет Дрейка, цепляет поводок, становится поудобнее, все как в тот раз, но теперь я понимаю значение этих приготовлений. А темная не понимает, гном с Зарой – тоже.
– Дрейк! Чужой! Фас!
Молодец, Дрейк! Так ее, темную! Она аж отскочила, горжусь собой, я тогда не сделала ни шагу назад. Чувствую магию, темная готовит с перепугу боевое заклинание. Беру ее на прицел, пусть только попробует. Сдерживается. А жаль. Ва’Дим успокаивает и отпускает Дрейка, но я не даю псу начать вилять хвостом перед темной, а зову к себе и угощаю подготовленным заранее куском мяса. Заслужил. Мое прощение за прошлый раз тоже заслужил.
Позволить светлой так просто заманить себя в ловушку – это непростительно. Вон, какая довольная, собаку гладит, совсем еще девчонка. Наверняка ведь Ва’Дим проделал этот номер и с ней, откуда ей еще быть такой уверенной в результате? Не своим же умом дошла. Вот только никому этого не докажешь, наверное, все было без свидетелей, а как собака напала на меня, видели все. Я на светлую и себя саму так злюсь, что даже не сразу задумалась о том, как так получилось, что зверь был готов на меня напасть. Странный пес. Нет, бывают и более странные, но там всегда видны следы магического воздействия, а тут ничего такого нет…
А вообще у этой светлой что-то с головой. Стоило нам остановиться на ночлег раньше обычного, как она устроила с Ва’Димом тренировки по фехтованию. Тоже мне, великий мастер меча. Ничего, кроме того, что преподают молодежи на уроках в начальной школе, не умеет, а корчит из себя опытного учителя. И Нарин с Зарой смотрят на это безобразие совершенно спокойно, хотя даже у гнома получилось бы лучше, а уж у Зары тем более. И показывает светлая исключительно приемы, предназначенные для мифриловых мечей. Не знаю, откуда у Ва’Дима столько мифрила – кольчуги у него и у светлой я сразу заметила, да и меч, судя по всему, такой же. Недолюбливаю я мифриловые мечи, веса в них мало, ни доспех толком пробить, ни перерубить врага пополам. Скорее церемониальное оружие, чем боевое. Оно и понятно – тот, кто может позволить себе такой меч, редко сам в бой полезет. Хотя если силы много, то можно рубить со всей дури, не опасаясь поломать и испортить свой клинок, но любители таких приемов долго не живут.
До темноты еще было время, но уж больно удобное место для ночлега попалось. И хотя никто не устал настолько, чтоб валиться с ног, все были рады привалу. Но стоило нам остановиться раньше, чем обычно останавливались в Проклятых Землях, как Эль тут же устроила тренировки. Только я не очень понял, это она действительно обо мне так заботится или перед темной выпендривается? Скорей всего, второе.
